Жестокое общество - Морган Бриджес

И тут же мысленно матерю себя – сейчас точно не время так залипать на отвлекающих факторах. Но до чего же это привлекательные fuck-торы. Может, Рэйвен в чем-то и права…

Призывая на помощь всю силу воли, чтобы не покраснеть, я откашливаюсь.

– Так насчет Испытания…

Ксавье замирает с футболкой в руках и оборачивается ко мне.

– И тебе привет, маленький ястреб.

– Прости, – бормочу я. – Как ты себя чувствуешь? Выглядишь вроде неплохо. Даже офигенно.

– Получше, но мышцы ноют, и в голове бардак. – Он сдавливает пальцами переносицу и на мгновение закрывает глаза. – Через пару дней пройдет, но мне нужно зайти в лазарет, врач должен проверить почки и печень.

– Я с тобой, – иду к комоду, где лежат мои вещи.

Одеваюсь, и мы выходим в коридор. Когда Ксавье рядом, это обычно чувствуется как стихийная сила, но сейчас даже его энергия на исходе. Возможно, ему просто нужно восстановить силы, а может, он скрывает от меня свои мысли.

– А зачем ты Бену какую-то фигню говорил во время Испытания? – спрашиваю я.

Ксавье тревожно оглядывается по сторонам, оценивая обстановку. Затем переводит взгляд на меня и увещевает очень серьезно:

– Обсуждать, что произошло на Испытаниях, нельзя. Во-первых, это запрещено, во-вторых, нас кто угодно может услышать. – Он делает жест рукой. – У Ордена везде есть уши.

Я скрещиваю руки на груди.

– Ладно. Скажи хотя бы, был ли кто-то, кто… не справился?

Ксавье вопросительно смотрит на меня, а я пожимаю плечами.

– Что Эрик прошел, я уже знаю. Вот облом! Но о Деклане мне ничего не известно.

– Почему ты спрашиваешь о нем? – От ноток ревности в голосе Ксавье меня обдает жаром. – Хочешь мне в чем-то признаться, маленький ястреб? Я что, ошибку совершил, когда попросил его за тобой присмотреть?

– Да перестань. Я переживаю за Джун.

Ксавье, смягчившись, кивает.

– С Декланом все в порядке, но один рекрут из семьи Фелтон не выжил.

Я вздыхаю.

– Не думаю, что когда-нибудь привыкну к такому образу жизни.

– Тебе и не нужно. Ни жен, ни невест не посвящают в наши тайны. Не знаю, с чего отцу взбрело в голову втянуть тебя.

– А я знаю. Он хотел…

Ксавье резко взмахивает рукой, мгновенно заставляя меня замолчать.

– Не говори о нем или о других членах Ордена. Только наедине со мной в моей комнате. Поняла? Я не собираюсь тобой рисковать.

– Понимаю. – Я поднимаю на него взгляд. – И все же выбери момент и объясни, почему ты вел себя с моим братом как последний козел.

– Маккензи в твоей защите не нуждается.

– А если я хочу его защитить?

Ксавье останавливается посреди коридора и смотрит на меня. Потом проводит пальцами по моему подбородку, скользит вниз по шее и кладет руку прямо под сердце.

– Надеюсь, когда-нибудь ты будешь защищать меня так же страстно, как его.

Хочется возразить, что ради него я чуть замок штурмом не взяла, но я успеваю прикусить язык. За этими словами стоят слишком хрупкие эмоции, они явно выдают мои чувства. Я, как и Ксавье, не готова рисковать.

А любовь – это риск.

Вручив ее кому-то однажды, обратно забрать уже не сможешь.

Глава 31. Делайла

Наконец мы доходим до медпункта. Ксавье открывает передо мной дверь, и, когда я вхожу в нее, легко касается моей поясницы. От этого простого контакта вдоль позвоночника пробегает дрожь – безмолвное напоминание о той физической связи, что существует между нами. О связи, которая неумолимо тянет нас друг к другу. Хочу я того или нет.

В больнице резко пахнет антисептиками, и я сразу же возвращаюсь в реальность, вспомнив, как сама здесь лежала. Кожа вокруг затянувшейся раны пульсирует, и от этого становится только тревожнее.

Как нарочно, к нам подходит именно тот медбрат, который занимался мной.

– Рекрут, – здоровается он, затем оборачивается ко мне. – Невеста.

Ну ясно, тоже ворон, да еще и наверняка из семейства Кентов – это же у них медицинская империя. Он вроде даже похож на Деклана, может, какой-нибудь кузен.

– Мне нужно сдать кровь, – говорит Ксавье. – Сколько это займет?

– Результаты анализов будут готовы только через пару дней. Нам придется отправить их в ближайшую больницу, здесь полноценной лаборатории нет. Идите за мной, – медбрат кивает на коридор, где первая же дверь ведет в процедурный кабинет.

– Извините. – Оба оборачиваются ко мне, один удивленно, другой с раздражением. – Вы не знаете, в какой палате лежит Бен… э-э-э… из семьи Маккензи?

Ксавье мгновенно меняется в лице, глаза приобретают холодный металлический оттенок. Медбрат явно злится и настороженно косится на Ксавье.

– Рекрут, ты не против?

Тот секунду колеблется, а потом кивает:

– Не против.

– Ладно, но ответственность за ее действия на тебе, – бросает медбрат.

– Ответь ей, ворон, – кивает Ксавье.

– Палата 204, прямо по коридору и налево, – говорит тот, указывая направление, а затем уводит Ксавье в процедурный кабинет.

Я спешу к палате Бена, пока ни один из них не передумал. Стоит им скрыться, как я обхватываю себя руками за плечи – тщетная попытка унять бурлящую внутри нервную энергию. Думаю о Бене, и в голове всплывают картинки прошлой ночи: как они с Ксавье из последних сил борются с ядом. К облегчению от того, что Ксавье выжил, примешивается чувство вины за то, что я тут наслаждаюсь, а Бен лежит в больничной палате совсем один. Меня просто разрывает на части это двойственное ощущение.

Мотаю головой, пытаясь отогнать тревожные мысли. Не время для рефлексий! Я должна быть рядом с Беном, поддержать его так же, как и Ксавье. И все же, когда я вхожу в палату к Бену, приветствуя его улыбкой, в которой поровну искренности и вины, часть моего сердца остается в коридоре с Ксавье.

– Привет, – машу ему рукой.

Бен приподнимается на кровати. Удивление на его лице быстро сменяется радостью.

– Привет, Лайла, – слабо, но очень приветливо произносит он.

Тон у него неуверенный, но в то же время в голосе сквозит надежда. Закрываю за собой дверь. Медицинские приборы тихо пищат, отображая показатели состояния Бена. На небольшой тумбочке рядом с кроватью стоит кувшин с водой и стакан, возле нее – стул.

Подхожу к постели Бена и пристально его рассматриваю. Лицо изжелта-бледное, под глазами темные круги (и это точно не просто усталость), волосы спутанные и мокрые от пота после Испытаний в подземелье.

Бен берет меня за руку, сжимает пальцы. От этого простого знакомого жеста мне на мгновение становится легче, чувство вины отступает.