Ненастоящая жена дракона - Майя Фар

Скоро им должны были привезти образцы крови преступников, их всегда брали на случай непредвиденных обстоятельств в шахтах, куда предполагалось отвезти преступников.

Император дал добро на проведение одного из сложных ритуалов, с помощью которого их найдут, и никакая септария им не поможет.

***

Катрина

Настроение с утра, несмотря на отличную погоду, было ужасным. Я представляла себе замученных, сожжённых солнцем, в рваных одеждах мужчин и женщин, которые, согнувшись в три погибели, дружной шеренгой шагают по полям этого лартуса-рабовладельца.

На лицах – усталость и безысходность, и стоило только представить, что и я скоро пополню их ряды, как мне сразу становилось плохо.

– Катрина, прекрати! – резко сказал съер Маар. – Твои эмоции передаются ребёнку, а он транслирует их на ближайшего дракона.

«Ничего себе, – подумала я, – мой малыш и так умеет?»

И откуда-то пришла волна тепла и радости.

И я уже решила воспользоваться тем, что съер рассказал про эмоции, и попросить, чтобы он меня не возил на плантации. Но эта упадническая мысль мелькнула и исчезла, и ей на смену пришла другая: а что, если я там увижу что-то, что поможет справиться с ситуацией или сбежать? Или изменить ситуацию для тех, кого риадохцы считают рабами.

И уже вскоре мы выехали в сторону плантации. Поехали мы на автомобиле. Лартус сам был за рулём, настроение у него было отменное.

Да и у меня стало постепенно выравниваться состояние, похоже, что моя привычка всё контролировать сейчас немного мне мешала

Вскоре начались поля, они были расположены как на больших плато, явно сделанных с помощью магии, так и на террасах. Людей в большом количестве я пока не видела, но то тут, то там по двое или по трое ходили люди. И я вспомнила, как у меня на полях работали маги, их тоже было двое, и они быстро-быстро всё убрали.

С дороги не было видно, что растёт, но вспоминала сад съера, и это точно было что-нибудь съедобное.

Съер будто прочитал мои мысли и сказал, что у него на склонах растут овощи, на плато он старается высаживать культуры либо хлебные, либо злаковые.

Мы проехали ещё немного, и вскоре съер остановил машину.

– Отсюда не проехать вниз, надо будет спускаться.

Я в ужасе посмотрела на тропу.

Съер лартус усмехнулся:

– Не волнуйся, здесь есть подъёмник, нам не придётся идти по тропе.

Когда мы спустились, то я поняла, что мои страхи по поводу рабов и плантации оправдались.

На этих полях людей в поле было гораздо больше, и поля были больше, но что-то было не так.

– Что ты видишь? – спросил лартус.

– Помогите мне, – попросила я.

Лартус протянул руку, я оперлась на неё и присела на землю. Лартус выругался, поднял меня, снял свою куртку, бросил её на землю и усадил вновь.

Меня бы впечатлила его забота, вот только я понимала, что ему нужен дракон с магией агрикола, и он думает, что я именно такого и ношу. Никакой романтики.

Я дотронулась до земли ладонями и сосредоточилась. Я хорошо помнила, как отзывалась земля там, в Утоли, но здесь… Здесь она была словно пересохшая река, потрескавшаяся и мёртвая.

– Что вы сделали с землёй? – возмущённо воскликнула я. – Вы с ума сошли? Вы её почти убили.

Лицо лартуса стало мрачным, и он угрожающе произнёс:

– Не забывайся! А насчёт земли… Думаешь легко прокормить целую империю, когда у тебя нет земли, а одни камни? – Он вдруг сжал кулаки, нахмурился и сказал: – У нас весь бюджет уходит на закупку продовольствия в Драгоре. Разве это справедливо?

Я молчала, не знала, что ответить, да и не хотелось раздражать дракона: вон у него уже глаза светятся.

– Здесь поэтому столько магов? – спросила я.

– Да, иначе с этой землёй ничего не сделать,

– А может, ей дать отдохнуть? – спросила я.

– А может, госпожа агрикола посмотрит, что можно сделать? – саркастично поинтересовался дракон. А я испугалась, потому что следующее, что он сказал: – Здесь все маги, которые стали нашими трофеями, и те, кого удалось похитить, и тебе повезло, что ты сюда не попадёшь. Но если боги так любят тебя, что одарили талантом выращивать божественные цветы, то я бы хотел, чтобы ты взглянула.

И мы пошли ближе к полям. Люди, а это и вправду были маги, с усталыми лицами вливали магию в землю. И что тут можно сделать? Мы проходили мимо, и иногда мужчины, а здесь я видела только мужчин, поднимали головы, смотрели на меня.

Иногда на лицах мелькало удивление.

А потом мы остановились напротив группы магов, пытавшихся обработать довольно большой кусок поля.

– Попробуй здесь, – сказал съер лартус.

А я во все глаза смотрела на одного из магов. Здесь он загорел почти до черна, но всё ещё был очень похож на своё фото.

Ромалес Фронир. Мой «муж».

Глава 39

– Что случилось? – спросил съер. – Ты что-то почувствовала?

А я поняла, что надо отвести взгляд от Ромалеса, иначе съер поймёт, что я смотрю не на поле, а на конкретного мужчину. А вот Ромалес, похоже, понял, что я смотрела именно на него.

Я подумала: «Хорошо, что Ромалес меня никогда не видел и не знает, что я его „вдова“».

– Всё нормально, съер, – сказала я.

Вдруг маги начали выпрямляться, и раздался сильный красивый мужской голос:

– Вы что, совсем стыд потеряли? Зачем беременную женщину сюда привезли? Боги вас не простят!

Я не знаю, откуда маги увидели, что я не из Риадоха, может, женщины Драгоры как-то отличаются? Это уже потом я узнала, что у женщин в империи Риадох нет магии, даже у женщин с драконьей кровью.

Я увидела, что говорит крупный мужчина, лицо его было прочерчено морщинами, волосы были седые; и я вспомнила Густава, и подумала: а вдруг сын Густава, муж Нинолли, тоже где-то здесь?

Другие мужчины тоже зароптали, и вдруг я увидела, что съер Маар каким-то хитрым образом вскинул руку и щёлкнул пальцами, и тотчас же маги начали задыхаться, и я заметила, что у каждого на шее есть тонкая полоска ошейника. Даже не ошейник, а такая тонкая нить.

– Что вы делаете?! Не надо! – вскричала я, увидев, как мужчина, который первым высказался, упал на землю. – Остановитесь! Прошу вас!

И съер снова щёлкнул пальцами,