Тайное пристанище - Кэтрин Коулc

class="p1">В каком-то смысле так и было. Именно в такие моменты мое искусство становилось волшебством. Оно могло лечить, давать людям вечную связь с тем, кого они потеряли. Я улыбнулся ему:

— Осталось пару сеансов, чтобы закончить. Увидимся через несколько недель?

Он кивнул, натянул рубашку.

— Еще раз спасибо. У тебя дар.

Когда Майкл поднялся к Беару, чтобы оплатить и записаться на следующий прием, Пенелопа отлипла от стены.

— Он прав, — сказала она. — У тебя действительно дар. Смотреть, как ты работаешь, когда входишь в поток, — это что-то особенное.

Похоже, она все-таки простила меня за мою прямоту на днях.

Я принялся убирать рабочее место, протирая инструменты.

— Хорошо, когда делаешь то, что любишь, верно?

— Аминь, — отозвался Джерико со своего места, где он набивал татуировку женщине, решившейся на первую тату в семьдесят три.

Пенелопа промолчала, но я чувствовал на себе ее взгляд. Она просто стояла и смотрела, как я двигаюсь. Это начинало раздражать.

— Что-то нужно? — спросил я, бросив салфетку с дезраствором в мусор.

Она сместилась, выставив бедро вперед так, что между джинсами и топом мелькнула полоска живота. Слишком нарочито — явно специально. Обычно такие вещи меня не напрягали, хотя я всегда ценил более честный подход. Только смысла в этом не было.

Какая бы красивая женщина передо мной ни стояла — похожая на Фэл или полная ее противоположность — они никогда не были ею. И в какой-то момент я просто перестал пытаться. От этого только больнее.

— Может, выпьем и поговорим? — спросила Пенелопа, еще сильнее выгибая бедро.

— Если нужно обсудить рабочие вопросы, можем назначить встречу в офисе, — уклончиво ответил я.

Ее нижняя губа надулось в вызывающую гримасу:

— Раньше ты не отказывался сходить со мной выпить.

Сказала так, будто между нами что-то было. Не было. Я действительно когда-то заходил в Sage Brush вместе с ней, Джерико и Беаром, пока Пенелопа не начала слишком явно демонстрировать свои намерения.

— Ну, принцесса Пен, — вмешался Джерико, — времена у старика Приста изменились. — Он поднял голову. — Хотя, думаю, больше я тебя Пристом не назову, да?

— Слава богу, — пробормотал я.

Пенелопа выпрямилась, теряя вызывающую позу.

— О чем он вообще?

— О том, что я сделал предложение Фэллон, и она сказала «да».

Беар радостно хохотнул, поднялся из-за стола и подошел, чтобы обнять меня.

— Ну наконец-то ты заполучил эту женщину!

Я хлопнул его по спине:

— Не мог больше рисковать, что ты подкупишь ее своими печеньками.

Беар расхохотался:

— Я обязан был попробовать. Таких, как она, больше нет.

— Я не идиот.

— Иногда бываешь, — подмигнул он.

— Ладно, соглашусь, — усмехнулся я.

Пенелопа стояла с отвисшей челюстью:

— Я всегда знала, что у вас что-то странное.

— Осторожнее с тоном, девочка, — предупредил Беар.

Она скорчила гримасу:

— А вы не находите это, черт возьми, ненормальным? Это же почти инцест.

— Зависть проступает, Пен, — бросил Джерико. — Они стали приемными братом и сестрой, когда Каю было шестнадцать. А знали они друг друга и раньше. Повзрослей уже.

Женщина, которую он татуировал, подняла глаза от книги:

— По-моему, звучит как шикарная любовная история.

— Еще бы, — кивнул Джерико. — Так и есть.

— Расскажите все. Я обожаю эпичные романы.

Он ухмыльнулся:

— У меня есть вся подноготная, мисс Шарлотта.

— Господи, — пробормотал я.

— Теперь слухи точно пойдут, — заметил Беар.

Я знал. И у каждого, как обычно, будет мнение.

Пенелопа бросила на меня презрительный взгляд, закинула сумочку на плечо:

— Мне пора домой.

Я ничего не ответил. Я устал от ее выходок — во всех смыслах. Больше не собирался ходить на цыпочках вокруг чужих чувств.

Когда за ней закрылась дверь, Беар хлопнул меня по плечу:

— Забей. Она больше не твоя проблема.

— Знаю. Но проблем все равно хватает.

Беар выглянул в темноту за окном:

— Может, стоит поискать кого-то другого на пирсинг и модификации.

— Пожалуй, ты прав, — пробормотал я.

— Вот и отлично, — сказал Джерико, заканчивая сеанс. — Готово, мисс Шарлотта. Беар вас рассчёт, инструкции по уходу у вас есть. Если что — заходите или звоните.

Шарлотта наклонилась и чмокнула его в щеку:

— Спасибо. Кажется, я втянулась.

Джерико усмехнулся:

— На это и был расчет.

Когда она пошла к стойке, он подошел ко мне и понизил голос:

— Ты что-нибудь слышал от Трейса?

Живот скрутило, но я покачал головой:

— Ни слова.

— Ну, у Орена ведь врагов пруд пруди. Мы же не можем быть подозреваемыми, да?

Конечно, можем. У нас обоих были записи. Не убийство, но и не просто «мелкое хулиганство».

— Трейс сделает все, чтобы нас быстро очистили, — сказал я.

Джерико провел рукой по шее, сжимая мышцы так, будто хотел выжать тревогу.

— Надеюсь, он найдет кого-то другого, на кого можно смотреть. И побыстрее.

Я тоже.

* * *

— Гляньте-ка, кто соизволил нас посетить, да еще и в семь утра в субботу, — крикнул Матео, ухмыляясь до ушей.

Я показал ему средний палец, проходя в зал.

— Ну да, я не фанат утренних подвигов. И что с того?

— Ленивый, ленивый, ленивый, — пробормотал он. — Придется переучиваться теперь, когда ты «играешь в дом».

Слово играешь больно резануло. Где-то между раздражением и тревогой. Эван снял лапы, на которых Матео отрабатывал удары, и нахмурился:

— Бро, выбирай слова, когда говоришь о Фэл…

Матео отмахнулся:

— Да ладно. Я к ней с уважением. Просто переживаю: думал, у меня еще были шансы стать мистером Торресом. До сих пор зализываю рану.

— Лезь в ринг. Как только разомнусь — догоню. — И бился я сегодня без всяких поблажек.

Эван повернулся к нему:

— Ты идиот, знаешь?

Они начали препираться, как давно женатая пара, пока я разминался на беговой дорожке. Но раздражение после слов Матео не проходило. Вины его в этом не было — просто подколол.

Дело было в другом. Пройдет несколько месяцев, и какой-нибудь парень пригласит Фэллон на свидание. А потом — кольцо. Семья. Все как положено.

От одной этой мысли мутило. Я уже видел это раньше — ухажеры, свидания, редкие бойфренды. Но теперь все будет хуже, потому что я знал, какая она на вкус.

— Эй! Ты тормозишь, потому что боишься? — поддел Матео.

— Нет. Просто твой наряд слепит глаза, — пробурчал Джерико, ввалившись в зал.

Эван нахмурился:

— Все нормально?

Джерико вернул темные очки на место:

— Вчера перебрал. Надо пробежать, а то весь день трупом буду.

Я наблюдал, как он кое-как залезает на дорожку, и внутри закралось беспокойство. Если он снова так пьет — дело плохо.

— Эй, у меня просто чувство стиля, в отличие от вас, — не унимался Матео.

Я усмехнулся, забираясь в ринг:

— Кто-то называет