Ненастоящая жена дракона - Майя Фар

– Спасибо, Эсила. Спасибо, что ты мне помогаешь.

И мне показалось, что мимо пролетел небольшой ветерок, и колокольчики тут же запели:

– Ка-тя… Ка-тя…

А моё везение заключалось в том, что съер Маар уехал в столицу. Причём всю информацию мне передала Пьетра: что-то там произошло, весьма важное и срочное, что потребовало его присутствия. В результате повёз меня на плантации его помощник, молчаливый, довольно пожилой съер Вигор.

Одет он был примерно так же, как и съер Маар, но почти не говорил, выполняя роль водителя, и я подумала, что теперь, наверное, у меня будет возможность пообщаться с магами наедине.

Когда мы приехали на плантации и спустились к полям, помощник лартуса, показав свою осведомлённость, сказал, что я должна выбрать трёх магов, которых он приведёт ко мне для разговора.

Я же, увидев, что мы не собираемся идти в сторону плантаций, а остановились возле небольшого хозяйственного строения, расстроенно сказала, что не знаю их имён, и поэтому мне нужно попасть ближе к полям, чтобы я могла их показать.

Вигор согласился с тем, что я действительно вполне могла не знать, как кого зовут, и сопроводил меня к полю.

На полях ситуация практически не изменилась. Единственное, над плантациями теперь лилась песня любимых цветов богини, в которой, как я поняла, каждый слышал что-то своё. Но на соседнем поле, где земля была всё такая же сухая и растрескавшаяся, стояли маги, пытаясь её оживить.

Я указала на трёх магов – Ромалеса, того пожилого мага, который за меня вступился накануне, и ещё одного. Когда маги собрались в небольшой комнате, я едва сдержала радость, услышав от Вигора, что сам он подождёт снаружи. Я не могла поверить в эту удачу, потому что уже готовилась к тому, что Вигор будет сидеть в комнате и слушать, о чём мы говорим.

– Кто вы? – когда Вигор вышел, спросил самый старший из магов, тот, кто вчера первым вступился за меня.

– Я из Драгоры, как и вы, – ответила я. – Меня похитили. Я тоже обладаю магией, способной пробудить землю и вырастить на ней вкусное и полезное.

И тут я впервые услышала голос Ромалеса.

Он усмехнулся и сказал:

– Нет, вы не такая, как мы. Никто из нас не может вырастить цветы богини.

Я удивилась, но, понимая, что время идёт, перешла к делу.

– Вероятно, так же думает и съер лартус, потому что, видимо, в благодарность за то, что я вырастила ему поле горных эсиолей, он решил, что я могу вырастить на одном поле в два раза больше урожая взамен того, который вы должны были вырастить на том участке, где сейчас растут любимые цветы богини. – Я вздохнула и добавила: – Одна я не справлюсь. Мне нужна будет ваша помощь. Именно поэтому он разрешил мне встретиться с вами.

Говоря об этом, я думала, что даже если Вигор подслушивает, то ничего криминального он не услышит. А сама я в это время старалась нащупать под досками пола какое-нибудь растение, и наконец мне это удалось. Я уже привычно направила росточек за дверь, чтобы посмотреть, есть ли там кто-то и можно ли уже говорить более конфиденциальные вещи.

Удивительно, но за дверью вообще никого не было. Возможно, Вигор отошёл по нужде или просто вышел подышать. Я не знаю. Конечно, я оставила росток снаружи, чтобы в случае чего он мог меня предупредить.

– Простите, – сказала я магам, которые напряжённо смотрели на меня, пока я сидела с закрытыми глазами. – Я отвлеклась. Нужно было поставить охранку.

При этом слове в глазах магов появилось удивление.

Я вздохнула и начала говорить:

– Мне было больно вчера на вас смотреть. Война закончилась, а вы продолжаете нести свою вахту.

Маги, насупившись, смотрели на меня, не торопясь говорить.

– Почему вы не пытались бежать? – спросила я.

Ответил мне снова тот, кто был постарше:

– Госпожа…

– Зовите меня Катрина, – сказала я, понимая, что, если назову фамилию Ромалеса, это будет выглядеть весьма странно.

– Госпожа Катрина, – снова начал он. – У нас мирная магия. Мы не можем ею защититься, поэтому продолжали делать то, что делали всю жизнь, и ждали, что нас вызволят, или обменяют, или как-то договорятся. Но время шло, и уже скоро год пройдёт, а мы всё так же остаёмся рабами на чужой нам земле.

И я не выдержала и в сердцах сказала:

– Да потому что по документам большинство из вас умерли или пропали без вести. Я не знаю точно про всех, но вот про вас, – я показала на Ромалеса, – я точно знаю: пришёл документ о том, что вы погибли.

– Откуда вы знаете? – спросил он.

– Сейчас я не могу подробно рассказать, нет времени, – ушла я от ответа. – Но какое-то время я жила в Утоли. Я знаю вашу матушку. Я знаю, как ей было тяжело, когда она получила это письмо.

Ромалес дёрнулся.

– Мама?.. Как она сейчас?

– Хорошо, – сказала я, понимая, что затронула крайне чувствительную тему.

Я хотела, чтобы они вспомнили, что у них есть возможность увидеть свою родню, у магов должно появиться желание вырваться и вернуться на родину, в Драгору.

Взглянув на Ромалеса, я увидела, что в его глазах оставался ещё вопрос. Скорее всего, он хотел спросить про свою невесту, но я поспешила сменить тему.

– Даже обладая мирной магией, – сказала я, – вы можете себя защитить.

Пока за дверью никого не было, я решила показать им, как можно нейтрализовать эти странные удавки, которые надеты у них на шее.

Я вырастила ещё один росток, и вскоре он достиг высоты, достаточной для того, чтобы дотянуться до ошейника, находящегося на шее сидящего мужчины.

Все остальные с удивлением наблюдали, что будет происходить дальше, а я не знала, получится ли точно, только предполагала, как это должно быть.

Росточек легонько пролез между шеей и шнурком и чётко закрутился вокруг странного узелка. Какое-то время ничего не происходило, но потом я увидела, как росток в том месте, где он прикасался к ошейнику, стал раздуваться. Именно там, где был узелок. Вскоре у него как будто выросла небольшая шишка.

После этого, так же осторожно, как забрался на шею, заворачиваясь вокруг ошейника, раскрутился и вылез.

– Это гипноз? – спросил старший,