Падение вверх - Татьяна Владимировна Кадуцкая

вот когда вам надо было сказать другу-зельевару, что его зачётная работа откровенно провальная, что вы сделали? Изобразили из себя непонимающую глупышку с кучей вопросов, в итоге Вештиц всё понял и переделал практическую часть. Вот эта непонимающая дурочка и была маской.

— Осуждаете?

— Никогда! Маски носят все, главное — с какой целью.

Они не спеша возвращались в школу, наслаждаясь красотой весеннего леса и относительно спокойным днём. Совсем скоро должна была начаться сессия, и тогда будет не до отдыха ни студентам, ни преподавателям.

— Какие планы на каникулы? — осторожно спросил Карицкий.

Девушка пожала плечами.

— Поживу здесь, в городе. Может, устроюсь на работу.

— То есть домой не поедете?

— Вряд ли теперь Зорну можно назвать моим домом, — ведьма посмотрела на мужчину. — Зачем мне ехать туда? К кому?.. Ходить по улицам, где когда-то гуляла с родителями, и горевать, что их больше нет? Смотреть на дом, где мы жили, и вспоминать, что я потеряла? — она отвернулась. — Нет, увольте! Память о родителях живёт в моём сердце. Я верю, что мама заслужила счастье в новой жизни.

— А отец?

Дамаскинская опустила голову.

— Мы с мамой не добились справедливости и пересмотра дела, когда были деньги и связи. Так что я могу сделать теперь? — она задумчиво посмотрела вдаль. — Может, я не права, но… Мне кажется, отцу станет легче, если он узнает, что я не пропала, не скатилась на дно, что учусь в хорошей школе.

Гордей помолчал немного:

— Вы уверены в его невиновности?

— Я уверена, что Лаурин Дамаскинский не использовал запрещённую магию умышленно. Если это и произошло, то случайно. Вы сами рассказывали, как порой одно слово меняет обычный наговор на неснимаемое проклятие. Мой отец — учёный! Понимаете? А это постоянная тяга к исследованиям, пробам, экспериментам!.. Я слышала…

Она замолчала, а Карицкий подобрался как охотничий пёс, взявший след.

— Что? Договаривайте!

— Обычные слухи! Тогда много чего говорили за спиной.

Лилея ускорила шаг, и ведьмак понял, что больше она не скажет ни слова. Недоверчивая! Он сделал себе заметку на будущее, а сам заговорил о другом, ради чего, собственно, и затеял этот разговор.

— Я предполагал, что летом вы останетесь здесь, и хотел предложить другой вариант. У меня есть знакомая. Тёмная ведьма, как и вы. Она пишет мемуары, и нуждается в помощнике. Платит очень хорошо, но дама своеобразная, предупреждаю сразу, — мужчина повернулся к своей ученице. — И ещё…Иляна — одна из старейших ведьм в мире, ей больше трёхсот лет. Я подумал, вам будет интересно пообщаться с ней, поэтому взял на себя смелость рекомендовать вашу кандидатуру.

Лилея согласилась сразу. В любом случае это было интереснее, чем сидеть все каникулы в Старом дворе, который и так поднадоел за прошедший год.

Только сейчас девушка осознала, что первый курс остался позади. Из-за постоянной занятости время летело незаметно. Дамаскинская едва успевала справляться с заданиями, в выходные приручала Фира, а редкие свободные вечера проводила с друзьями. Они по-прежнему каждый день собирались в столовой, делились новостями, а потом расходились по своим группам. Цезерина теперь часто пересекалась с Милорадом, всё-таки их специальности были близки, а Лилея сдружилась с Эрмином Гроссом, насколько можно было сдружиться с этим угрюмым ведьмаком. Несколько раз на праздники они всей компанией выбирались в городские трактиры, где весело проводили время. Хотя последний поход накануне Бельтайна Дамаскинская пропустила: Карицкий взял её с собой в королевскую библиотеку. Экскурсия в столицу затянулась, и девушка не успела на праздник.

После сессии, перед тем как разъехаться по домам, ребята решили отметить начало каникул. В трактире было шумно и многолюдно. Ведьма удивилась, не увидев за столом Леонилу: та любила веселье и не пропускала подобные сборища. Какое-то время Лилея думала, что подруга задерживается, но когда Генусь подозвал слугу, чтобы сделать заказ, поняла, что Гутовской не будет. Она собиралась расспросить парней, но не успела: к их столику подбежала Марута — та самая подружка Милорада, которая не прошла вступительные испытания.

— Ты как здесь оказалась? — ведьмак вытаращился на неё.

— Не выдержала, приехала к тебе! Ты же сам написал, когда у вас последний день, — щебетала его возлюбленная.

Мужчина моргнул, помогая ей сесть за стол. Марута посмотрела на ребят.

— Как хорошо, что вы все вместе! Я так рада вас видеть!

Первый шок прошёл, и ведьмаки вернулись к прерванному разговору, всё чаще звучали шутки и смех. Лилея пила разбавленное вино и слушала музыкантов. К ним подходили знакомые, что-то вспоминали, желали хорошего отдыха. А Марута не отлипала от Милорада, буквально висла на нём. В какой-то момент ведьмак вскочил, нервно одёргивая расстёгнутую рубашку.

— Это не ты! — он посмотрел на притихшую девушку. — Моя Мара никогда не позволила бы себе такого!

— Мил, я просто соскучилась!

Остальные замолчали, наблюдая за происходящим. И вдруг Брий хохотнул:

— Сними иллюзию, дура! Я понимаю, что ты одна из лучших на курсе, но не лучшая.

— Леонила? — догадался Милорад.

— Это ж насколько надо быть упёртой! — Генусь сквозь зубы выругался и щелчком пальцев сорвал иллюзию с одногруппницы.

Лилея посмотрела на красную от стыда ведьму:

— Нила, зачем? Ты понимаешь, что делаешь?

Та нервно дёрнулась, но ответить не успела.

— Ещё бы! — Цезерина с неожиданной ловкостью скрутила лже-Маруту и выхватила из её кармана пузырёк. — Она вторую неделю Милораду жить не даёт!

— Отдай! — Гутовская хотела выхватить зелье.

Однако Беспрозванная успела перебросить его Эрмину.

— «Счастье материнства», — прочитал тот и обалдело уставился на ведьму. — Ты собиралась забеременеть?

Под недоумевающими и возмущёнными взглядами Леонила вскочила и убежала. Её никто не стал задерживать, парни смеялись, но не весело, а зло.

— Старо как мир: женить на пузе. И ведь не открутился бы, — Брий наставил на Милорада палец.

Тот зажмурился:

— Ну всё! Хватит! Еду домой и веду Маруту к Старшей.

— Достаточно будет обручиться, — посоветовала Лилея. — Ты же хочешь, чтобы она поступила в школу? А замужних не допустят до испытания.

— Тьма! — выругался мужчина и грустно глянул на остальных: — Ребята вы извините, но с Гутовской я больше общаться не буду, поэтому…

— Поэтому мы тоже не будем, — перебил его Эрмин. — Ну её! С тобой и Ленаром не прокатило, сейчас ещё за меня возьмётся.

— Теперь каждую