Сера - Калли Харт

Он был прав. Если честно, я слишком много времени проводила, стараясь не думать о том, как такой огромный двор вообще существует, если его единственный источник пищи кровь.

Лоррет криво улыбнулся, распахнул дверь и жестом пригласил меня внутрь:

— Добро пожаловать в «Дурацкий Рай», Саэрис Фейн.

Феи были повсюду. Мужчины. Женщины. Дети. Это не укладывалось в голове. Таверна была забита ими. Они сидели в кабинках, смеясь вместе с высокородными. Они ковыряли еду, слушая с жадным вниманием, как один высокородный что-то им втолковывает, пока другой спокойно пьёт с их запястья.

Вдоль задней стены тянулся ряд кабинок, завешенных тяжёлыми парчовыми шторами, но несколько штор так и не были задвинуты, и всё, что я смогла разглядеть, клубок извивающейся обнажённой плоти. Рты на грудях, рты, обхватывающие члены, итак, да, хватит с меня. Я отвернулась, чувствуя, как щёки заливает жар.

— Как называется полностью одетый санасротец? — спросил Лоррет сухим тоном, целеустремлённо направляясь к бару.

— Не знаю, — ответила я.

— Я тоже. Я ни разу такого не видел.

— Я помню тебя, фей, — раздался злобный голос из-за стойки. Он принадлежал высокородному, высокому, с заострёнными чертами лица, быстрыми тёмными глазами и глубокой, въевшейся в лицо гримасой. — Ты уже бывал здесь какое-то время назад.

Даже сейчас, когда мой капюшон был опущен, он меня не узнавал. Жители Когов не имели ни малейшего представления, как выглядит их новая королева. Поэтому никто не кланялся, что меня вполне устраивало.

— Если под “какое-то время назад” ты имеешь в виду шестьсот лет с мелочью, то да, вероятно, ты прав, — сказал Лоррет, вывалив на стойку кожаный мешочек с монетами и тяжело опускаясь на табурет. — И что?

— Ты устроил драку и сломал один из моих столов. Ещё и ушёл, не оплатив счёт.

— Боги и мученики. Прошло шестьсот лет, а ты всё ещё ноешь из-за шаткого столика и бокала вина?

Высокородный, видимо, владелец «Дурацкого Рая», сузил глаза до щёлочек.

— Все долги оплачиваются, — прошипел он и поднял палец с пугающе длинным ногтем, указав на табличку над стойкой, где действительно было написано: ALL DEBTS ARE PAID — ВСЕ ДОЛГИ ОПЛАЧИВАЮТСЯ. — Если хочешь получить от меня обслуживание, закрывай свой долг.

— Я не хочу никакого обслуживания от тебя. Мы с сестрой пришли выпить по бокалу-другому. Давай не будем делать ситуацию ещё более неловкой, чем она уже есть.

Высокородный впервые повернулся ко мне, и холод тяжёлым грузом лег на мои плечи. Но я была слишком ошарашена тем, как Лоррет меня назвал, чтобы обращать внимание на его презрительную гримасу.

Сестра.

Он назвал меня своей сестрой.

— Я не делаю исключений даже для своих, — прошипел он. — С чего ты взял, что сделаю их для таких, как вы?

— Из-за моего красивого лица?

Высокородный посмотрел на Лоррета так, будто мог одним этим взглядом содрать со стен бархатную обивку.

— Нет? Ну ладно. А как тебе это? — Воин перекинул руку за плечо, вытащил Авизиет и положил выгравированный меч на стойку с глухим стуком.

Глаза высокородного на миг дрогнули, но надо отдать ему должное, яйца у него были. При виде такого количества заточенного серебра он стушевался ненадолго.

— Мы принимаем монеты или кровь, — произнёс он после паузы, оценивающе глядя на Лоррета. — Кровь предпочтительнее.

— Да пошёл ты, клещ. Единственный способ добраться до моей крови, это слить её самому.

Высокородный оживился:

— Это можно устроить.

— Сначала тебе придётся меня убить, — оскалился Лоррет.

Высокородный скрестил руки на груди, поджав губы.

— Ты понимаешь, что в Санасроте обнажать серебро это государственная измена? Назови своё имя, фей. Кто твой хозяин?

Лоррет расхохотался коротко, громко и резко:

— Моё имя — Лоррет из Сломанных Шпилей. И хозяина у меня нет.

Наконец высокородный начал бледнеть, его надменная гримаса медленно растворялась. Приятно было наблюдать, как в него просачивается паника.

— Здесь разрешены только рабы. Независимые феи здесь не приветствуются, — пробормотал он, отступая от стойки.

— Не волнуйся. Мы уйдём, как только выпьем кувшин вашего лучшего лиссианского красного.

От ближайшего стола поднялись двое высокородных, оба мужчины, оба намного крупнее вампира за стойкой. Один положил руку Лоррету на плечо.

— Ты, похоже, забыл, где твоему виду место в местной пищевой цепочке, тёплокровный, — сказал тот, что справа. По его правой щеке тянулся толстый серебристый шрам. — Эрриган сказал убраться. Вставай немедленно, и мы, может быть, дадим тебе фору, прежде чем…

Я знала, что это случится.

Но увидеть всё равно было шоком.

Лоррет оставил Авизиет там, где он сидел за стойкой. Даже не коснулся его. Он превратился в чёрное размазанное пятно, когда развернулся и выстрелил с места. В одно мгновение изуродованный высокородный пытался стащить воина со стула, а в следующее его рука уже не была прикреплена к запястью. Лоррет держал её в своей собственной ладони. Ихор брызнул со вспоротого запястья вампира. Теперь это был мясистый обрубок. Высокородный опустил взгляд, раскрыл рот, чтобы закричать, но Лоррет сунул ему в глотку его же собственную руку, пальцами вперёд.

Я отшатнулась, врезавшись в табурет, едва не потеряв равновесие.

— Охренеть! Лоррет!

— Какого хрена во всех пяти преисподних здесь происходит?

Музыка, игравшая, когда мы вошли, оборвалась. Свинцовая тишина накрыла таверну, пока все разворачивались к новому гостю. Таладей стоял у входа. Рядом с ним стояла тёмная фигура в плаще, повернувшаяся к выходу; капюшон был натянут, скрывая лицо.

Лоррет напрягся, мрачная тень легла на его лицо. Он сделал шаг к Таладею, но Повелитель Полуночи поднял руку, закрывая глаза в раздражении.

— Стой там, Лор. Ты весь в крови и не годишься для приличного общества.

Таладей быстро заговорил с незнакомцем в плаще. Даже с моим значительно улучшенным слухом я не разобрала ни слова. Если я не ошибалась, вокруг них на мгновение подняли звукоизолирующий барьер.

Незнакомец кивнул и ушёл, не оглянувшись, оставив Таладея стоять в дверях таверны. Как всегда, его одежда была безупречно чистой, серебристые волосы аккуратно зачёсаны назад, ни единой выбившейся