Лорды гор. Трон над бездной - Ирмата Арьяр

— Сидите, герцог. Простите за вспышку. Я… не терплю ультиматумов.

— Ваше величество, это не ультиматум! Лишь совет от старика. Простите великодушно. Я всего лишь человек. Но я люблю свою землю и ее несчастных людей. Я хочу процветания нашей страны и не хочу раскола и гражданской войны. А она будет, тут сомнений нет. Церковь мутит воду и поддерживает ваших противников. А в списке претенденток нет ни одного имени от старой аристократии Гардарунта!

— Разве я виноват, что они сами не захотели? Я же не потащу их насильно!

— Захотели. В том-то и дело, что многие наши девицы хотели бы, даже страх перед огнем их не берет! Особенно, после турнира, где вы, сир, щедро одаренный и властью, и силой, и красотой предстали героем-победителем. Но мы им запретили.

Я начала злиться. Вот уж от герцога не ожидала козней!

— Кто именно?

— Отцы и деды. Старая кровь Гардарунта. Позвольте сначала спросить. Что вы знаете о том, как устроена была власть прежних государей, правивших до того, как огненный маг, лорд Астарг, завоевал нашу страну и заставил склониться перед его силой?

— Вы обещали, что задержите меня ненадолго, — затосковала я, подавив зевок.

— Еще пару минут, сир. Я освежу вашу память, если позволите. Династия равнинных королей до Астарга носила имя Хо. Это центральная власть, центр круга. Трон. Те, кого Астарг уничтожил первыми. Затем погибли ближайшие к Хо родственники. Второй круг. Или ветвь. Астарг сжег их всех, не щадил даже младенцев. Род Хоа, Хоб, Хов, Хое… И так до конца.

Я начала догадываться.

— Подождите. То есть, Близость родства к Хо определялась следующей буквой имени рода?

— Да. Такая система была создана на века. Она тянется еще со времен айров. Именно поэтому уничтожить и забыть кровь первых королей Гардарунта — невозможно. Если в семье выживает лишь женщина, она становится носительницей, а к имени ее первенца добавляется следующая буква. Старая аристократия Гардарунта помнит и терпеливо ждет. И именно потому Гисмус так легко набрал сторонников, несмотря на свою репутацию подлеца. Во мне тоже есть капля крови Хо.

— Холле… — задумчиво протянула я. — Четвертый круг?

— Да. Мой племянник — пятый.

— А Гисмус фьерр Хольт — тоже четвертый?

— Нет. Гисмус — третий. Считается по звуку, а не по буквам. Ведь письменность появилась не так и давно. Хольт — Хо и мягкая «Л». Третья ветвь. И влияния у ветви Хольт гораздо больше, чем у меня. Хотя мой титул выше.

— Я понял. А если сменится династия и, предположим, следующий государь будет из коренных, равнинных, то какое имя он возьмет? Хп? Ху? Ца?

— Зависит от многих факторов, сир. Но главное требование: имя основателя династии должно быть коротким и благозвучным, чтобы к этому черенку приросло много ветвей. Долго объяснять, да и ни к чему. Мы уже не хотим другую династию. С приходом огненных королей у нас прекратилась братоубийственная междоусобица. Укрепилась центральная власть. Прекратился разбой и грабежи. Расцвела торговля. Границы государства перестали усыхать, даже расширились. Это было бесценно. Потому я в числе многих верю в возрождение, потому с чистым сердцем присягнул и вашему деду, и вашему отцу. Увы, последние годы его правления многое потеряно, потому заговорщики подняли головы… Но вы — наша надежда, сир.

— Но причем тут отбор и отсутствие кандидаток от старой аристократии?

— Мы против новой равнинной династии, но память о былом влиянии… Она неистребима. Мы объединились, мы — большинство родов старой крови, не только потомки Хо. Чтобы не скатиться в новую грызню, мы хотим выдвинуть одну кандидатуру от всех. Самую достойную стать нашей королевой. Она — единственная, кто чудом остался в живых из рода Хо Второго круга. И она любит вас, ваше величество. Ваш брак с ней объединит Гардарунт.

Любит? Меня⁈ Это невозможно!

— Так в чем же дело? — нахмурилась я. — Впишите ее имя в список невест. Или она не девственница?

Тусклые морщинистые щеки старика слегка порозовели:

— У девушки безукоризненная репутация. И в монастыре, где она воспитывается, уверены в ее целомудрии.

— Тогда не вижу проблем. К тому же, я намерен отменить пункт о девственности. А то, действительно, совсем без невест останусь. И гимны айров ей учить не надо, я передумал. Хотя грамотность проверю. Если ваша протеже сумеет победить соперниц, то станет моей королевой.

Он покачал головой.

— Я потому и пришел, сир. Жрецы Безымянного узнали о ее чувствах к вам и не позволят участие в отборе. Ее заперли в монастыре и насильно готовят к постригу. Мы на днях организовали побег, но ее схватили и теперь охраняют еще строже. Мы боимся за ее жизнь. Она слишком им мешает.

Еще бы. Если глупая девчонка посмела любить огненного короля. Я уже слишком хорошо представляю, что грозит девушкам, чья любовь может дать силу огню мага.

— Герцог, я разберусь. Доведите до сведения Регентского совета изменения в моих требованиях к невестам, — я подвинула канцлеру подписанные бумаги с королевской печатью.

— Благодарю, сир. Но позвольте предупредить… Вам ни в коем случае нельзя проявить интерес к девушке перед слугами Безымянного. Как только они поймут… Лучше забрать ее немедля, пройдя в монастырь под любым другим предлогом. Помнится, ваш батюшка направлял немалые средства именно этой обители, где ее заперли. И, что самое ужасное, им передана гора оружия, на полк хватит. Вот здесь я подготовил выписки из отчетов казначейства, — канцлер положил передо мной тетрадь, наскоро сшитую жилами. — Ох, едва не забыл. Там совершают покаяние и ваши сестры, принцессы Беатрис и Берта.

Сердце упало. Великие айры, ведь это может быть просто совпадением?

— Название монастыря? Имя девушки? — севшим голосом прохрипела я.

— Монастырь святой Мариньеры. Лилиана фьерр Холь.

Глава 18. Лейрин. Монастырь святой Мариньеры

Кардинал входил в Регентский совет, который вот-вот должен собраться. Пришлось искать Таррэ и просить задержать Трамаса до моего возвращения.

— Что за секретность? Куда это вы собрались? — с подозрением прищурился высший и раздраженно дернул себя за белую прядь.

Как будто и не подслушивал через «Белый щит»!

— За сестрами, — глазом не моргнула я. — Я решил, хватит им терять свежесть лиц в монастырских кельях. Им должно быть интересно, кто станет их снохой и войдет