Вне себя - Елена Букреева

Черт. Он закрылся там с ней, а теперь выясняет отношения. А она то устало массирует виски, то накрывает лицо руками, то качает головой — явный признак того, что ей хочется сбежать.

А потом Дима вдруг подскакивает с шезлонга и подлетает к Мире, хватая её за шею. От увиденного сердце у меня проваливается в пятки, и я подрываюсь к двери, но Дима резко отпускает её и, пнув шезлонг ногой, разворачивается. Я тут же делаю шаг назад, потому что он секундным движением вставляет ручку обратно и рывком открывает дверь, оставляя напуганную девушку одну. Глаза его в этом свете кажутся почти чёрными, их застилает гнев, а оттого он не видит никого вокруг. И это мне на руку, ведь когда он хватает первую попавшуюся бутылку пива и уносится на кухню, я аккуратно просачиваюсь на задний двор.

Мира так и сидит на шезлонге, накрыв лицо руками, а плечи её подрагивают от почти беззвучного плача.

— Эй, эй, все в порядке? — шепчу я, присаживаясь перед ней на корточки.

Она медленно убирает руки от лица и, глядя на меня сквозь пелену слез, кивает.

— Да, да, я просто... — Мира всхлипывает, а затем горько усмехается. — Черт, почему все парни такие козлы? Кто вообще дал им право думать, что их слово — закон?

— А кто вообще дал им право думать? — я выдавливаю улыбку и пожимаю плечами.

Мира смеётся, вытирая слезы, и качает головой. А затем вдруг становится серьёзной и, шмыгнув носом, с подозрением на меня смотрит.

— А ты вообще кто? Я тебя знаю?

Набираю побольше воздуха в лёгкие и сажусь рядом на шезлонг. Спокойно. Я же готовилась. И у меня уже есть заготовленный ответ.

Прости, Борь...

— Ты меня не знаешь, а вот я тебя да. Я девушка Бори. Гордеева, — осторожно говорю я и оглядываюсь, будто в этот момент из-за угла выскочет Боря и скажет, что это не так.

— Бори? Ты... ты о братишке Влада?

— Ну, да... о нем.

Мира выдаёт протяжное «о» и с недоверием смотрит на меня.

— Что-то не так?

— Нет-нет, все в порядке, извини. Просто мне казалось, Боря предпочитает... ну, похожих на него. Типа девчонок с косичками в белых халатах. А ты такая... эффектная. Скорее во вкусе его старшего брата.

Поперхнувшись от услышанного, я тут же начинаю кашлять. Мне это послышалось? Самая красивая девушка в универе только что назвала меня эффектной? Ещё и во вкусе Влада... ну да, конечно. Он отшил меня в первые же секунды нашего знакомства. А я к нему даже не подкатывала.

— Всё хорошо? — Мира кладёт ладонь мне на спину, а я, утерев слезы от кашля, судорожно киваю.

Внутренний голос подсказывает — ещё немного, и она заподозрит неладное. Поэтому я быстро собираюсь с духом и меняю тему:

— Да, а у тебя? Я видела, как твой парень... эм... вёл себя довольно агрессивно. Не подумай, что я следила, просто не могла не заметить этого.

— Он не мой парень, — Мира вздыхает. — Вернее... мы не встречаемся. Но он считает меня своей собственностью. И это меня бесит.

— Бесит? Тогда почему бы не держаться от него подальше?

Несколько секунд она смотрит на меня, видимо, решая, стоит ли мне доверять. Затем вздыхает и опускает плечи.

— Не все так просто.

— Не поделишься? — осторожно спрашиваю я.

Мира качает головой и отводит взгляд. Она не расскажет. Так просто она не расскажет. Нужно действовать решительно, а не играть с ней в психолога.

— Извини, конечно, что влезаю, но меня Дима пугает. В тот день, когда он приходил к Владу в больницу, я пересеклась с ним и...

— Стоп, — Мира хватает меня за руку. — Он был в больнице? Когда?

— Пару дней назад. Я была там с Борей, а он пришёл, побыл минуту и сразу ушёл.

Уставившись невидящим взглядом в одну точку, Мира молчит. А затем резко выдыхает весь воздух и вскидывает голову, обращая взор к затянутому тучами ночному небу. Это очевидно — она что-то знает. Но не может сказать, потому что боится. Или просто не хочет говорить. А может, Дима ей угрожает? Боже, нет, это бред, зачем ему это?

— Влад, где же ты? Ты всегда защищал меня. А теперь тебя нет, — шепчет Мира куда-то в пустоту.

В душе что-то неприятно колет, будто я услышала что-то, чего не должна была услышать ни при каких обстоятельствах. Я мысленно снова извиняюсь перед Борей и выдаю очередную ложь. Но это не просто ложь. Это путь к правде.

— Боря говорил мне, что ты девушка Влада... — задумчиво протягиваю я.

Широко распахнув свои голубые глаза, Мира сглатывает и сразу же качает головой.

— Нет, нет, мы не... вернее… не совсем. Но... как сказать... а откуда Боря это взял? О, Господи! — она вскрикивает, а затем накрывает рот ладонью и уже шепчет: — Он все-таки видел, как я выходила в одном полотенце из комнаты Влада?

От услышанного сердце у меня проваливается в пятки, язык прирастает к нёбу, и я совершенно не представляю, что ей ответить. Но мне и не приходится, потому что до невозможности смущенная Мира не перестаёт болтать:

— Это было-то всего раз. Ну, два раза. Влад даже в любви мне признавался, но мы не успели даже обсудить, что между нами, ведь, ты знаешь, бокс у него на первом месте, а я постоянно из-за этого возмущалась, а теперь...

Боже мой, я боялась, что ее невозможно будет разговорить, а она просто не умолкает.

— Теперь его нет, и я без него вообще не представляю, как жить эту жизнь.

Она все говорит и говорит, а я не могу унять бешено колотящееся в груди сердце. Магнитные бури начались, наверное, оттого меня так и трясёт. Но как так вышло, что он мне соврал? Я думала, мы друзья. Он ведь сказал, что между ним с Мирой был только секс. Без привязанности, без чувств с его стороны. Надо же! Признавался ей в любви... с ума сойти. Это же все меняет. Это вообще все меняет.

Не выдержав собственных эмоций, я резко встаю и, вежливо улыбнувшись Мире, решительным шагом возвращаюсь в дом. А в голове так и стучит: «Он её любит. Он тебя обманул». Я думала, мы с ним... друзья. И у нас нет никакого другого выбора, кроме как говорить правду. Черт с ним. Надо выкинуть это из головы, надо от этого избавиться. Кровь бешено носится по венам, а ноги сами гонят меня вперед. И