Исполняющая обязанности жены генерала дракона - Кристина Юрьевна Юраш

скрывать. генерал обнял меня так, словно какая-то сила пытается вырвать меня у него. Я чувствовала, как напряглись его мускулы, как горячее дыхание опаляет мою щеку.

— Все будет хорошо, — прошептала я, кивая собственным словам. — Все будет хорошо…

— Зачем ты вернулась? — услышала я.

Сердце мое сжалось от чувств, переплетающихся в этот момент — страх, надежда, безмерная любовь и отчаяние. В этом разрушенном мире, среди руин прошлого и тени будущего, мы оставались одни, связаны невидимой нитью, которая никак не хотела порваться.

Глава 66

Дождь

— Я вернулась потому что… потому что мы не закончили, — прошептала я, вытирая слезы. — Я… я просто не могла тебя бросить… Теперь я — не сиделка… Договор разорван. Я вернулась, чтобы помочь тебе… Я не могла бросить тебя…

Я слышала его тяжелое дыхание, будто бы с каждым вздохом оно вырывалось из глубин его души, смешиваясь с шелестом дождя.

— Все хорошо… Все хорошо… Я здесь. Ты здесь. Все хорошо, — шептала я, поднимая его роскошную трость и подавая ему.

— Ну, давай, потихонечку будем вставать, — прошептала я, шмыгая носом. — Опирайся на меня. Не бойся…

Внутри меня вспыхнуло что-то невероятное — сила, которая заставила меня забыть о страхе и слабости. Стиснув зубы, я помогла Аврелиану подняться, ощущая, как его тело сопротивляется, как слабость пытается взять верх. А внутри — я чувствовала свою решимость.

Мы стояли, глядя на окно, которое заливало дождем.

— Я люблю дождь, — прошептала я. — Дождь и мороженое. Сидеть в тепле, смотреть на дождь и есть мороженое…

— Так все-таки, почему ты вернулась? — услышала я вздох.

— Я вернулась, — заметила я с улыбкой, сквозь слезы. — Чтобы не дать тебе уйти… Снова уйти в черноту своей бездны.

В этот момент его рука сжала мою до боли, словно пытаясь удержать меня, не отпустить. Вторая рука опиралась на трость, как на символ надежды и стойкости.

И вдруг, прозвучал тихий голос — полный боли и надежды. Он заблудился шепотом в моих волосах и теплым ветерком дыхания касался моего уха.

— Я мечтаю о дне, когда я смогу обнять тебя обеими руками, стоя, без опоры и трости. Когда я смогу взять тебя на руки, закружить и забыться в этом танце…

Я слышала голос генерала, его мягкий теплый шепот. Мои губы задрожали, и чувства нахлынули на меня, едва ли не заставив заплакать.

— Я мечтаю о том дне, когда смогу снова твердо стоять на земле, — прошептал он, — я не знаю, заживут ли когда-нибудь шрамы. Их ни одна магия не берет…

Я улыбнулась, глядя на его лицо, украшенное шрамом, который для меня уже стал частью его, частью его истории, боли и силы, и нежно коснулась пальцами этого знака.

— Брось, — тихо прошептала я, — он прекрасен… Он часть тебя. Неотъемлемая. И он так же дорог мне, как и ты…

Мои пальцы мягко скользнули по его лицу, стараясь вложить в это прикосновение всю нежность и тепло, что хранилась во мне.

— Да, но… — произнес он, Аврелиан, его голос чуть дрожал.

Я тихо вздохнула, рассматривая шрам, и шептала:

— Я просто уже не могу представить тебя без него. И он меня ничуть не пугает… Скорее, наоборот… Мне он нравится…

Невероятно, но я чувствовала, как в сердце пробуждается странное, глубокое чувство — любовь к каждой детали, к каждой черточке, ко всему, что относится нему.

— Нравится⁈ — удивление прозвучало в голосе генерала.

— Да, — честно призналась я. — Мне кажется, я готова целовать его вечность. Наверное, со мной что-то не так… Что-то внутри меня изменилось, и я даже не знаю, как это объяснить.

Я смутилась, кусая губы, и вдруг вспомнила, что совсем забыла о малыше.

— Так где малыш? — с тревогой спросила я. — Где он?

Глава 67

Шрамы

Генерал вздохнул, аккуратно расстегивая мундир. В этом движении было столько чувственности, что я сама смутилась, заметив, как в его взгляде таится не только забота, но и что-то большее.

— Вот, — произнес он с мрачностью в голосе, — Мышь тут.

Во внутреннем кармане спокойно спит Нахрен, свернувшись калачиком, будто ему было тепло и уютно.

— Ха, — нервно усмехнулась я. — Я смотрю, вы подружились.

— Я? С ним? — удивился Аврелиан. — Нет! Просто он замерз и испугался, и я решил его спрятать. А еще он кусается, зараза ушастая.

— Ну что ж, нам бы тоже не мешало что-то покусать, — сказала я, — Ужинать и спать. Завтра новый день, новые приключения! И новые маленькие победы!

Я отправилась за Бэтти, которая сидела на кухне, пережидая бурю.

— Всё в порядке, можете выходить, — выдохнула я. — Буря прошла.

— Дождь кончился? — спросила Бэтти. — Жуть была такая! Я так больше не могу! При первой же возможности слиняю! Если надо — сбегу! Хотя, если я сбегу, то не получу от хозяйки рекомендаций. Или получу такие, что придется идти в посудомойки! Ах, даже не знаю, что хуже!

— Нет, дождь еще идет, — улыбнулась я, — но буря ушла. Пора подавать ужин.

Я взглянула на огромную кастрюлю холодца, который сварили без меня, и осталась очень довольна.

— Теперь нужно вернуться в комнату, переодеться и постирать вещи. Такое ощущение, будто по мне проехала карета.

Я переоделась, замочила одежду в ванной, брызнула на нее зелье и развесила сушиться. На все про все у меня ушло чуть больше получаса.

Поправив фартук, я вышла в коридор, направляясь в комнату генерала. Он, наверное, уже поужинал без меня.

— Ты почему не ел? — спросила я.

— Я ждал тебя, — прозвучал его голос, — А пока ждал, нас тут немного объели.

Я заметила, что порции немного разворошены, а на столе — пузатый, похожий на ягоду, Нахрен пытался взлететь, но это выглядело очень забавно и немножко жалко.

— Думаешь, ему плохо? — с тревогой спросила я.

— Сначала ему было хорошо, — заметил генерал, — Сдавать он стал примерно на холодце!

Я встревожилась состоянием малыша. Надо будет посмотреть в библиотеке, что это за зверек. Быть может, ему нельзя такое есть? И вообще, мы как-то безответственно подошли к вопросу!

Я взяла в библиотеке стопку книг, принесла в комнату, и мы сели листать. К вечеру у нас уже было три варианта — Люмминг, Лунолеска или Лессир.

— Я сдаюсь! — заметил Аврелиан. — Что-то из этого. Слышь, мышь, ты кто? Признавайся!

— Хня… — послышался жуткий бас. И в нем было столько страдания.

— Это мы уже знаем, — улыбнулся генерал. — Что за мифическое существо?

— Единственное мифическое существо, которое я знаю, — это дворецкий в этом доме, — сказала я с улыбкой. —