Она забыла, кто такая - Ева Гуревич

Полозов перевернул страницу.

— Вполне осторожная формулировка. Замечательно, — отметил он.

— Я лишь написала тот вывод, который реально можно сделать из писем, — безразлично ответила она, глядя в монитор. – Там действительно нет никаких доказательств. Только эмоции.

— Это правильно. История не любит, когда её переписывают.

Анна повернулась к нему.

— Ну, даже если бы я высказала допущение, что Екатерина ждала угрозы от Вяземского небезосновательно – это не было бы искажением фактов. Мы это оба знаем.

Полозов мягко улыбнулся.

— Но только мы. И этого достаточно.

Анна прищурилась.

— Ты что, боишься, что станет известна правда о причастности отца? Но какая теперь разница?

Он закрыл папку и положил рядом с Анной, оставив вопрос без ответа. Анна пожала плечами и нажала «печать». Принтер тихо заурчал. Пока страницы медленно выползали из лотка, Полозов положил руку на спинку её кресла, будто случайно, но пальцы коснулись её плеча. Он провёл пальцами по её руке, чуть ниже локтя, и убрал ладонь.

— После института ты ко мне? — тихо спросил он.

Анна улыбнулась.

— А ты меня ждешь?

— Я занимаюсь этим уже больше века.

Она тихо засмеялась.

. — Сегодня не смогу. Соседка попросила присмотреть за ее детьми у нее дома. Вернется поздно. Возможно, усну у нее.

Он нахмурился.

— Мне не нравится, когда ты остаёшься одна.

— Я буду не одна. Там двое детей.

— Я имел в виду другое.

Анна взяла распечатанные страницы и аккуратно выровняла их.

— Вот и проверим.

— Что?

— Будут ли сны, если я без тебя.

Полозов смотрел на неё несколько секунд.

— Мне не нравится этот эксперимент.

— Мне тоже. Но он логичный.

Он уже повернулся к двери, и тут Анна вспомнила о просьбе Юры. Это был походящий момент, чтобы спросить Андрея о лакее.

— Кстати! — воскликнула она.

Он остановился. Анна заговорила тише.

— Я сегодня вспомнила кое-что из последнего сна.

Полозов обернулся.

— Что именно?

Анна на секунду замолчала, подбирая подходящую формулировку, нужную интонацию — чтобы вопрос прозвучал не более, чем как праздное любопытство.

— Там был какой-то человек, — сказала она наконец. — Лакей. Николай. И он был какой-то… встревоженный. Стало интересно, был ли такой человек на самом деле?

Она произнесла это спокойно, но внутри всё сжалось. Полозов ответил не сразу. И если бы Анна не смотрела на него так внимательно, не искала бы специально подвоха в мимике и языке тела — она бы ничего не заметила. Но она искала. И будто бы нашла. Его лицо осталось прежним. Но где-то на долю секунды, совсем короткую, почти незаметную – она заметила напряжение. В уголках глаз, в мышцах лба, в движении грудной клетки. Как будто он услышал что-то, чего не ожидал услышать. Или не хотел.

— Был, — голос был ровным. — Он погиб в том же пожаре.

Анна удивлённо подняла брови.

— Правда? А как он там оказался?

— Он передавал цветы и вино перед постановкой. От моего отца, — Полозов пожал плечами. — Никто не знает подробностей. Скорее всего, заметил пожар, когда уже покидал театр… и вернулся, чтобы помочь вывести людей. Это было на него похоже.

Анна кивнула.

— Понятно.

Полозов посмотрел на часы.

— Мне пора.

Он наклонился и легко коснулся её виска губами.

— Звони, если что-то пойдет не так.

— Конечно.

Дверь тихо закрылась. Анна осталась сидеть за столом. Некоторое время она смотрела на экран, но не видела текста. Мысли возвращались к тому короткому моменту, когда он услышал имя.

Он занервничал, точно занервничал. Наверное, это нормальная реакция, когда говорят о человеке, которого ты знал… и который погиб по вине твоего отца. И всё же что-то её смутило. В его глазах была не только печаль. Что-то ещё.

Она взяла телефон и набрала текст.

«Я узнала про лакея. Возможно, ты был прав. Приезжай сегодня вечером к Василисе, я буду там».

Она немного подумала, прежде чем отправить. Но как только сообщение улетело, сразу же пожалела. Но было поздно – Юра сразу же прочитал сообщение.

Глава 32. Заговор

Когда Юра пришел, Софья и Макар сидели на диване бок о бок, уткнувшись в смартфон. Анна к этому моменту провела с ними чуть больше часа, но так и не смогла отвлечь их от экранов. Они с Юрой прошли на кухню, где уже закипал чайник.

— Андрей подтвердил, что у него действительно был лакей по имени Николай, — сказала Анна, раскладывая чайные пакетики по чашкам. – Он погиб в том же пожаре.

— Я так и думал, — кивнул Юра. — Это объясняет, почему я тоже чувствовал запах дыма.

— Ему поручили доставить Екатерине цветы и то самое вино. Андрей считает, что театр загорелся уже после того, как Николай ушел. Он вернулся, чтобы вывести людей. Наверное, почувствовал дым на улице или увидел, как выбегают люди.

— Ты не спрашивала его, не было ли отравлено вино?

Анна повернулась к нему.

— Нет конечно. Это было бы подозрительно. С чего мне спрашивать об этом?

Юра пожал плечами.

— Ну не знаю, про вино ведь даже в документах по делу есть. Странно, конечно, что никто никогда не допускал, что там мог быть яд. Но ведь ты в теории могла это предположить.

Анна с громким стуком поставила чашки на стол.

— Юр, мы уже говорили об этом, — сказала она раздраженно. — Андрей не пытался скрыть, что Екатерина убита по приказу его отца. Какая разница, отравлено ли было вино? Это уже детали.

— Это может быть важная деталь. Потому что яд мог подсыпать… — Юра осекся. — Ладно, это пока неважно.

Юра некоторое время молчал, потом спросил:

— Так почему ты думаешь, что я мог быть прав?

Анна поджала губы.

— Честно говоря, меня смутила его реакция на имя Николая, — сказала она неуверенно. — Может быть, мне просто показалось, но…

Она замолчала. Юра внимательно смотрел на нее.

— Но?

— Что ты собираешься дальше делать, Юр? Как выяснять правду?

Юра улыбнулся.

— Это уже деловой разговор, Анна Львовна.

— Аня! – послышался из комнаты детский голос. — У тебя есть зарядник? Мой сломался.

— Сейчас дам, — ответила Анна и вышла из комнаты.

Пока Анна искала зарядник и относила детям, мысли