Босс не по плану - Эва Бондарь

— Ты часто ныряешь? — спрашиваю.

— Когда надо вытащить себя из головы.

Хорошая формулировка.

— Работает?

— Иногда.

Она смотрит на меня.

— Тебе, похоже, тоже стоит попробовать.

— Мне это не нужно.

Катя усмехается.

— Да? По тебе не скажешь.

Мы идём в воду. Море тёплое. Звук исчезает. Остаётся только дыхание. Ритмичное. Спокойное. Пузырьки поднимаются вверх и растворяются. Опускаюсь глубже. Давит в ушах. Я продуваюсь. Катя рядом. Держит дистанцию.

Свобода.

Никаких вопросов. Никаких историй. После погружения мы выходим на берег. Снимаю маску. Вода стекает по лицу. Солнце слепит. Катя садится на песок, вытягивает ноги, смотрит на горизонт.

— Ну как?

— Нормально.

— Ты вообще умеешь говорить что-то, кроме «нормально»?

Я усмехаюсь.

— Умею. Но не вижу смысла.

Она поворачивается ко мне. В глазах хитрый блеск.

— Вот. Я же говорила — зануда.

Катя смеётся и достаёт бутылку воды.

— Пойдёшь вечером к нашим? — кивает куда-то в сторону. — Мы в баре у бассейна собираемся.

— Посмотрим, — говорю.

— Это «да», — отвечает она уверенно.

И встаёт. Уходит.

Вечером прихожу в бар. Музыка шумит. Свет тёплый. Люди улыбаются. Катя машет мне рукой. За столом компания. Несколько ребят. Девчонка с коротким каре. Парень с татуировками на предплечье. Катя сидит между ними и смеётся. Говорит что-то сразу двоим. Двигается легко. Свободно. Видно, что она тут своя.

— Это Платон, — говорит она. — Осторожно, он зануда.

— Отличное представление, — говорю.

Катя пожимает плечами.

— Я честная.

Парень с тату хмыкает.

— Нормально. Тут все такие.

Сажусь. Тянусь к стакану. Пиво. Ставлю обратно. Беру воду.

Понимаю простую вещь. Мне легко. Никто меня здесь не знает. Никаких ожиданий. Никаких вопросов. Никто не ждёт объяснений. Никто не требует решений. Я просто сижу здесь. Пью воду. Слушаю чужой смех.

Ближе к девятому января приходит простая мысль: праздники заканчиваются. В Москве скоро начнётся рабочая неделя. Сижу на балконе, смотрю на тёмное море. Возвращаться прямо сейчас не хочу. Просто не хочу.

Берусь за телефон. Нахожу контакт.

— Фёдор Сергеевич.

Он отвечает почти сразу. Голос бодрый, деловой.

— Платон, ты где пропал? Отдыхаешь?

— Да, — отвечаю спокойно. — Хочу задержаться и поработать в январе удалённо. Все ключевые вопросы возьму на себя. Созвоны по графику.

Он молчит секунду. Потом хмыкает.

— Если показатели не просядут — хоть месяц.

— Не просядут.

Мы быстро обсуждаем детали. Отключаюсь. Смотрю на экран. На море. На город, который шумит где-то внизу. Я остаюсь.

Виктория

Я почти не помню Новый год. Честно. В памяти всё распадается на обрывки. Ёлка. Гирлянды. Смех Стёпы. Хлопок шампанского. И боль в животе. Желудок прихватило так резко, что я на секунду даже испугалась. Будто внутри кто-то сжал кулак и не собирается отпускать. Нервы. Я это поняла сразу. Тело всегда реагирует быстрее головы.

Помню, как сидела на диване и держала ладонь на животе. Игорь что-то говорил со Стёпой на кухне. Новый год. У людей праздник. У меня — ощущение, что внутри что-то медленно ломается.

— Мам, смотри!

