Падение вверх - Татьяна Владимировна Кадуцкая

— Вы бы лучше заклинание контрацепции вспомнили, — вздохнула Лилея.

Ведьмаки обменялись подозрительно-испуганными взглядами и быстренько проговорили заветную формулу. Опять переглянулись и начали хохотать. Постепенно напряжение прошло, вернулось весёлое настроение. Только Милорад сидел задумчивый, держа в руке медальон с портретом возлюбленной.

В какой-то момент Лилея поднялась на второй этаж, чтобы лучше видеть танцующих. За ней потянулись Цезерина и Эрмин.

— Когда это началось? — спросила у них девушка.

— На Бельтайн, — чётко ответил Гросс. — Мы отметили праздник, вернулись в общежитие, а утром она уже строила глазки Ленару.

— Откуда эта непонятная влюблённость?

— В том-то и дело, что «непонятная», — Беспрозванная вздохнула. — В один день Гутовскую словно подменили: начала бегать то за Ленаром, то за Милорадом.

— Генусю тоже перепало, — признался Эрмин. — Парни решили, что она поспорила с кем-то.

— Может, приворот?

— На всех сразу? — скептически фыркнул Эрмин. — Да и не похожа она не приворожённую.

Дамаскинская вздохнула, признавая его правоту.

— А с Нилой говорили?

— Да, только без толку, — ответила Цезерина. — Говорит: «Люблю, не могу!»

Гросс нахмурился.

— И ведь была нормальная ведьма — умная, смешная! Чего ей так резко замуж захотелось?

Лилея уставилась на него.

— А ведь ты прав: должна быть причина! Леонила даже не помышляла о браке, отпиралась руками и ногами. Цези, ты помнишь наш разговор на испытаниях летом?

Беспрозванная моргнула.

— Ага! Она ещё говорила, что родителей год уламывала.

— Тогда что или кто заставил её лезть Милораду в штаны?

— А вот это правильный вопрос! — Лилея посмотрела на Эрмина.

Но ответ они так и не получили. Вернувшись в общежитие, девушки узнали, что Леонила Гутовская уже уехала домой.

Глава 16

Следующим утром Лилея отправилась в Лунгаг, где жила старая ведьма. Этот город находился недалеко от Барангана, так что девушка не стала пользоваться порталом, а совместила приятное с полезным: поехала в дорожном экипаже и любовалась красивыми видами. В изоке было на что посмотреть. Деревья радовали буйной зеленью, некошеные луга напоминали малахитовое море, волнующееся под тёплым ветром, а над садами дружно летали бабочки и пчёлы. Ведьма наслаждалась каждым мгновением, чуть ли не купаясь в окружающей магии. Она уже в который раз запрокинула голову и потянулась, чувствуя, как похрустывают позвонки. Было по-настоящему хорошо и радостно. Прошлое больше не затапливало тьмой и не отравляло её душу. Даже увидев Полянского на торжественной церемонии выпуска, Лилея спокойно отвернулась, не чувствуя привычной мути. Это ни в коем случае не значило, что она его простила. Она простила СЕБЯ! Перестала чувствовать себя без вины виноватой! А вот Фрол… Дамаскинская сейчас напоминала затаившуюся и особенно незаметную рысь в засаде: она наблюдала за жертвой и выжидала подходящий момент, чтобы уничтожить её... О да! Это должно быть незабываемо!

— Приехали, госпожа! — окликнул ведьму извозчик. — Лунгаг.

Лилея вынырнула из приятных мыслей о мести и огляделась повнимательнее. Какой Лунгаг? Где? Она видела только лес.

— Сейчас поймёте! — человек словно услышал её мысли и усмехнулся в усы.

Он пришпорил своих лошадок, а ведьма приготовилась наблюдать. Сначала шёл самый обычный лес, таких она видела-перевидела за свою жизнь! Но потом среди деревьев стали мелькать широкие полянки с небольшими уютными домиками. Во дворах весело смеялись дети, лаяли собаки, перекрикивались петухи, а с другой стороны ограды дикая косуля как ни в чём не бывало обгрызала сочную траву. Такие подворья встречались всё чаще и чаще, и постепенно лес плавно перетёк в городок. Это было настолько удивительно, что Лилея ахнула. Деревья уступили место сельским избам, а потом на смену деревянным домам пришли каменные здания. И вот уже дорожный экипаж грохочет по мостовой, а по тротуарам прохаживаются мужчины и женщины в городской одежде. Чем дальше от леса, тем выше и современнее становился Лунгаг. Кирпичные дома выросли на четыре-пять этажей, конных экипажей стало больше, призывно звенели колокольчики на дверях многочисленных магазинов. Девушка уже представляла, что там, за каменными домами, но её повозка свернула с главного проспекта. Проехав ещё немного, извозчик остановил лошадей.

— Прибыли!

Дамаскинская заплатила, подхватила дорожную сумку и ступила на мостовую. Широкая улица с двух сторон была обсажена большими вязами, дома стояли на приличном расстоянии друг от друга. Похоже, тут ценили личное пространство! Девушка коснулась невысокой калитки и окинула взглядом старый каменный дом. Он был одноэтажный, с четырёхскатной черепичной крышей и, судя по большим окнам, с высокими потолками. Одну из стен заплёл плющ, а перед входной дверью пышно цвели кусты гортензии.

Битая каменная дорожка тихо поскрипывала под ногами. Лилея подошла к крыльцу, поставила сумку на ступеньку и снова восхищённо посмотрела на дом. Вблизи он казался ещё красивее и старше. Были заметны выщерблины на камнях, трещины в кладке и тонкий мох, притаившийся в тени.

— Сколько же лет этому дому?

— Почти четыреста. Его построил мой отец, — послышался скрипучий голос.

Девушка заозиралась и, чуть пройдя, заглянула за угол: в тихом, защищённом от ветра месте она увидела плетёное кресло и старушку в нём. Самая старая ведьма, вспомнились слова Гордея Карицкого. Дамаскинская поздоровалась и подошла ближе, разглядывая хозяйку дома. Сухонькая, седая, она куталась в платок даже летом, но взгляд был ясный, умный, и даже режущий.

— Зачем пришла?

— Моё имя Лилея Дамаскинская. Мне сказали, вам нужна помощница, — и гостья протянула письмо Карицкого.

Старушка развернула конверт.

— О!.. Он-таки выполнил мою просьбу! — и ведьма уже с большим интересом посмотрела на девушку. — Неплохо-неплохо… — ещё спустя минуту она велела. — Иди в дом и занимай свободную комнату, кроме крайней слева. Как устроишься, выходи в беседку. Будем пить чай и знакомиться.

С некоторой тревогой Лилея вошла в дом и не сдержала улыбку. Он был словно из сказки! Каменные стены напоминали замок. А ещё толстые деревянные балки под потолком, кованая люстра и большой камин. Девушка представила, как здорово здесь сидеть холодными зимними вечерами, слушать треск поленьев, кутаться в тёплое покрывало и пить горячий медовый взвар. Она с трепетом провела пальцами по спинке деревянного стула. Тут каждая вещь была с историей! Дамаскинская уже предвкушала интересные беседы и открытия! Подхватив сумку, она пошла дальше. Пропустила одну комнату, другую, словно чувствовала, что это место занято или не подойдёт ей. Прошла чуть дальше, свернула