После развода. Дочки-витаминки от бывшего мужа - Ольга Тимофеева

Резко ко мне делает шаг, что я и сообразить не успеваю зачем. И наклоняется к губам.

За шею притягивает к себе и мажет по нижней губе. Захватывает ее. Жадно так. Соскучившись.

Кончиками пальцев ведет по задней стороне шеи.

Нащупываю его руки, цепляюсь в них.

— Давид, перестань, — пытаюсь оттолкнуться.

— Давай еще попробуем?

Глава 37. А вы хотели бы папу?

— Нет, — отстраняюсь.

— Почему, Тая?

— А ты не понимаешь?

— Нет.

— Во-первых, у тебя невеста.

— Какая невеста?

— Лилечка.

— Она просто пришла помочь, а ты уже ее в невесты записала.

— Она сама сказала, что твоя невеста.

— Она не моя невеста, у меня вообще нет невесты, девушки и тому подобных. А во-вторых, — прижимает меня к стойке.

— А во-вторых…. Невесты, может, и нет. Но есть твоя мама. Которая только и ждет выдать ее замуж за тебя. А меня терпеть не может. Тогда у нее ноги заболели, потом у нее голова заболит, надо будет ехать черти куда лечить, потому что тут-то специалистов нет.

— Тая, не начинай.

— Я не начинаю. А в-третьих, то, что было когда-то порвано, уже не соединишь бесследно.

Смотрит молча. Кусает губы.

Мама есть и всегда будет.

— Я не могу отвернуться от нее, вычеркнуть из жизни, не помогать, не встречаться. Родителей не выбирают.

— Тогда живи с той, кого выбирает твоя мама.

Выскальзываю из-под его руки и иду к выходу.

Давид шумно выдыхает за моей спиной, идет тоже к выходу.

— Тая, я хочу, чтобы девочки знали, кто их отец, — закрывает кафе и мы идем в сторону дома.

— Что это изменит?

— У меня есть дети. Двое. Я хочу с ними общаться.

— Общайся так. Как Давид.

— А папой они кого будут называть? Того хлыща?

— Он не хлыщ, он Женя.

— Да плевать.

— Ты не представляешь даже. Допустим, мы расскажем. Потом об этом, уверена, очень быстро узнает твоя мама. Потом она придумает свадьбу, похороны, еще какую-то причину, чтобы ты тут все бросил и уехал. И опять дети останутся без папы. Я им что должна объяснять?

— Слишком много у тебя “если”. А если наоборот, маме они понравятся?

— Они познакомились уже кстати. Только она не знает, что ее внучки.

— Откуда?

— Днем, на открытии познакомились.

— И как?

— Никак. Она последний человек, кто узнает о том, что у нее есть внуки.

— Тая, а давай мы не будем накидывать гипотезы, как все будет, а просто сделаем это.

Подходим к нашему дому.

— Я за девочками к Лене, — сворачиваю в соседний подъезд.

— Давай сейчас решим, что дальше будем делать.

— Давид, я устала и спать хочу.

— Я тоже не высыпаюсь.

— И завтра мне нужен выходной.

— Как я без тебя?

— У тебя мамочка есть и Лилечка.

— Ты ревнуешь?

— Пффф… тут лишь бы маме нравилось.

— Приходи, когда сможешь и девчонок бери.

— Посмотрим. У нас были планы отдохнуть.

— Подумаем заодно над твоим графиком.

На кухне у Лены пахнет шарлоткой и горячим молоком, которое она нагрела детям. За стенкой гудит детская, Вита на ходу придумывает правила игры.

Лена насыпает ложкой кофе и заливает кипятком.

— Ну, рассказывай, как все закончилось?

Поцелуем.

— Да, как… устала вусмерть, Лен.

— Останешься же у него работать?

— Ну, не на целый день точно.

— А маман его как?

— Бухгалтерией там заведуют. Она же в прошлом бухгалтером у отца на фирме была. Ясно, зачем нанимать постороннего человека, если мама все может вести.

— Логично, да.

— Лен, меня другое волнует, — понижаю голос.

— Что? — наклоняется ко мне.

— Он узнал, что это его дети. И хочет теперь, чтобы я рассказала им. А я не знаю, что делать. Все совершенно запуталось. Я Жене не говорила, что работаю с бывшим мужем, теперь как скажу, поймет же, что промолчала не просто так.

— Я конечно за то, что девочки должны знать, кто их настоящий папа.

— Прям должны? Не знал и нормально жил.

— Не знал, потому что ты не рассказала. А он реально сам хочет?

— Да. Мол, дети должны его называть отцом, а не постороннего.

— Тая, они никому пока ничего не должны. Но это их история. Не твоя тайна про бывшего — их право знать своего родного отца. Тут есть разница.

— Лен, я с ним сходиться не собираюсь, а они начнут спрашивать.

— Значит, расскажешь им как все есть. Что папа ушел, сейчас вернулся, но ты уже любишь другого дядю.

— Как будто они поймут.

— Поверь, твои девчонки поймут. Вот мальчишки, может и не въехали бы, а девчонки все тонко чувствуют.

— Они уже с Женей подружились, а тут Давид нарисовался. Папа Давид и дядя Женя.

— Путаницу как раз снимает простая формула: "Женя — мамин друг, Давид — ваш папа". Все. И да, про границы с Давидом ты проговариваешь заранее. Лучше на бумаге и под подпись. "Без сюрпризов и ночных визитов". Ты умеешь ставить правила, я видела.

— Он умеет их нарушать, я тоже видела, — бурчу. — И мать его… Она же сядет им на уши, и привет. Я не потяну второй сезон "Свекровь и я".

За дверью визжит Амина: "Вита, ты шкалопендра!", и тут же обе хихикают. Живые, громкие. Мои.

— Так что тебе не отвертеться, подруга, — отпивает свой кофе. — Им надо рассказать.

— Ненавижу, когда ты права, — морщу нос.

— Я не права, я занудствую, — улыбается. — И еще: если ты не скажешь, скажут случайно другие. Это будет больнее.