Мой альфа не такой как все - Алиса Буланова

Я сжимаю кулаки, готовый в любой момент бросится на него. Феромоны ярости окружают меня. В голове снова возникает картинка, как он смотрел на неё вчера.

Ромка лишь усмехается, видя мою реакцию:

— Чувак, ты просто непроходимый идиот и тупица, — произносит он, качая головой. — Ещё и нарцисс, судя по тому, что думаешь только о себе.

Я на миг даже злится перестаю. Просто сижу, уставившись на него удивлённо. Не понимаю, что он вообще несёт. Почему не оправдывается, не пытается объясниться.

Он меж тем продолжает всё в том же снисходительном тоне:

Спорим, ты даже не заметил, как изменилось отношение преподов к Юле после того, как вы начали встречаться? Как из лучшей студентки потока она превратилась в аутсайдера. Зачем ты мне всё это говоришь? — спрашиваю я в нетерпении. — Какое это отношение имеет к нашей ситуации? Ромка наклоняется вперёд, опираясь локтями о колени. Говорит медленно и чётко:- Самое прямое. Ты не видишь дальше собственного носа, дружище. С нами на фестивале были наши одногруппницы. Те, что всё время тусят вместе с твоей Юлькой. Но ты был настолько зол видеть меня рядом со своей девушкой, что даже не заметил их. Да-да, на том фестивале с нами была половина нашей группы. А ты создал проблему на ровном месте. И это в то время, как твоя девушка переживает реальную дискриминацию. Ты же вместо того, чтобы помочь, ещё нагрубил ей из-за своей тупой ревности. Ты так жалок. У меня на миг перехватывает дыхание. Нехотя мне приходится принять то, что говорит Ромка, потому что в его версию событий вписывается даже то, что Юля игнорила меня из-за учёбы. Неприятные мурашки пробегают по спине. Я спрашиваю себя, как мог быть настолько невнимательным. — И да, — добавляет он, — извини за то, что я попытался поддержать её, пока ты тупил. По твоей логике, вероятно, мне стоило поступить как ты, и продолжить её буллить.

Я прикрываю глаза на секунду. Слова бьют не столько по самолюбию, сколько по совести. Как мне не хочется признавать, но Ромка прав. Вчера я вообще ничего не видел, кроме себя. Я так боялся потерять Юлю после нашей первой серьёзной размолвки, что, кажется, нафантазировал себе лишнего и зациклился на этом. Хочешь сказать, что между вами ничего нет? И ты не пытался к ней подкатить? недоверчиво спрашиваю я, всё ещё пытаясь цепляться за вчерашние переживания.

Дошло наконец-то? — усмехается Ромка.

Но ведь она тебе нравится?! — упрямо произношу я.

Я что, по-твоему, совсем отморозок — пытаться увести девушку у друга?! — отвечает он, приподнимая одну бровь. Из лёгких вырывается болезненный вздох. Внезапно на меня сваливается вся тяжесть моего вчерашнего поступка, а вместе с ней и стыд. Я знаю, что Ромка не отморозок. Он хороший друг. Мой лучший друг. Он вступился за меня, даже когда не разговаривал со мной. Просто потому, что увидел несправедливость. А Юля... Юля просто долгое время пряталась от всего мира, и совсем недавно начала открываться. Естественно, что порой у неё возникают проблемы с тем, чтобы рассказать о своих проблемах или тревогах. Я ведь знал и об этом тоже. И всё же... Я поднимаюсь с дивана и бреду в коридор. Комната кажется тесной. Мой волк негодует и рвётся наружу. Если что, я подвёз её вчера до дома на такси, — бросает Ромка мне вдогонку. — А то она совсем потерянная была после того, как ты уехал.

Угу. Спасибо...

Выхожу в прихожую, надеваю кроссовки и спускаюсь по лестнице так быстро, будто убегаю от кого-то. Всё, о чём я могу думать, — мне нужно увидеть Юлю поскорее. Я завожу двигатель и еду к ней домой. Я должен всё исправить до того, как станет слишком поздно.

Глава 41

Я заезжаю в знакомый двор. Солнечное воскресное утро кажется слишком спокойным для тех эмоций, что бурлят внутри. На парковке нет машин, так что я бросаю свою и спешу к подъезду. Поднимаюсь по ступеням на нужный этаж. Мысли путаются. Учащённы пульс отдаётся в висках. Внутри разрастается тревога. Я подхожу к двери и останавливаюсь, делая глубокий вдох. Быстро перебираю в голове, что скажу. Жалею, что не купил цветы по дороге. Но по правде сказать, я так спешил, что даже не подумал об этом. Жму на дверной звонок и жду, напряжённо вслушиваясь в звуки за дверью. Но там — тишина Никто не спешит открывать мне. В нетерпении я начинаю стучать в дверь, одновременно продолжая давить на звонок. Где-то в глубине души я осознаю бесполезность своих действий (ведь если бы дома кто-то был, то наверняка бы ответил мне), но не хочу просто так сдаваться.

— Юля, открой, пожалуйста! — вырывается у меня мучительно. — Давай поговорим. Я прекращаю трезвонить, только когда на лестничную клетку выглядывает соседка, Тамара Владимировна. — А Юли с Валентиной Сергеевной нет дома, — говорит она, высунувшись наполовину из-за двери. Они поехали навестить родственницу в деревне

Чёрт! — я бессильно ударяю по двери.

Перепуганная соседка спешит вернуться в свою квартиру. Я же дрожащими руками достаю телефон и набираю номер Юли. К моему разочарованию звонки уходят на голосовую почту. Должно быть, после вчерашего она не хочет никого ни видеть, ни слышать. Сажусь на ступеньку. Холод от бетонного пола пробирает сквозь джинсы. Страх, что преследовал меня до сих пор, превращается в раздражение на самого себя. Почему я так опрометчиво сорвался вчера? Почему позволил ревности взять верх? Панические мысли не дают нормально дышать. Я набираю её номер снова и снова, но по-прежнему безрезультатно. Вздыхаю разочарованно и опускаю голову. Внезапно телефон в руке начинает вибрировать. На экране отображается номер дяди Геры. Я нехотя беру трубку. — Что ты натворил? — спрашивает он меня сурово, не удосужившись даже поприветствовать. Я не сразу понимаю, о чём он говорит. Пытаюсь отмахнуться, решив, что он снова про мою треклятую стажировку. Уж о чём, но об этом я сейчас точно не готов говорить.

Оставь меня в покое хоть на один день, — раздражённо отвечаю я, надеясь, что это напугает его или, по крайней мере, вернёт мне ощущение контроля.

Слышу тяжёлый вздох в трубке. Жду, что дядя начнёт давить, как обычно, но вместо этого, он начинает объяснять:- Мне только что позвонила Валентина Сергеевна и попросила отпуск. Сказала, что кое-что произошло, и им с Юлей нужно уехать из города на некоторое время. А когда я спросил, в чём дело, она сказала, чтобы я спросил тебя обо всём