Подарок для рыцаря смерти - Дарья Верескова

Ядовитая ревность проснулась в его теле — он всё равно невольно уже воспринимал Сабин как свою. А ещё… он был чудовищно виноват перед ней.

— Я прикажу принести тебе еды, — наконец произнёс он. — А пока подумай о компенсации.

Увидев недоуменный взгляд девушки, он приблизился и присел на корточки, чтобы оказаться с ней на одном уровне.

— Ты попала под удар моей силы, этого никогда не должно было случиться. Ты могла умереть или лишиться разума…

Он видел в её глазах вопросы, но не собирался давать ей возможности задать их, пока сам не узнает ответы. Они не могут здесь оставаться.

— Проси чего хочешь, я должен тебе. Золото, меха, что угодно — я найду, даже если у меня этого нет, — горячо произнёс Гектор.

Но Сабин только молчала, не сводя с него блестящих, огромных, как у оленя, карих глаз, окружённых тёмными ресницами. В первый день эти глаза показались ему простыми, как и вся она, особенно рядом со светлыми голубыми глазами леди Элоиз.

А сейчас они казались ему тёплыми, горящими жизнью. Вся она была концентрированной энергией, к которой нестерпимо хотелось прикоснуться.

Даже сейчас. Словно между ними образовалась какая-то связь — против его воли. Против её воли.

— Подумай, — произнёс он, вставая и понимая, что такое решение не просто принять. — Я вернусь с едой, мы покинем Рошгейт послезавтра. Ты можешь спрятать своё лицо за вуалью, если не хочешь пересудов, возможно, так будет даже лучше.

— Я больше не буду прятаться. И я уже решила, что буду у вас просить, — решительно ответила она, поймав его в дверях.

Глава 20. Новое лицо каэри

* Сабин *

Рыцарь замер в дверях, не оборачиваясь ко мне.

— Я так понимаю, если я попрошу жить где-нибудь в деревне, в одиночестве, вы не сможете выполнить это желание? — спросила я тихо.

Задавая этот вопрос, я даже не ожидала, что он сумеет его исполнить. Но его ответ меня всё равно удивил.

— Я могу оставить тебя в деревне, — произнёс он. — Но после я обязан буду отчитаться Его Величеству о том, что каэри у меня больше нет, и выслать ему план на предстоящий поход с учётом этих новых обстоятельств. Тебя найдут — это лишь вопрос времени. И найдут для тебя другого мага…

Сэр Гектор очень, очень редко отвечал на мои вопросы так подробно. Обычно он бросал лишь пару слов, оставляя меня мучиться в неведении и съедать себя изнутри волнениями.

Но, очевидно, чувство вины развязало язык даже такому упрямому человеку, как он.

— Но до… вас я никого не интересовала, меня даже не обучали в деревне!

— Это было раньше, — а вот этот короткий, холодный ответ был куда больше в его стиле.

— Тогда моя просьба — это чтобы вы не отдавали меня другому. Что бы ни случилось! — произнести это было по-настоящему тяжело, особенно потому, что я едва выносила его прикосновения после той ночи…

А сколько вообще прошло времени?

— Ты вообще понимаешь, о чём просишь? — неверяще спросил он, оборачиваясь.

Его тёмные глаза опасно блестели в полумраке, и что-то было в лице сэра Гектора… Он смотрел на меня так, как никогда до этого.

Возможно, слова Хелены наконец-то нашли отклик в моей душе. Нужно думать о себе, о будущем и просчитывать всё на несколько шагов вперёд. Рыцарь чувствует себя виноватым, он сказал мне, что никогда не принудит женщину к близости…

А я поняла, что мне не всё равно, кем будет мой господин. Крепость Рошгейт действительно многое показала мне, включая жизнь, которую от меня ждут все — роль любовницы при жене, которая будет ненавидеть меня всю жизнь. И может, как леди Матильда, даже пытаться изжить меня.

— Понимаю, — резко ответила я.

Рыцарь ничего не ответил — только ушёл, резко хлопнув дверью. А я осталась одна, чувствуя необычайную слабость во всём теле, а ещё… как сильно пугали меня тени вокруг. Будто бы из них ко мне щупальцами пробирался ужас, который я испытывала совсем недавно, грозя поглотить…

Я кое-как дошла до окна и резко открыла ставни, пропуская солнечный свет внутрь — тут же стало чуть легче. А потом, постучавшись в дверь, в комнату вошла служанка с огромной

***

— Что с тобой случилось? — спросила меня Хелена, как только я вошла в её покои на следующий день, за пару часов до ужина.

Я впервые решилась покинуть комнату, понемногу набираясь сил. Слабость, как мне кажется, навалилась не только из-за голода, но и из-за тех напитков, которые в меня вливали все четыре дня, пока я лежала без сознания.

«Всего четыре дня», — как выразился травник Янек. Другие, попав под удар силы сэра Гектора, приходили в себя недели через две, а многие и вовсе навсегда оставались тенями прежних себя. Моё быстрое восстановление объясняли тем, что я каэри, и тем, что меня постоянно поили всякой всячиной — от дурно пахнущего виски до дурманящих настоек. Ведь магию рыцаря смерти питает разум жертвы, её собственные воспоминания, и если вовремя заглушить их хмелем…

Удивительно, но сэр Гектор в итоге сам нашёл управу на свою же силу.

— Ничего, просто заболела, — ответила я осторожно.

О том, что сэр Гектор не сдержал силу, меня попросили по возможности не распространяться, хотя многие слуги, безусловно, были в курсе. И я собиралась выполнять эту просьбу.

— Я не об этом, я о твоём лице, — у Хелены были доверенные слуги, которые наверняка ей всё донесли. И почему я вообще считала, что такая умная и цепкая женщина могла не знать о произошедшем?

— Меня прокляли, но когда я сильно заболела, проклятие просто спало из-за моей слабости, — озвучила я выученный ответ.

Я долго решала, какую версию своего волшебного превращения представить остальным. В историю об отваре сэр Гектор не поверил, он долго выпытывал у меня, что это за отвар, кто мне его продал и что именно в него входило… А потом напомнил, что в крепости сейчас находятся травник Янек и леди Матильда, оба прекрасно знающие толк в травах.

Тогда я поняла, что нужно рассказывать что-то другое. О собственной магии я молчала, как делала это всегда, всю свою жизнь.