Медвежий капкан. Травница - Александра Неярова

И тьма, поглотила всё…

После случившемся накануне в теле Таяны очнулась уже я. Родственная душа, притянутая на зов некой силой.

Теперь я обязательно расскажу Ивару правду о том, кто на самом деле стоит за покушением на его возлюбленную.

***

Утро выдалось серым и злым. Небо налилось свинцовой тяжестью, воздух сгустился, будто мать-природа затаилась перед бурей. Я проснулась от глухого хлопка двери.

Сердце ёкнуло в предчувствии недобрых вестей.

– Таяна! – послышался голос Атрея, ворвавшегося в избу. – Там… стража князя. Много. И Ивар с ними.

Я немедля вскочила с тюфяка и надела платье прямо на сорочку, косу по-быстрому заплела, ноги сунула в растоптанные черевички. Успела умыть лицо и напиться водицы, как со двора раздался стук копыт и конное ржание. Затем резкие голоса.

– Выйди, хозяйка! – гаркнул кто-то из кметей с улицы.

Чуть сдвинув цветастую занавесь с окна, я нашла глазами смурного Ивара. Он восседал на мощном жеребце в серых яблоках, его лицо было каменным, смотрел на крышу избы, но сам не спешил заходить.

Словно чужой здесь.

За его спиной остановились вооружённые дружинники по мою душу и тихо перешептывались между собой. Верно, никому без моего приглашения внутрь ходу нет: руны обережные не пустят.

Мы с Атреем пересеклись напряжёнными взглядами. Я пожала плечами и указала кивком на дверь.

– Идем, послушаем с чем к нам явились.

– Тая, а если они… – усомнился было мальчик, положив ладонь на поясную перевязь с клинком. Но я только покачала головой, усмиряя его от необдуманных поступков.

– Ты знаешь, что делать в крайнем случае.

Мы вышли. Я обвела внимательным взглядом мужчин, остановившись на мрачном воеводе. Карий взор таких любимых глаз обжог холодом.

За грудиной натянулась тетивой нить разочарования. Запекло. Опалило яростью безысходности.

– Таяна, – произнёс Ивар глухо, до скрипа сжал поводья в кулаке, словно не верил, что сам говорит: – По указу княжеского двора ты обвиняешься в колдовстве и отравлении княгини Любавы, что носит под сердцем дитя князя.

Что? Я?!

Ахнула. Мир на мгновение померк. Покачнулся.

В ушах зазвенело, а перед глазами поплыли тёмные пятна. Ноги едва не лишились опоры, хорошо, Атрей придержал за локоть.

– Ивар… – выдохнула я, шагнув к нему. – Это неправда.

Я попыталась шагнуть к нему, но стража преградила путь.

– Ты будешь доставлена в темницу до вынесения приговора, – закончил он сухим тоном.

Сказал именно до «вынесения приговора», а не до выяснения обстоятельств!

Моя судьба была уже решена.

– Это ложь! – повторила, голос срывался о отчаяния. Я тонула в нем, как в болоте.– Ты же знаешь меня, я лечила Любаву, а не травила!

Местные боги, да за что?! Меня затрясло от несправедливости происходящего.

– Посмотри на меня, – обронила я сипло, не оставив попыток достучаться до воеводы. – Ты ведь чувствуешь – это не я. Ну же, прислушайся к себе…

Желваки ходили на скулах воеводы, глубокая складка залегла на лбу. И взгляд совсем неродной. Он зачем-то стиснул рукоять меча, будто готовясь отразить нападение.

– Молчи, веда, – безапелляционный тон высек хлыстом искры в спине. – Твои речи – лишь чары. Ты околдовала князя, а теперь пытаешься запутать и меня.

Слова ранили глубже ножа.

Что за чушь он несёт?.. Ярослава околдовала?

Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони, и боль немного отрезвила. Здравая мысль осенила – это змея боярская подсуетилась!

Вывернула всё наизнанку в свою пользу, очернив меня! А сама собралась выйти сухой из воды.

– Желанна внушила тебе это? – Я всматриваясь в застывшие ожесточённые черты. – Она…

– Достаточно! – рявкнул Ивар, перебив мою речь, как и тогда даже слушать не стал.

Но ни один мускул на лице любимого мужчины не дрогнул.

Ивар отвёл тяжёлый, пронизывающий стылым холодном до костей взгляд от меня в сторону. Поднял левую руку и дал отмашку воинам:

– Взять её!

Двое стражников спрыгнули с коней, схватили меня за руки. Я не сопротивлялась. Всё внутри оцепенело от предательства.

– Не трогайте её! Она не виновата! _ Атрей рванулся на мою защиту. Но двое кметей его схватили за плечи.

– Молчи, мальчик, – бросил один из дружинников. – Или присоединишься к ней.

Я поймала испуганный, с твердым намерением бороться, взгляд Атрея и качнула головой. Одними губами прошептала: «Ты должен идти. Поспеши».

Атрей рассвирепел в несогласии, но понуро свесил голову на грудь и перестал вырываться. Вот и славно.

Меня повели через деревню.

Серое небо нависло над Соколиным пределом так низко, что, казалось, цеплялось за острия частокола. Люди выглядывали из домов, перешёптывались, кто‑то плевал вслед, кто‑то молился. Я шла, сжимая кулаки, и держала голову прямо.

Истинная правда была на моей стороне.

Темница оказалась сырой ямой под теремом с высоким окном, закрытым толстыми прутьями решётки. Меня втолкнули вглубь, за спиной лязгнул засов.

Холодные камни голых стен, покрытые мхом, тяжёлый запах затхлости, плесени и железа наводили апатию и уныние. Было ли мне страшно? Очень.

Я опустилась на солому, прислонившись к холодной шершавой стене. В голове вереницей крутились мысли.

Желанна, гадина, она подстроила всё специально, чтобы избавиться от меня, главной соперницы.

Но как она смогла так ловко всё провернуть? Ладно Ивар полностью под её влиянием, но почему другие люди поверили ей? Снова прибегла к темным силам? Куча вопросов и ни одного ответа…

Она опередила меня на шаг.

Уверена, попытайся я у дома надеть на него зачарованную рубаху, то он бы просто порвал её, уничтожив последний шанс всё исправить.

Надеюсь, Атрей справится.

В любом случае, меня не станут судить в отсутствие Ярослава.

Время тянулось бесконечно медленно, каждый миг отдавался в висках глухим стуком. На нервах я исходила камеру вдоль и поперёк, то сидела на подстилке, впадая в тяжёлую дремоту, и просыпалась от каждого шороха.

Снаружи в тереме кипела жизнь, словно встревоженный рой пчёл, до меня доносились голоса слуг и дружинников. В узкое оконце под потолком пробивался тусклый свет наверное, уже наступил полдень.

Вдруг в коридоре раздался лёгкий шорох, затем неторопливые, тихие шаги.

Я напряглась, вглядываясь в полумрак. Дверь со скрипом отворилась и в темницу вошла Желанна. Позади неё мелькнула фигура стражника.

– Оставь нас, – велела ему, и прошла внутрь. Дверь за ней закрылась.

Обычно