Судьба солнечного дракона - Рацлава Зарецкая

Чуть ниже меня ждали Сан и Юль. При виде меня с цветами на лицах обоих принцев отразилось облегчение. Спустившись к водопаду, мы решили переждать ночь и отправиться в путь на рассвете, чтобы не нарваться на акви. Сан благородно вызвался дежурить, предоставив нам с Юлем спокойно отдохнуть. Даже засыпая, я сжимала в руках Звездные цветы, боясь, что единственная надежда на выздоровление Армина может исчезнуть.

Глава 14. Чудесное исцеление и его последствия

Дворец наследного принца встретил нас мрачной тишиной. На миг мне даже пришла в голову страшная мысль, что мы не успели. Что Армин…

– Госпожа! – С лестницы сбежала Мирён. – Вы вернулись. Какое счастье!

– Что с наследным принцем? – тут же спросила у нее я.

– Ему намного хуже, госпожа. Пару часов назад его навещала королева Ёнхва и велела нам всем готовиться к его смерти. А еще слуги шепчутся, что она уже начала подготовку к коронации принца Вона.

– Вот же мерзкая змеюка! – воскликнул Юль. – Готов поспорить на все дома кисен в городе, что именно она отравила Армина.

– Пока рано делать преждевременные выводы, – холодно заметил Сан. Взглянув на Мирён, он спросил: – Где Туксури?

– Охраняет покои Его Высочества наследного принца денно и нощно, ни разу не покидая пост. Даже когда его навещали члены королевской семьи, Туксури стол в покоях и не сводил с них взгляда.

Все же хорошо, что мы оставили его с Армином. Кто знает, какая змеюка могла заползти в покои наследного принца, чтобы добить его, пока он слаб.

– Ваше Высочество, – раздался за спиной голос придворной дамы Ок. – Ее Величество королева Ёнхва велела вам появиться перед ней незамедлительно, как только вы вернетесь из города.

То, куда на самом деле я отправилась вместе с принцами, знали немногие. Для всех остальных мы отправились в город, чтобы узнать природу яда, отравившего наследного принца и попытаться найти лекарство. И, разумеется, я не отпрашивалась ни у одной из королев – лишь написала короткую записку, которую предали слуги.

Медленно повернувшись к придворной даме, я задрала подбородок и надменно произнесла:

– Я иду к Его Высочеству. Королева подождет.

Дама Ок от такой дерзости аж рот раскрыла.

– Вы не можете ослушаться Ее Величества, – промямлила она.

– Очень даже могу, если на кону жизнь Его Высочества наследного принца. Я должна приготовить для него лечебный отвар.

– Вы нашли противоядие? – удивилась дама Ок.

Отвечать ей я не стала. Одной рукой сжимая сверток с цветами, а второй придерживая подол простенькой юбки, которую привезла с собой из Таль и надела в дорогу, я сделала шаг к лестнице.

– Отвар могут приготовить слуги. Отдайте мне лекарство, Ваше Высочество. Вас ждет королева.

Я медленно повернулась к настырной даме Ок.

– Это лекарство я не доверю никому. Отвар будет приготовлен лично мной.

Придворная дама недовольно сжала губы.

– Сан, Юль, – обратилась я к принцам. – Никого не впускайте и не выпускайте из дворца, пока наследный принц не поправится. То, что здесь происходит, не должно выходить наружу.

Принцы согласно кивнули. Придворная дама Ок от возмущения даже покраснела. Отав распоряжение, я поспешила наверх, в покои наследного принца.

У входа меня встретил Туксури. Я молча кивнула ему, вкладывая в этот жест всю свою благодарность за его преданность. Телохранитель ответил мне низким поклоном и, отворив двери, пропустил внутрь.

В покоях пахло горьким дымом лечебных благовоний. Армин неподвижно лежал в своей постели, такой же белый, как и простыни. Лицо его заметно осунулось, однако сильно заострившиеся черты не придавали наследному принцу жестокий вид. Наоборот, Армин казался более юным и уязвимым. Сердце мое сжалось так сильно, что на миг у меня даже закружилась голова, и я вынуждена была привалиться к стене.

Взяв себя в руки, я положила сверток с цветами на стол, выглянула за дверь и попросила Туксури, чтобы слуги принесли в покои наследного принца все для приготовления лечебного отвара. Затем, засучив рукава блузки, по очереди распахнула ставни, впуская в покои морской ветерок. Дышать сразу же стало легче.

Вскоре посреди покоев стоял передвижной очаг, в котором горел огонь и кипела вода. Тщательно растерев лепестки Бёльккот, я высыпала их в кипящую воду и принялась тщательно помешивать. Когда отвар был готов, я остудила его и уселась рядом с Армином.

– Надо все это выпить, – сказала я тоном, которым уговаривала самых маленьких детей в школе выполнить скучное задание. – Давай, по ложечке.

Первая порция отвара пролилась на шею наследного принца. Вторая попала лишь частично. Третья стекла по подбородку и снова пролилась на шею, как четвертая и пятая.

Вздохнув, я взяла в рот немного отвара и влила его в рот наследного принца.

– Глотайте, Ваше Высочество, – взмолилась я. – Иначе вы умрете, а я так этого боюсь…

Словно услышав мои слова, Армин медленно проглотил порцию отвара. Воодушевившись, я снова взяла в рот наполненную ложку и припала к губам наследного принца. Так, медленно, но верно, Армин выпил весь отвар – на всякий случай я сразу приготовила двойную порцию.

– Теперь остается лишь ждать, – пробормотала я, устало зевая.

Уже и не помня, когда в последний раз нормально спала, я свернулась калачиком у ног Армина и, сжав в ладони его холодные пальцы, чтобы отслеживать температуру его тела, закрыла глаза.

– Мама! – спустя какое-то время услышала я полный боли крик.

Распахнув глаза и резко поднявшись, я с беспокойством уставилась на Армина. Он возился в постели с закрытыми глазами. Его лицо, шея и грудь были мокрыми от пота. Я коснулась ладонью его лба и поморщилась – он был горячим, однако пальцы Армина в моей руке оставались холодными.

– Матушка! – снова крикнул наследный принц. – Не уходи, прошу! Не покидай меня! Матушка!

Из-за высокой температуры Армин начал бредить. От волнения мое сердце забилось так сильно, что я ощущала его в горле. Встав с постели, чтобы попросить у слуг холодной воды, я замерла от сильной хватки, которая сдавила мое запястье.

Армин пристально смотрел на меня своими горящими расплавленным золотом глазами. На миг мне показалось, что он очнулся, однако он снова позвал маму и вдруг… заплакал. Лицо наследного принца исказило такое болезненное отчаяние, что даже у меня от жалости на глаза навернулись слезы. Вспомнились слова ведьмы о том, что бездушные люди не плачут.

– Туксури, – позвала я, не сводя взгляда с Армина.

Телохранитель тут же вошел в покои.