Темный князь - Наталья Викторовна Косухина

начинкой – сочный, ароматный, с хрустящей корочкой. Новый управляющий, Аудор, уже успел внести свои коррективы в кухонные дела, и все во дворце спокойно, даже с благодарностью, приняли замену слуг. Его изменения пришлись всем по вкусу в прямом смысле слова. Я так, кажется, набрала уже пару килограммов на такой «диете». Или это все же из-за беременности? Живот пока оставался почти плоским, но тело ощущалось иначе – мягче, тяжелее.

– Аша, ты знаешь, что заговорщики разрабатывают план, чтобы тебя похитить?

Услышав это, я замерла с вилкой на полпути ко рту, обдумывая услышанное. Не страх сковал меня первым, а скорее глухое, зудящее раздражение. Снова их планы только на счет меня. Сколько можно?

– Не знала. Но мне это категорически не нравится, – нахмурилась я, откладывая столовый прибор.

– Не переживай. Я не дам им тебя похитить, – успокоил меня муж.

– Да? – Это хорошо, – довольно кивнула я, полностью уверенная в словах супруга, и продолжила завтрак. Если Наур сказал «не дам», значит, так и будет.

– У вас потрясающее доверие в семье, – прокомментировал император, наблюдая за нами с откровенным любопытством.

– Угу, – промычал супруг, не отрываясь от тарелки.

Императрица никак не отреагировала на наше общение и продолжила невозмутимо завтракать, изящно отламывая крошечные кусочки от своего пирога. Не иначе, сын с ней уже поговорил. Что еще интереснее, на днях император официальным указом передал управление дворцом и все связанные с ним церемониальные обязанности мне. «Связи с общественностью», если это можно так назвать, теперь тоже лежали на моих плечах. Фактически, я уже исполняла обязанности императрицы, хотя официально меня не короновали. Ирония судьбы, да и только.

Также стоит отметить, что из восемнадцати придворных дам, после моего «назначения», с императрицей остались только четыре самых преданных. И если об ушедших слугах ее величество хоть как-то переживала, то о приближенных женщинах – не особо. У нее теперь было спокойствие, достаток и ее сад. Изредка требовалось выйти и «посветить лицом» на публичных мероприятиях. Благодать, не иначе.

– Как протекает беременность? – спросил его величество. Он вообще обожал поболтать за едой, превращая трапезу в неспешную беседу.

– Пока все хорошо, – ответила я, ловя на себе внимательный взгляд свекрови. – Но нужно подумать о том, в какой комнате дети будут жить. Где играть…

– В моем саду, конечно же, – тут же присоединилась к беседе императрица. – Там прекрасная природа, много цветов, воздух чище.

Не успела я ничего сказать в ответ, как император меня опередил.

– Это будут мальчики, лекарь уже определил, – резко напомнил мужчина о данном факте.

– И что? Они не могут гулять? Детям нужен свежий воздух и красота, – не поняла такого поворота свекровь, ее брови поползли вверх.

– Дети должны развиваться физически. Их надо на полигон. Им еще тварей гонять по империи, – непоколебимо пояснил свекор свою позицию, жестом отмахнувшись от «красоты».

– По империи нужно гонять тебя! Может, мозги проветрятся! – возмутилась ее величество, щеки женщины залились злым румянцем. – Ты маленьких детей собираешься сразу на боевых магов учить?!

– Молчала бы лучше, – рявкнул император, его спокойствие начало давать трещины. – Ты от всего отстранилась, свои обязанности сложила и сидишь целыми днями, ничего не делая. А как важный вопрос – так твое мнение первое!

– Я уже достаточно сделала для империи за годы, что прожила с тобой в браке! – огрызнулась императрица, и ее голос зазвенел, как натянутая струна.

Несомненно, назревал крупный скандал.

– Да, столько сделала, что мы до сих пор разгребаем последствия! – парировал его величество, и его кулак с силой опустился на стол, заставив звенеть посуду.

– А ты, значит, совсем не при чем? Еще неизвестно, кто больше ошибок совершил! Страной-то правит император. За кем тут разгребают, надо еще выяснить! – перешла в яростное нападение свекровь, вскочив со своего места.

– Бедная ты страдалица! Надо было давно тебя казнить и прервать твои мучения! – зашипел император, тоже поднимаясь.

– Ты сейчас договоришься, и я тебя прямо здесь казню! Мерзкий характер! Тебя нельзя подпускать к внукам, ты научишь их только плохому! – рыкнула императрица в ответ.

– Да кто ты такая, чтобы меня к внукам не подпускать?! – прогремел император, психанув.

Пока шел этот жаркий и очень «содержательный» разговор, я уже доела свой кусок яблочного пирога, откусила от куска мужа (он выбрал грушевый) и с интересом присматривалась к вишневому. Все эти перепалки сейчас были ни к чему. Как родятся дети, там и посмотрим. И раз уж судьба так распорядилась, что они мальчики… что ж, пусть учатся и «гоняют тварей», когда придет время. Главное – чтобы живыми оставались.

– Ты сейчас к призракам? – уточнил супруг, заметив, что от вишневого пирога я все же решила воздержаться.

– Нет. У меня дневной сон. В последнее время все время хочу спать, – призналась я, чувствуя тяжесть в голове.

Встав, я направилась прочь из столовой, пока там еще стаканы не начали летать. За мной последовал и Наур, а за нашей спиной скандал продолжал набирать обороты, его отголоски долетали даже в коридор.

– Что ты думаешь по поводу заговорщиков? – спросил муж, когда мы оказались в относительной тишине, и его рука легла мне на пояс, поддерживая.

– Не можешь что-то изменить – возглавь это, – рассмеялась я, ощущая его тепло. – А вообще, я против тотального устранения дворянских родов. Они, конечно, попили у меня немало крови, но на их место придут новые. А против тех у нас не будет никакой информации, придется начинать все с нуля…

– Хочешь позволить им выйти сухими из воды? – улыбнулся Наур, но в его улыбке не было осуждения, лишь понимание.

– Нет. Нужна показательная расправа, но для нее тебе необходим безупречный повод. Перед народом и чиновниками ты должен предстать образцовым, справедливым правителем, помни об этом, – похлопала я его по руке.

– Имидж, как ты говоришь.

– Он самый, – подтвердила я, поднимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать супруга в уголок губ и отправилась в свои покои.

А там меня ждала Сона. Она сидела на низком табурете у окна и грустно смотрела на меня. Но не плакала, и это уже было достижением.

– Что-то случилось? – уточнила я, зевая во всю ширь и потягиваясь.

– Зря вы меня наняли, ваше высочество, – вздохнув, заметила она, не оборачиваясь.

– Почему? – удивилась я, сбрасывая с себя шаль.

– Я же ничего не делаю.

– Ты мне помогаешь, – мягко напомнила я, усаживаясь на край кровати. – Приносишь еду, убираешь, составляешь компанию.

– Это не работа, – упрямо пробормотала она.

Угу. А кто-то за то же самое деньги получал и еще рыдал тут днями напролет.

– С братом пообщалась?

– Ну, мы виделись. Но он призрак. О