Первая - Алиса Ковалевская

Глава 19

Камила

Я видела только, как загорелись габаритные огни отъезжающей машины. Сколько ни дёргала дверь, всё было напрасно. Верить, что Яр может так поступить — взять и, словно вещь, отдать кому-то Юту, я не хотела.

Услышав, как щёлкнул замок, подскочила на ноги. Яр вошёл угрюмый и, ничего не сказав, скрылся в ванной. Я рванула за ним.

— Где Юта?

— Уехала.

— Яр! — я схватила его за плечо. — Она же человек! Ты не можешь…

— Я могу всё. В данном случае я сделал то, что посчитал нужным. Мои решения не обсуждаются, Камила. Ты не в том положении, чтобы указывать мне, что делать.

— Не в том положении?! А в каком я положении?!

Он промолчал. Хотел проигнорировать меня, но я снова схватила его и посмотрела в глаза.

— Скажи мне, в каком я положении!

Появилось ощущение дежавю. У меня на пальце было кольцо, я начала чувствовать себя увереннее, а он опять ткнул меня носом.

Яр вдруг прижал меня к стене. Хотел поцеловать, но я увернулась, и губы его мазнули по щеке. Он был зол, я видела это, но на что злиться ему, не могла понять.

— Прекрати вести себя, как капризная истеричка, — процедил он, схватив меня за подбородок. — Ты же умная девочка. Ты всё понимаешь.

— Я ничего не понимаю, — процедила в ответ и хотела оттолкнуть его.

Он поймал меня за руку и пригвоздил запястья к стене. Прижался ко мне.

— Ты из меня верёвки вьёшь, Камила. Добром это не кончится. Я, чёрт подери, буду принимать решения, которые тебе по вкусу не придутся, и тебе придётся с этим мириться. Хочешь ты этого или нет.

— Я не собираюсь мириться с тем, что мне не по вкусу, — прошипела ему в лицо и дёрнулась всем телом.

Его глаза блеснули. Но это была не только ярость. Возбуждение было острым и сильным. Я вдохнула, взгляд Яра упал на мои губы, на грудь. Вспышка, и мы подались навстречу друг другу. Я схватилась за его свитер, он спустил с моего плеча платье.

— Довела же, зараза, — процедил он и развернул меня к себе спиной. Поднял подол, спустил трусики. Я услышала, как звякнула пряжка его ремня. Пальцы его впились в мои бёдра.

— Яр! — всхлипнула я с его движением навстречу, и громко, несдержанно застонала.

Первые резкие и грубые толчки сменили более плавные. Ярослав дотронулся до моего живота, поцеловал меня за ухом.

— Юте будет лучше подальше от меня, — сказал он и, обхватив грудь, слегка сжал.

Я застонала снова. Сейчас думать я могла только о том, что происходит между нами — о руках мужа и его губах, больше ни о чём. Под ладонями был прохладный кафель ванной, кончик висящего на крючке полотенца то и дело задевал мою щёку, кровь обжигала изнутри. Яр опустил ладонь ниже и дотронулся до самого чувствительного места на моём теле. Ласкал, то легонько поглаживая, то надавливая, и я откликалась, как скрипка в руках мастера.

— Камила, — сипло сказал он, и моё имя прозвучало, как изощрённая нежность.

Наши тела соприкасались быстро и влажно, воздух стал душным и густым, запах секса пьянил. Яр поцеловал меня в шею и, погладив меня по бедру, остановился. Погладил меня по ладони, по пальцам, и в этом прикосновении я уловило что-то необузданно собственническое. Обхватил меня за горло и поцеловал в шею сбоку, в скулу и уголок губ.

— Ты — единственная женщина, которая способна довести меня до белого каления.

— А ты…

— Ты можешь хоть иногда промолчать?

Он слегка сдавил мою горло и снова задвигался. Сперва размашисто, медленно, но с каждым движением быстрее и быстрее, запуская по моему телу всё новые и новые волны удовольствия. Вначале лёгкие, они превращались в шторм, накрывающий с головой и уносящий в ревущий океан.

Закусив губу, я царапнула стену, ударила по ней кулаком и громко застонала. Ноги подогнулись, горящие лампочки под потолком превратились в маленькие солнца. Яр подхватил меня под животом и, войдя на всю глубину, глухо застонал. Я едва могла дышать, содрогалась от удовольствия и чувствовала, как он пульсирует во мне. Гнев на него не проходил, любовь к нему была всеобъемлющей.

Яр повернул меня к себе и, обняв, уткнулся мне в волосы. Сглотнул. Всё ещё дрожа, я выдохнула ему в грудь и облизнула пересохшие губы.

— И что это было? — спросила сипло.

— Сам не понял, но было хорошо.

Положив ладонь ему на грудь, я посмотрела снизу вверх.

В его глазах всё ещё читалось желание, но сквозь него я увидела мрачную решимость.

Стало вдруг страшно. Сама не понимала, что напугало меня: то ли его взгляд, то ли то, как он взял меня за руку и сжал её. Отпустил и, отойдя, застегнул брюки. Подол моего платья опал сам. Между ног было влажно. Я переступила через трусики и подняла их с пола.

Посмотрела на отражение мужа в зеркале.

— Почему у меня нехорошее предчувствие, Яр?

— Смотря, чего оно касается.

— Вот ты мне и скажи, чего. Серафим снова о себе напомнил? Почему ты вдруг решил избавиться от Юты? Почему…

Я сделала шаг к нему, он повернулся, и мы снова оказались на опасно близком расстоянии друг от друга. Недоброе предчувствие усилилось, к нему прибавилось ощущение, что только что мы не просто занимались сексом, а… как будто это было любовью перед прыжком в бездну.

— Что происходит, Яр? — спросила я совсем тихо, и голос дрогнул.

— Ничего не происходит. Пока. Но будет лучше, если ты на какое-то время уедешь. Я подумаю, куда тебя лучше отвезти. У Серафима длинные руки.

Я мотнула головой.

— Я никуда не поеду. Даже не мечтай.

— Поедешь.

— Нет! Нет, понял?!

— Ками…

— Нет, Яр! Если ты в бездну, я за тобой!

На его скулах выступили желваки.

— Если хочешь избавиться от меня, — сказала, подойдя совсем близко, — тебе придётся меня убить. Только так, Яр. — Прямой взгляд в глаза. — Если ты в бездну, я за тобой. Если ты будешь сражаться с Серафимом, я тоже буду. И не думай от меня избавляться.

Он погладил меня по щеке и ушёл, ничего не сказав. Я посмотрела в зеркало и оперлась о раковину. Разжала руку и поняла, что так и сжимаю трусики. И что это значит? Что мне ждать?!

Глава 20

Камила

Громко чихнув, Магдалена потёрла «прохудившийся» нос. Яр посмотрел на неё и недовольно поджал губы, я