Ненастоящая жена дракона - Майя Фар

А съер между тем внимательно на меня посмотрел, и я подумала, что это плохо, что я дала ему понять, что мне дороги жизни этих людей, теперь он сможет этим воспользоваться. И по его глазам было понятно, что такая мысль его посетила.

– Всем отойти назад! – крикнул съер. – Всем отойти на двадцать шагов! – Потом взглянул на меня. – Прошу!

И снова постелил свою куртку.

Я под взглядами отошедших назад магов опустилась на землю. На лицах мужчин отразилась мука, а мне в голову пришла мысль, что они не до конца смирились, и это хорошо.

Я положила руки на землю, и впервые у меня утонули ладони. Неглубоко, примерно по запястья. И я увидела это поле, в моём воображении оно было похоже на сморщенную, скрученную болезнью и старостью старуху. И меня это возмутило, потому что это же мать-земля – как можно было довести её до такого состояния, что даже усилия многих магов не помогают?

Конечно, они немного восстанавливают её только для того, чтобы снова засеять и получить урожай. А она выдохлась, нет у неё больше силы рожать. Неужели вы забыли, что даже земле нужно отдыхать? И так мне её стало жаль, земля – она умеет обновляться, и она старалась, очень старалась им угодить, она отдавала лучшее, что у неё было. А они её использовали и использовали, и даже магов не слушали, и не разрешали им помочь земле. Только результат!

И что в результате? Теперь, что ни делай, ей всё равно надо отдохнуть. Что же делать? Силы мне хватит, я за несколько дней восстановилась, а дракон поделился силой с малышом – но толку? Я восстановлю землю, а они снова из неё все соки высосут.

И тогда я придумала. Что, они говорят, их божественные колокольцы нигде не растут? Ха! Сейчас мы устроим! Сейчас отдохнёт земля, а цикл сделаем такой: та часть земли, что восстановится, будет открываться для посадок.

Всё это я продумывала и проделывала с закрытыми глазами, и у меня перед глазами появилась красивая женщина, в руке которой был букет из этих горных эсиолей, и она им потрясла, и из цветов полетели семена. А потом она обернулась, посмотрела на меня, и могу поклясться, что она сказала: «Спасибо, Катя».

Звуков слышно не было, и рот она не открывала, мне слышалось это в звоне колокольчиков: «Ка-тя, Ка-тя».

Я поняла, что хватит, когда земля стала будто пружинящей и легонько вытолкнула мои ладони.

Я открыла глаза и первое, что я увидела, – это то, что я сидела, а вокруг меня покачивали крупными головками колокольчики и всё так же продолжали звенеть: Ка-тя, Ка-тя…

Потом я увидела взгляд съера Маара. Он смотрел то на меня, то на поле. Мне тоже захотелось посмотреть.

– Съер Маар, помогите мне подняться, – попросила я.

– Хочешь посмотреть, что натворила? – усмехнулся он.

И помог мне встать. После его вопроса я боялась, что он злится и будет груб, но нет, он осторожно поднял меня и развернул в сторону поля. На сколько простирался взгляд, везде были эсиоли. И судя по тому, что пролетавший ветер доносил мелодичное звучание, это были горные эсиоли.

А среди всего этого великолепия так и стояли маги из Драгоры, и все они смотрели на меня.

Лартус съер Маар потёр руками лицо и спросил:

– Кто ты?

Я промолчала, не совсем понимая, в чём дело. Но скоро мне всё стало ясно.

Съер схватил меня за руку и потащил, судя по направлению, в ту сторону, где мы оставили машину. Я только и успела, что обернуться, мне хотелось крикнуть что-нибудь ободряющее этим мужчинам, которые так и не вернулись с войны. Я не смогла ничего придумать и просто помахала им рукой. Но не успела увидеть, что они все подняли руки в военном приветствии.

А съер Маар не останавливался, и мне приходилось очень быстро перебирать ногами, чтобы успеть. Когда мы встали на подъёмник, чтобы подняться на плато, на котором оставили машину, он держал меня за плечи двумя руками и смотрел мне в лицо, как будто пытаясь что-то там разглядеть. Потом всё так же молча запихнул меня в машину, и мы поехали.

Через какое-то время он сказал:

– Ты светилась. Вся. – Немного помолчал и спросил: – Зачем ты вырастила горные эсиоли?

А я вдруг вспомнила лицо богини. Я не сомневалась, что именно она принесла мне семена своих цветов.

– Скажите, съер Маар, а ваша богиня – она покровительница женщин? И эти цветы, что за благословение они дают?

– Да, богиня Эсила покровительствует женщинам и благословляет их сильным ребёнком, рождается мальчик, а это всегда радость для семьи.

И меня что-то царапнуло в этом:

– А если девочка? Это что, для семьи не радость?

Съер Маар ответил:

– Девочки у нас рождаются без магии, поэтому девочка скорее обуза, чем радость.

Мне захотелось прикрыть рукой лицо. Ну что за ретрограды? Девочки им не в радость!

Я вспомнила, что колокольчики, вернее эсиоли, теперь и розовые, и голубые, и белые, и подумала, что пора бы этой земле проснуться: пусть и девочки будут в радость.

И как только эта мысль появилась, мне снова послышался звон эсиолей, как будто кто-то подпрыгивал и в такт прыжкам произносил: «Ка-тя, Ка-тя».

А потом съер Маар мне сказал:

– Ты сделала меня самым богатым драконом Риадоха, но у меня заказ. От императора. И я не могу его не выполнить, а горные эсиоли я не могу убрать. Поэтому теперь ты должна придумать, как мне выполнить этот заказ.

Я сначала хотела возмутиться, но потом мне пришла мысль, как я могу увидеться с магами из Драгоры и убедить их, что они способны сами снять с себя ошейники, освободиться и бежать.

– Мне надо поговорить с магами. Я так понимаю, что они здесь давно и могут мне рассказать, что происходит и можно ли вообще что-то вырастить. Возможно, они посоветуют, какие культуры можно вырастить быстро.

Съер какое-то время молчал, и, хотя лицо его оставалось невозмутимым, я видела, что внутри у него идёт борьба.

Наконец он сказал:

– Завтра поедем снова, выберешь трёх и с ними поговоришь.

Я не стала спорить.

Глава 40

Вечером после ужина, поблагодарив Пьетру, я, забыв обо всём, убежала в выделенную мне комнату. И в предвкушении начала размышлять, как