Не про Любовь! - Нора Ольвич

Узкое, грязное, не мытое годами окно, пропускало предрассветный свет. Небо серело, этот процесс было не остановить.

Торопливо взяв обломок свечи, я обернулась будто на зов и увидела портрет графини. Вернее, только её глаза. Они были мне знакомы. Такие же я видела когда-то на фотографии в двадцать первом веке, разглядывая свою пра – пра бабушку Аиду Гордеевну.

Портрет стоял на старом столе, заставленный вазами и канделябрами, заваленный свёрнутыми холстами. Большой старый абажур лежал на боку, закрывая собой его обзор.

Порванный сбоку, в скромной раме, портрет являл собою совершенно небольшие размеры. Девушка, изображённая на нём, была одета просто. Объёмная блуза с кружевом на манжетах и перекинутая через плечо ткань в крупную шотландскую клетку. Красивая брошь с гербом сдерживала эту ткань. Всё было так естественно в ней и живо…

Именно с этого портрета писали тот большой. Не было украшений и диадемы с сапфирами. Первоцвет застыл в изящной ручке.

Как тот, во сне.

Внизу надпись являла имя молодой женщины: «леди Элинор – Иден Мак-Данбар».

Что за чудачества судьбы? Наши имена с Аидой в этом столетии соединены в один чудный образ, той, без которой нас не было бы в этом проявлении.

Потянув на себя пылищу, обнаружила за портретом старый кошель, такие обычно дамы вешали на пояс в века рыцарства и турниров. На нём значился всё тот же герб шотландских баронов.

«- это как же получилось, что баронесса вышла замуж за графа»?

Чистой воды мезальянс. Как граф решился свою кровь голубую разбавить? Неосознанно схватив всё найденное, подумала о том, что обязательно заберу портрет с собой. Слыша шум на улице, понимая, что в замке действительно начинается новый день, метнулась тёмной птицей в подсобку без окон. Закрыла засов.

Заметив догорающий огарок в комнате без окон и спящую сестру, будила её, прося найти в сумке нож.

- Ида, быстрее. Во дворе шум. А это просто подарок судьбы. Она для нас это оставила, спрятав среди хлама. Как только я вошла в ту комнату ещё вечером, я почувствовала взгляд. Надо вырезать из рамы холст аккуратно и свернуть его. Удивительная работа древнего художника. Не сравнить с той мазнёй, что в коридоре.

- А в кошеле что?

- Я не смотрела.

- Письма чьи-то. После разберём.

Мы работали споро. Вырезав из рамы холст и свернув его в тубу, я уложила драгоценный образ в сумку, заплечную из будущего, туда же сунула кошель.

- Путы с монетами жмут, однако пора нам. Светает.

- Ты самого главного не видела на портрете. Темно здесь. Звали матушку твою леди Элинор – Иден Мак-Данбар. А это что-то да значит. Как в монастыре тебя назвали ты помнишь?

- Иден Мари - Эн Данбар. Это точно. После постриг был, но имя Иден в любом его проявлении всегда при мне. Оно означает райский сад.

И вот мы уже стоим на крыльце. Прикрыв осторожно за собой дверь, я резко дёрнула её, что было сил на себя, и там внутри замок упал в пазухи, отгородив нас буквально ото всех.

Не скажу точно, сколько мы шли по укатанной тяжёлым транспортом дороге. В кустах и зарослях, и выше их постоянно было видно высокую замковую стену из камня.

- Точно из тюрьмы бежим.

Неизвестность больше не пугала. Мне казалось, что мы на правильном пути. Именно так поступала в своё время та, которая дала нам жизнь. У меня будто крылья за спиной выросли.

Выйдя из огромного парка на единственную, центральную улицу города, решившись окончательно идти ва-банк, я направилась в сторону жилых домов.

- Нора, ты куда? Я все ноги сбила о камни. Мне кажется, моя сумка в разы тяжелее твоей.

- А вот и нет. Но нарядов у тебя с собой – целый магазин. Неси сама. Смотри вон многоквартирный дом. Нам нужно до него дойти. Держи прямее спину, дорога-то камнем выложена. Во многих окнах горит свет. Все квартиры имеют два этажа и свой отдельный выход на улицу. А вон смотри в окнах нет света. Нам туда.

- В доме напротив тоже горит свет, и кто-то смотрит в окно. Улица узкая, нас узнают.

- Пусть смотрит, что нам до этого дела? Мы ничего не нарушаем. Помни, у них нет сотовых телефонов, о том, что мы уехали в почтовой карете, горожане узнают только к обеду.

Дойдя наконец-то до цели и встав возле чужого крыльца, мы приняли вид простых горожанок, ждущих экипаж. Ничто не выдавало в нас тех, кого везли практически месяц назад по улочкам городка в телегах после трагической случайности на мосту.

Мы смотрели в сторону моста, ожидая любое транспортное средство. А оно появилось, совсем, с другой стороны. Надпись на нём говорила о принадлежности экипажа к почте Великобритании. Эту надпись ваяли мастера крупными шляпками от вбитых в нужно порядке гвоздей. Я протяжно махнула рукой, держа в пальчиках белоснежный, слегка сдобренный парфюмом платочек.

И это заметили буквально сразу.

- Святые ангелы, так он в Эдинбург едет.

Мне казалось, леди Иден, сейчас вспомнит какое-нибудь крепкое словцо на русском языке. Экипаж подъехал, и кучер склонил учтиво голову в приветствии.

- Леди, чем могу помочь?

Я уловила движение в окне дома, что стоял, напротив. Нас разглядывали. И вот ещё. В другом окне.

- Мистер, доброе утро. Мы с сестрой направляемся в Эдинбург, помогите с багажом, будьте так добры. Вот нас и родня провожает, вся окна осадили.

Я с улыбкой помахала «провожающей родне» рукой на манер английской королевы. К нам больше не было вопросов, особенно после того, как Аида сразу произвела расчёт. Приземистый мужчина, который компенсировал свой малый рост высоким головным убором, помог нам разместиться на местах. В салон погрузили багаж.

- Разве охрана не предусмотрена для нас, путешествующих по стране?

Его кустистые брови сошлись на переносице.

- Леди, охрана присоединится к нам верхом, как только мы проедем мост. Вас будут встречать в столице Шотландии?

- Конечно, мистер.

- Следующая станция в Морпе.

За нами закрылась надёжно дверь.

Щёлкнул замок, экипаж сдвинулся с места, не торопясь набирать большую скорость.

Глава 15

Глава 15

Шум реки становился всё громче, словно предупреждая о приближающейся опасности, он усиливался с каждой минутой. Дилижанс замедлил ход, осторожно продвигаясь вперёд. Перед