Маленькая хозяйка большого дракона - Марианна Красовская

— Андрюша, зайди. Нужен твой родственный разум, дело семейное. Дверь приемной закрой. Мне сейчас не до студентов и вообще не до чего. Можешь повесить табличку.

Табличка «Ректора не будить!», подаренная первыми выпускниками Академии, означала немедленный вылет через окно прямо из приемной для всех, кто посмел ее не прочитать.

Спустя пять минут в дверях показался длинный «семейный» нос Эндриса, с крупной горбинкой и ложбинкой на кончике, делающей его еще длиннее зрительно.

— Ты видишь? — Ладон развернул экран к секретарю. Тот, внимательно все осмотрев, молча сел, снял очки и стал их протирать.

— Я надеюсь, не Элис?

О Создатель, а вдруг⁈ Но Ладон тут же себя успокоил. Обстоятельный папашка, конечно же, периодически почитывал сугубо персональные и секретные данные всех медосмотров. Гинеколога — в том числе. Нет, у Элис никак не получится девственницей забеременеть. Мысли эти вполне читабельно проявились на выразительном лице ректора.

— Вызвать его? Когда успел-то? Нас, драконов, во всем этом мире — по пальцам пересчитать, а уж дракониц… Я знаю одну — мою мать. И Элис. Еще парочка полукровок на четвертом курсе. Всех опросить?

— Это иномирянка, похоже. Сыночек наследил в другом мире.

— У них сейчас физподготовка. Круглый отличник, я думаю, его можно сейчас отпустить для решения семейных вопросов — до практики. Оперативненько.

— И что он там сделает? Быстро заставит родить и похитит ребенка? Мне самому надо будет лететь, я разберусь.

— Сиятельный, я понимаю — кровинушка. Но вы же не собираетесь сына всю жизнь держать под хво… юбкой? Он дракон или кто? Как дракон дракону мне вот сейчас ответьте. Разберется он, а вы бы с собой разобрались…

Ладон покраснел. Родственничек был прав, как ни прискорбно. Совершенно и аргументированно.

— Вызови мне негодника. Все отключить и запереть. Нам два кофе и… виски. Да, с завтрашнего дня обязанности ректора исполнять будет Лер, приказ мне подготовь, я в отпуск — на неделю. По срочным семейным.

Эндрис недовольно поднял бровь.

— Разбираться, с собой, как ты выразился. Да, ваша суровость, полечу лично радовать будущую бабушку.

* * *

Сказать, что Гвидон был потрясен — не сказать вообще ничего. Этого быть не могло. Все его подружки были обычными смертными. А все учебники расоведения в один голос твердили — нет, невозможно, исключений не бывает, аминь. Он смотрел на кадры инспекции с таким же ошарашенным видом, как отец час назад, упорно желая развидеть.

— Пап! Это вообще невозможно!

— Рассказывай. Я записываю, будем кумекать. Ты же не думаешь, мой ретивый не в меру потомок, что мы вправе бросить твоего ребенка, дракона, бессмертного и Лефлога? Или мне быстро начать тебя воспитывать подручными методами, оперативно и жестко? Наверстывая упущенное, так сказать.

— Ну… Сигма, Алена, Карина — но та один раз. Еще Танька с Грунькой. Светка — та вообще совершенно случайно. Уже месяц — я только с Авгеевой, честно. Два раза в неделю на увольнениях. Но она на таблетках, я точно знаю.

Ладонис сидел, горестно обхватив голову руками. Сын сорвался с цепи! И когда он успел?

— Вот, скажи, дорогуша, на кой тебе этот тухлый пангасиус? Все они?

— Ой, а сам-то! Господин Лучезарный Ладонис, не забыли ли вы, сколько потомков оставили до встречи с матушкой? Если считать твоих женщин, отец, так волос не хватит на моей голове.

— Хватит. Потомок всего был один, и давно. Это потом они сначала расплодились нещадно, а после — практически вымерли. Это все?

Гвидон замялся. Рассказывать про женитьбу на Дашке ему отчего-то не хотелось.

Отец, очень внимательно смотревший на него, усмехнулся.

— Выкладывай, кто там у нас хозяйка мешка с золотом? Я угадал? Похоже, подарок-то был с секретом, дорогуша. Очень ценный подарок.

— Быть не может. Скажи, а если на смертной жениться, это работает? Ну… на беременность?

— Ты женился на ней⁈

— Пап, только без рук. Да, ну а как к ней было подобраться-то? Там по-другому никак. Я честно женился, оставил ей денег, хозяйство поправил.

— Значит, я правильно догадался. Иномирянка. По срокам — похоже. Значит так, блудный сын. Я готовлю приказ и отправляю тебя с понедельника в отпуск. Ты как хочешь, но сдаешь все оставшиеся экзамены и летишь разбираться с женой. Вот — как хочешь. Но чтобы без ребенка не возвращался.

— Как⁈ Как я туда полечу? — взвыл Гвидон.

— Ты прошел путь туда и обратно, теперь можешь входить в этот мир в любое время и в любой ипостаси. Инструкцию я тебе оставлю. С собой не тащи ничего лишнего, только то, что на тебе. И только попробуй… отрекусь. Сам прилечу, голову откушу и отрекусь. И мать туда следом отправлю.

Самые страшные из возможных угроз на этом закончились. Пугать больше было нечем.

— Я понял. Разрешите идти?

— До понедельника! Топай, позорище рода Лефлогов.

Гвидон вышел с каменным лицом, всем своим видом изображая сокрушительную озабоченность, а за дверью не удержался — широко ухмыльнулся. Надо же! Ай да Дашка, ухватила подарок себе почище мешка с золотом! Он вдруг понял, что скучает по ее запаху и по ней, по этой несносной бабенке. Никто из девиц до сих пор не давал ему отпора. Все за драконами только бегали, руку протяни — и девица твоя. Скучно. А Дашка — это чистый драйв, война и погоня. Он думал — вышел на новый виток, квест пройден, а она нанесла ему новый удар неизвестным оружием. Вот это противник! Решено, он ввяжется в эту драку — с превеликим удовольствием!

23. Самая умная

Что от телесных утех бывают дети, Дарка прекрасно знала. Не новость. Что это коснется именно ее — к такому она тоже была совершенно готова. Вот если б она не понесла после всего того, что с ней этот скотский дракон вытворял — она бы удивилась безмерно. А в то, что он бесплоден, она и вовсе никогда бы не поверила — с таким-то богатством в штанах!

Словом, пеленки и распашонки она начала доставать из сундука загодя. Аккурат в тот день, как Гвидон уехал. Все перестирала, высушила на ветру, ветхое заштопала, на уголках пеленок не утерпела — вышила на белом белого же дракона шелком. Не сразу и разглядишь, словно знак какой-то оставляла.

Ну и дождалась. Точнее — не дождалась. Не пришли они, те самые дни. А всегда были точно по расписанию. Собрала несколько заячьих шкурок, в рушник теплые еще яйца завернула и отправилась к бабке Авдотье