Стёпа подбегает ко мне с машинкой. Красная. Большая. Пластик блестит от гирлянд. Любовь к машинам он унаследовал от Игоря. Это видно невооружённым глазом.

Улыбаюсь.

— Красивая.

Он довольный убегает обратно. Игорь появляется в дверях кухни. В руках тарелка. Он смотрит на меня внимательно.

— Тебе плохо?

Пожимаю плечами.

— Нормально.

Он подходит ближе. Ставит тарелку на стол. Наклоняется.

— Ты бледная.

Чёрт.

— Всё нормально, Игорь.

Он смотрит ещё секунду. Потом кивает.

— Ладно.

Возвращается к Стёпе. Остаюсь на диване. Сижу. Слушаю голоса. В голове гул. Новый год. Я должна быть счастлива. Я дома. Рядом отец моего ребёнка. Семья. Идеальная картинка. Тем не менее внутри пусто.

Закрываю глаза. И на секунду вижу другое лицо. Чёрт. Резко открываю глаза. Нет. Не сейчас. Телефон лежит рядом на столе. Я даже не беру его. Не хочу. Потому что знаю, что там. Ничего.

Первого января я почти не встаю с кровати. Лежу. Желудок скручивает волнами. Иногда отпускает. Потом снова сжимает так, что хочется просто свернуться и не двигаться. Лежу на боку и прижимаю колени к животу. В комнате полумрак. Шторы закрыты. Из кухни тянет запахом кофе и тостов.

Игорь не шумит. Он вообще умеет быть тихим. Слышу, как он ходит по квартире. Открывает холодильник. Ставит чайник. Что-то говорит Стёпе. Закрываю глаза.

— Мам!

Он влетает в комнату, как маленький ураган. Волосы растрёпаны. В руках снова машинка. Та же самая. Красная. Забирается ко мне на кровать и показывает её почти в лицо.

— Смотри!

Я улыбаюсь.

— Вижу.

Он доволен. Стёпа делает машинкой круг по одеялу. Жужжит мотором. Потом сползает с кровати и убегает обратно на кухню. Через минуту в дверях появляется Игорь. На нём домашняя футболка. Волосы немного растрёпаны. В руках кружка.

— Как ты?

Пожимаю плечами.

— Нормально.

Он поднимает бровь.

— Врёшь.

Чёрт. Я вздыхаю.

— Желудок.

Он подходит ближе. Ставит кружку на тумбочку. Садится на край кровати.

— Может врача?

Закатываю глаза.

— Игорь.

Он тихо усмехается.

— Понял.

Проводит ладонью по затылку. Сидит секунду. Потом встаёт.

— Чай будешь?

— Давай.

Он кивает и выходит. Остаюсь одна. Смотрю в потолок. Белый. Чистый. С трещиной в углу. Смешно. Я дома. Я должна быть счастлива. Каникулы. Но внутри пусто. Эмоции комом собираются в горле. Долго не беру телефон. Он лежит на тумбочке. Чёрный экран. Тихий. Я смотрю на него несколько минут, хотя понимаю, что ничего там не изменится.

Чёрт.

Поворачиваюсь на бок и натягиваю одеяло выше, надеясь, что если просто закрыть глаза, мысли наконец отстанут. Не надо. Я же сама всё решила. Сама. Но рука всё равно тянется к телефону. Он холодный. Экран вспыхивает. Несколько сообщений. Лена. Рабочий чат. Реклама. И всё.

Открываю диалог и сразу чувствую, как все внутри неприятно сжимается, потому что уже знаю, что увижу.

Пусто.

Последнее сообщение — моё. Смотрю на него секунду. Потом ещё. Он не написал. Ни ночью. Ни утром. Вообще. Я провожу пальцем по экрану, словно там может появиться что-то новое, если просто подождать ещё несколько секунд. Ничего. Глупо. Он же не обязан писать, потому что я сама сказала, что всё. Я вернулась к Игорю. Логично. Правильно.