Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1 - Валентина Зайцева

Я не успела облегчённо вздохнуть. Обезумевший от боли белый конь вцепился зубами в шею моего Алого Вихря! Брызнула тёмная кровь. Взвыв от невыносимой боли, мой жеребец окончательно потерял рассудок. Он взвился на дыбы и, не разбирая дороги, понёсся в самую глубь тёмного, непролазного леса.

— Элли! — крик сестры и Адриана Августа утонул в шуме ветра. Они бросились в погоню, но что они могли сделать пешими против лучшего скакуна Остерии, ведомого агонией и ядом? Деревья замелькали перед глазами, и я поняла: я осталась один на один с этим безумием.

* * *

Каллум Рейн

Эту картину я застал, когда вышел к опушке леса.

Жеребец Элары был умнее своего вида. Видимо, его инстинкты оказались острее, чем у породистых кляч столичных лордов — он почуял неладное в запахе корма ещё ночью и почти не прикоснулся к овсу. Если бы эта девчонка просто сидела в седле и думала о собственной шкуре, она была бы в полной безопасности. Но нет.

— Всё ещё лезешь не в своё дело, — сорвался с моих губ едва слышный смешок.

Её хрупкий силуэт, облачённый в алое, метался в седле обезумевшего коня. В следующее мгновение она скрылась в самой гуще чащи, оставив сестру и Адриана Августа далеко позади. Никто в этом лесу не понимал лучше меня, что значит для Элары Валериус остаться одной в такой момент. Смерть уже дышала ей в затылок.

Мой холодный, безразличный взгляд скользнул по принцу Элиану. Вот он, лежит на земле, всё ещё дрожа от шока. Моя главная добыча в этом походе. Мой билет к власти и мести. Мне нужно было сделать всего один шаг, чтобы «спасти» его и стать его тенью.

Я двинулся вперёд, но край алого плаща, подаренного Эларой, зацепился за шипы колючего кустарника, удерживая меня на месте.

В этот момент послышался бешеный топот копыт. Брат и сестра Торны спасались бегством, надеясь, что хаос скроет их преступление. Я посмотрел на тёплую ткань на своих плечах, наклонил голову набок, прислушиваясь к внутренним весам. На одной чаше был принц, на другой — девчонка, которая почему-то решила, что я достоин её плаща.

Выгода против... Чего? Любопытства?

Я сменил направление и вышел прямо на середину тропы.

— С дороги! Прочь! — заорал Варкас Торн. Он даже не притормозил, намереваясь просто растоптать меня своим серым конём.

Я не сдвинулся с места. Напротив, я улыбался. Мои губы изогнулись в предвкушении, но глаза оставались мёртвыми, как у хищника, взирающего на ничтожное насекомое. Варкас на миг замер — я видел, как в его зрачках вспыхнул первобытный ужас жертвы, почуявшей зверя.

Прежде чем он успел натянуть поводья, я рванулся вперёд. Одной рукой я вцепился в его плечо и с силой, которой не должно было быть у измождённого раба, вырвал его из седла. Раздался хруст — Варкас мешком костей отлетел в придорожную канаву.

— Варкас! — пронзительный визг Лианы Торн разрезал воздух, но я уже не слушал.

Я перехватил узду их серого коня, легко вскочил в седло и, не колеблясь, вонзил кинжал в круп животного. Боль погнала коня вперёд, заставляя его лететь быстрее ветра вглубь леса.

Я не смотрел назад. Передо мной был только лес, а впереди — запах крови Алого Вихря и едва уловимый аромат её духов.

Сегодня дождь не смоет твой след, Элара. Не раньше, чем я разрешу тебе умереть.

* * *

Валерия Валериус

Лес превратился в оживший кошмар. Свист ветра, хрипы умирающих коней и панический крик принца Элиана — всё слилось в один безумный гул, от которого закладывало уши. Мои лёгкие горели, словно я глотала битое стекло, пока я пыталась удержать принца и одновременно не спускала глаз с Элли.

— Элара! — мой крик сорвался на хрип, когда я увидела, как её жеребец, Алый Вихрь, взвился на дыбы.

Белый конь Элиана, обезумевший от яда и боли, вцепился ему в шею. Тёмная, почти чёрная кровь брызнула на траву, и в тот же миг Алый Вихрь, ведомый агонией, сорвался с места. Элли едва держалась в седле. Она всегда была такой хрупкой, такой нежной… и теперь этот зверь уносил её в самую чащу, где деревья стояли плотной стеной, а овраги могли стать её могилой.

Я бросилась вперёд, забыв о принце, о чести, о долге. В голове стучала только одна мысль: «Только не она. Забери мою жизнь, но не её». Но как я могла догнать западного скакуна на своих двоих? Грязь скользила под сапогами, колючие ветви хлестали по лицу, а расстояние между мной и сестрой неумолимо росло.

Внезапно за спиной послышался топот — тяжёлый, ритмичный, стремительный. Кто-то приближался на огромной скорости.

Я обернулась, готовая закричать, чтобы мне помогли, но слова застряли в горле. Мимо меня, обдав облаком ледяного воздуха и запахом надвигающейся бури, пронеслась огненная стрела. Всадник на сером коне летел так низко, словно слился с телом животного в единое целое.

На его плечах бушевал ярко-алый плащ.

Всадник, который промчался мимо меня, излучал такую пугающую, почти божественную мощь, что у меня, закалённой в тренировках воительницы, по спине пробежал ледяной холод. В его позе не было ни капли страха. Только смертоносная грация и ледяная решимость хищника, выходящего на охоту.

Он не просто скакал — он словно управлял самой судьбой этого леса. Конь под ним хрипел, бока животного были в пене, но всадник неумолимо сокращал разрыв с Алым Вихрем.

Я замерла, не в силах пошевелиться. В лучах меркнущего солнца алый плащ казался кровавым знаменем. В этот миг я поняла: кто бы ни был этот человек, он — единственная надежда Элары.

— Кто же ты такой? — прошептала я, глядя, как алая точка растворяется в непроглядной зелени леса.

Ветер донёс лишь далёкий раскат грома и торжествующий ржач коня. Дождь начинался.

* * *

Элара Валериус

Ветер свистел в ушах, точно заточенное лезвие, а ветви густого леса нескончаемой чередой хлестали по телу, оставляя на коже жгучие, кровоточащие полосы. Я почти не чувствовала боли — её вытеснил первобытный, парализующий ужас.

Я мёртвой хваткой вцепилась в гриву Алого Вихря, прижимаясь к его горячей, вздрагивающей спине. Пальцы онемели, костяшки побелели, но я знала: стоит разжать руки хоть на мгновение, и это станет концом.

— Стой… Вихрь, прошу, стой… — прохрипела я, пытаясь достучаться до разума обезумевшего животного.

Но стоило мне разомкнуть губы, как очередной резкий толчок подбросил меня в седле, и я с силой прикусила язык. Рот мгновенно наполнился солоноватым,