Попала в книгу Главной злодейкой - Елена Звездная

И он весь был увешан золотом.

Массивные браслеты охватывали запястья, тяжелая цепь покоилась на шее, перстни украшали почти каждый палец. Даже в длинных, заплетенных в сложные косы волосах (золотисто-каштановых, что тоже выглядело удивительно) сверкали драгоценные нити и заколки. Это плетение казалось не утонченно-эльфийским, а скорее варварским, древним.

Он сидел расслабленно, вытянув длинные ноги в высоких сапогах, и разглядывал меня с откровенным любопытством.

— Ну, здравствуй, великая воительница дома Алого Заката, — произнес он, и в его голосе прозвучала та самая бархатная насмешка, от которой по спине бегут мурашки.

Я замерла, невольно выпрямляя спину.

— Вы знаете меня? — спросила осторожно.

Эльф хмыкнул, поднялся с уступа — плавным, текучим движением, выдающим в нем опасного бойца, а не праздного богача — и подошел ближе. Золото на нем тихо, мелодично звякнуло.

— Наслышан, — усмехнулся он, склоняя голову чуть набок и глядя мне прямо в глаза своими теплыми, ореховыми омутами. — О той, что плюнула в душу дракону и оставила с носом старейшин Золотого Листа, говорят в каждой таверне отсюда и до побережья. Ты стала легендой, Лириэль.

Он улыбнулся шире, обнажив чуть удлиненные клыки.

— И, надо признать, легенда вживую выглядит куда аппетитнее, чем в рассказах пьяных бардов.

Неприязненно взглянув на него, напомнила:

— Господин, у меня отец и пятеро братьев, каждый из которых владеет клинком лучше, чем дышит. Постарайтесь следить за словами про аппетит, если вам дорого ваше здоровье.

Его улыбка стала лишь шире, в ореховых глазах заплясали веселые бесята.

— О, я уже трепещу, — мурлыкнул он, ничуть не выглядя испуганным. — Но, полагаю, твоему отцу и братьям сейчас не до моей скромной персоны. У них есть проблемы помасштабнее, чем один восхищенный эльф.

Эти слова задели что-то внутри. Отец и братья оберегали меня, окутывали заботой, как ватой, не позволяя ни единой дурной новости достичь моих ушей. Я жила в сладком неведении, поедая цветочные пирожные, в то время как вокруг, похоже, сгущались тучи.

Любопытство мгновенно вытеснило настороженность.

Я сделала шаг ближе, понизив голос:

— В тавернах обсуждают что-то еще?

Незнакомец перестал улыбаться. Он прислонился плечом к стволу древнего дуба, скрестил руки на груди, и золото на его запястьях снова звякнуло — звук был похож на предупреждающий звон колокольчика.

— Не только, милая леди, — произнес он уже серьезнее. — Твои родные берегут тебя, это похвально. Но глупо держать в неведении ту, кто находится в центре урагана.

Он выдержал театральную паузу, наслаждаясь моим нетерпением, а затем выдал:

— Твой Пробудившийся Дракон не просто идет по следам. Он их опережает. Посольство от Императора Элладора стояло на пороге дворца Владыки эльфов за сутки до того, как твой конь коснулся брусчатки Элиантара.

У меня перехватило дыхание.

— Это невозможно, — прошептала я. — Мы загнали лошадей. Мы шли тайными тропами, мы не останавливались…

— Порталы, Лириэль, — перебил он, и в его голосе проскользнуло нечто похожее на уважение к врагу. — Император сжег годовой запас магии накопителей, чтобы перебросить своих послов мгновенно. Это демонстрация силы. И одержимости.

Я почувствовала, как холодеют руки. Он здесь. Его воля, его влияние уже здесь, в моем безопасном убежище.

— И что… что они требовали? — спросила я, боясь услышать ответ.

Эльф покачал головой, и золотые подвески в его волосах качнулись, ловя отблески магических огней кладбища.

— О, они не требовали. Драконы не требуют, они ставят условия. Главный посол Империи, лорд Эрмери, если я не ошибаюсь в имени…

— Эрмери здесь?! — сердце екнуло.

— Здесь, — подтвердил незнакомец, внимательно следя за моей реакцией. — И он зачитал ультиматум. Официальная нота гласит, что императрица Элладора, Ее Величество Лириэль, была вероломно похищена заговорщиками из дома Алого Заката.

— Похищена?! — я чуть не задохнулась от возмущения. — Я сбежала! Сама!

— История пишется победителями, девочка, — усмехнулся эльф. — Для Императора ты — жертва похищения. Он великодушно дал Владыке эльфов десять дней на то, чтобы вернуть «похищенную» супругу и выдать преступников — твоего отца и братьев. В противном случае…

— В противном случае? — голос дрогнул.

Незнакомец наклонился ко мне, и я ощутила исходящий от него странный, пряный запах степных трав и раскаленного песка.

— В противном случае Империя сочтет это актом агрессии и объявлением войны. И поверь мне, слухи не врут — Драконья Армада уже стягивается к границам Вечного Леса. Твой муж готов сжечь наш священный лес дотла, лишь бы вернуть свою любимую игрушку.

Я закрыла рот рукой. Война. Из-за меня.

— Отец не отдаст меня, — прошептала я, отчетливо осознавая это.

Эльф хмыкнул, и этот звук был полон скепсиса.

— Владыка мудр, Лириэль. Но Владыка и прагматичен. Дом Золотого Листа давит на него, требуя выдать тебя Дракону, чтобы избежать войны, ведь ты, по их мнению, "меченая". Твой отец давит с другой стороны. А Эрмери ждет во дворце, попивая эльфийское вино и вежливо напоминая, что каждая минута промедления приближает пламя к нашим границам.

Он вдруг протянул руку и, прежде чем я успела отшатнуться, невесомо коснулся золотой пряди моих волос.

— Ты стоишь на краю, принцесса Алого дома. И самое забавное… — его ореховые глаза блеснули пугающим пониманием, — …ты сама не знаешь, кого боишься больше — Дракона, который идет забрать тебя, или того, что ты, возможно, совсем не хочешь, чтобы он останавливался.

Я отбила его руку.

— Вы несете чушь!

— Возможно, — он не обиделся, лишь отступил назад, растворяясь в тенях кипарисов с той же хищной грацией, с которой появился. — Но помни, Лириэль, часики тикают.

Стоящая в отдалении Йоли занервничала, переминаясь с ноги на ногу, но незнакомец уже уходил, растворяясь в тенях кипарисов.

Я понимала, что это безумие. Я знала, что рискую всем — свободой, жизнью, честью дома. Но мысль о том, что Эрмери здесь, совсем рядом, во враждебном лагере… эта мысль не давала покоя.

— Посольство драконов! — крикнула я вдогонку удаляющейся фигуре, молясь, чтобы он услышал. — Где они сейчас?

Незнакомец остановился. Обернулся. В сумерках блеснуло золото его украшений, и я услышала тихий, мелодичный смех:

— А почему бы и нет? Это будет забавно.

Он небрежно щелкнул пальцами, и в мою сторону полетел маленький, пульсирующий теплым светом шарик.

— Следуй за ним… если осмелишься, принцесса дома Алого заката.

И исчез.

Просто растворился в воздухе, словно его и не было.

Я осталась стоять, глядя на зависший перед моим носом магический маячок. Сердце колотилось где-то в горле.

— Моя госпожа… — Йоли, бледная как полотно, подбежала ко мне и вцепилась в рукав. — Моя госпожа, умоляю, не трогайте! Это безумие!