Сделка с Демоном, или Хвостатая проблема - Светлана Ворон

Ну все, я попала!

Я ускорила шаг и нырнула в женский туалет до того, как он перехватил меня. Закрыла дверь на щеколду, включила воду и только тогда увидела себя в зеркале.

Проклятье, на мне было мое собственное лицо! Потеряв контроль, я случайно вернулась в свой обычный облик.

О господи, что теперь делать! Случилось самое страшное: меня заметили. На выходе из туалета ведьмак будет меня ждать, и точно не для того, чтобы поговорить о погоде.

Мне нужно срочно бежать. Я беспомощно осмотрелась, но здесь не было никакого окна, выходящего на задний двор.

Я чувствовала ментальное прикосновение магии, как будто меня «прощупывают» на расстоянии. Вся ощетинилась, но этот ведьмак с легкостью проникал через барьер.

Безвыходное положение! Если только…

Судорожно вытащив из сумочки телефон, я набрала номер Азавеля трясущимися пальцами.

— Ты должен увезти меня отсюда, — прошептала я в ответ на удивленное «слушаю». — Меня узнали. Я говорила, что нельзя брать меня на такой прием! Ты меня подставил!

Я была зла и в то же время в ужасной панике. Голос дрожал, слезы копились в глазах. Сердце останавливалось.

Ничего не ответив, демон материализовался в отражении за моей спиной. Живой, без видимых повреждений, даже костюмчик в порядке. Они там дрались или по-дружески беседовали?!

— Эля? — нахмурился он мрачно, разглядев в зеркальной поверхности мое истинное лицо. — Зачем ты?..

— Зачем я?! — обернулась, желая расцарапать ему лицо. — Зачем ты! Не надо было привозить меня сюда! Меня заметили. Ведьмак за дверью ждет, когда я выйду. И что теперь делать, скажи?! Ты обещал защитить и помочь, а вместо этого бросил одну, потому что тебе захотелось поразмять кулаки или почесать с братом языками. Наслаждайся теперь последствиями. Мне грозит смерть!

— Я разберусь, — повернулся он к выходу, но я испуганно схватила его за запястье, опасаясь худшего.

Еще не хватало драки демона с представителем Совета. Все, чего я теперь хотела — исчезнуть.

— Не надо, не усугубляй, — сменила обвинение на мольбу. — Может, еще не поздно все исправить. Просто отвези меня домой. Вдруг пронесет, и они меня не считали. Или я придумаю, что им сказать. Но в любом случае, ты должен понять: между нами все кончено. С этого момента тебе придется оставить меня в покое.

Демон смотрел на меня напряженно. Ему не нравились мои слова.

— Ты сам виноват, — указала я на его ошибку. — Я предупреждала, что тащить меня сюда — плохая затея. Но тебе ведь так хотелось похвастаться перед друзьями «ценным приобретением». Рад теперь?

Он не был рад. Он был зол.

На меня, на Совет или даже на самого на себя — плевать, это уже ничего не изменит.

— Я разберусь с этим, — сжав челюсти, дернулся он снова на выход, но я не могла позволить ему загубить все окончательно.

— Не мучай меня больше, пожалуйста, — встала между ним и дверью, умоляя о снисхождении влажными глазами. — Мне здесь не место. Можем мы просто улететь?

Глава 37. Наказание

— Все будет хорошо, бабуль, — сжала я морщинистую руку женщины, которая была для нас всем.

Соня убежала в свою комнату сразу после ухода врача. Доносящиеся оттуда рыдания до сих пор разрывали мне сердце.

Леся мрачно стояла рядом со мной, наблюдая за последними, возможно, минутами жизни старой женщины.

— Принеси мне водички, — попросила я сестру хриплым от переживания голосом.

— Что? — растерялась она, не желая оставлять меня одну.

— Живо!

Я не позволю бабуле умереть. Ни за что не позволю!

Как только Леся вышла за дверь, я вытащила из кармана две пробирки с розоватой жидкостью и красными крышечками.

Викто́р прислал их мне несколько дней назад. Из-за обиды я не стала их употреблять, но выбросить рука не поднялась. Теперь я была рада, что этого не сделала.

Разглядывая их, я думала, почему две? Мог ли Викто́р узнать, что моя бабушка при смерти? Мог ли он прислать вторую, чтобы я спасла заодно и бабулю? Получается, сострадание ему вовсе не чуждо?

Через пару дней после злополучного бала нечисти мне пришел официальный приказ явиться в Совет для выяснения всех обстоятельств моего «дела».

Они как-то вычислили меня. Может, кто-то сфотографировал меня за столом с демонами после моего перевоплощения или когда я шла в туалет, и мою карточку нашли в базе данных.

Это был жесткий допрос, который мне не забыть никогда. Да и отслеживающий магический браслет на руке постоянно напоминал о моем наказании.

И откуда я только набралась мужества обвинить Старейшин в ответ?!

«А что мне оставалось делать! — расплакалась я, демонстрируя невидимую метку на руке и Карлу Петровичу, и Василисе Борисовне, и другим недовольным членам, которым теперь я, наконец-то, стала интересна. — Я обратилась за помощью к вам, но мое прошение застряло на уровне канцелярии. Заявка потонула в куче подобных обращений — более для вас важных. Вот только ждать я не могла. Проклятие «черное вдовы» смертельно»!

После моей эмоциональной речи Совет пересмотрел свое отношение к делу и смягчил кару. Некоторые старейшины посчитали мои упреки справедливыми и пошли навстречу.

Я обязалась больше не якшаться с демонами, а чтобы условие выполнялось, мне надели этот браслет.

Теперь мое местоположение отслеживали, и на ближайшие несколько месяцев я могла посещать только работу, университет, свою квартиру и здание самого Совета.

Ну, магазины и поликлинику в микрорайоне еще. На остальные прогулки приходилось запрашивать разрешение.

Браслет подавал сигнал противным писком, если рядом демон. В течение десяти минут я обязана была уйти от него на расстояние в двадцать пять метров или вызвать Стражей, если по какой-то причине это невозможно.

Старейшин очень заинтересовала моя способность превращаться в животное и особенно копировать людей. Они прямо-таки раскричались, обсуждая вероятные источники столь редкого и необычного дара.

Сдуру я восприняла это как хороший знак: теперь, когда я стала им интересна как ведьма, они помогут мне справиться с меткой. Но чем больше слушала, тем сильнее боялась последствий.

На очередном слушании подняли все документы о моей семье. Вот тогда-то и выяснилось, что мой официальный отец и близко не обладал ничем подобным. А мать… Мать тоже не превращалась ни в каких животных! Как и бабушка.

Разумеется, я сказала им, что это неправда. Просто по какой-то причине моя семья эту способность скрывала.

Вот только проверить это не представлялось возможным. Мать было не найти, чтобы спросить, она давно пропала с радаров. А бабушка несколько недель как не говорила, пребывая