Секретарша для миллиардеров - Tommy Glub

Через пару минут подъезжает машина Саши. Я выдыхаю, потому что все это время боялась, что у него что-то не получится.

Поднимаемся на лифте на последний этаж. Пентхаус. Тот самый, где мы были в субботу. Где все изменилось.

Когда мы заходим внутрь, меня накрывает странное чувство дежавю, но теперь здесь моя мама и моя дочь. Мои миры столкнулись окончательно.

Саша уносит спящую Настю в гостевую спальню. Мама идет следом, чтобы быть рядом с внучкой.

Мы с Димой остаемся в огромной гостиной. Он снимает пальто, бросает его на кресло. Подходит к бару, наливает воды в стакан и протягивает мне.

— Пей.

Я пью жадно, чувствуя, как вода смывает ком в горле.

— Дима… — начинаю я, ставя стакан на стол. — Я должна вам все рассказать. Про ту встречу. Про то, что они говорили.

— Расскажешь, — кивает он. — Завтра. А сейчас иди спать. Ты еле на ногах стоишь.

— Я не смогу уснуть.

— Сможешь. Потому что здесь безопасно. И мы рядом.

Он подходит ко мне, обнимает. Я утыкаюсь лицом в его грудь, слушаю биение его сердца.

— Зачем вы это делаете? — спрашиваю тихо. — Зачем вам эти проблемы?

Дима берет мое лицо в ладони, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Потому что это не проблемы, Лиза. Это наша семья. Ты, Настя… даже если она не моя дочь, а Саши. Или наоборот. Это неважно. Вы — часть нас. И мы больше никогда не позволим вам бояться.

Слезы снова наворачиваются на глаза, но теперь это слезы благодарности.

— Иди, — он целует меня в лоб. — Мама с Настей в гостевой спальне. Ты можешь лечь с ними или… в моей. Там места хватит всем троим.

Я выбираю гостевую. Мне нужно быть рядом с дочерью, убедиться, что она спит спокойно, да и оказаться сейчас рядом с ними может быть опасно. Ночь точно не закончится сном.

Глава 45

Просыпаюсь я не от будильника, а от тишины. Абсолютной, ватной тишины, которой никогда не бывает в моей квартире с тонкими стенами. Сначала пугаюсь, не понимая, где я. Белый потолок, дорогая лепнина, тяжелые шторы, не пропускающие свет.

Потом память возвращается резким толчком. Ночной побег. Дима и Саша. Их пентхаус, в котором мы все теперь прячемся от бандитов.

Резко сажусь на кровати. Рядом, на широком диване, который разложили для них, спят мама и Настя. Дочка раскинулась звездочкой, одна нога свесилась с края, одеяло сбилось. Мама спит чутко, даже во сне хмурится.

Я тихонько встаю, стараясь не скрипнуть половицей, хотя здесь полы, кажется, не скрипят в принципе. Нахожу свой телефон на тумбочке. Он включен. И там десяток сообщений от Нади и коллег — рабочий день уже начался.

На цыпочках выхожу из комнаты.

В огромной гостиной светло. Панорамные окна открывают вид на город, умытый вчерашним дождем. И здесь пахнет кофе и чем-то вкусным — жареным тестом.

На кухне хозяйничает Саша. Он стоит у плиты в домашней футболке и джинсах, ловко переворачивая блинчики на сковороде. Дима сидит за барной стойкой с ноутбуком и телефоном у уха. Он уже в рубашке, выбрит, свеж, словно и не было этой безумной ночи.

— Да, Макс, я понял, — говорит он в трубку жестким, командным тоном. — Адрес точный? Отлично. Нет, полицию пока не надо. Мы сами навестим. Давай.

Он откладывает телефон и поднимает на меня взгляд. Лицо его мгновенно меняется — жесткость уходит, уступая место теплу.

— Доброе утро. Как спалось?

— Доброе, — голос у меня сонный, хриплый. — Тихо. Непривычно тихо.

Саша оборачивается, салютует лопаткой.

— О, спящая красавица проснулась. Блинчики будешь? Или омлет? Я сегодня шеф-повар.

— Блинчики, — улыбаюсь я слабо. — Настя их любит.

Подхожу к стойке, сажусь рядом с Димой. Он пододвигает ко мне чашку кофе — горячего, ароматного.

— Что сказал Макс? — спрашиваю я, кивая на телефон. — Вы нашли их?

— Нашли, — Дима накрывает мою ладонь своей. — Владелец «Шкоды» — мелкая сошка, ранее судимый. Работает на подхвате у серьезных людей. Но ниточка привела нас туда, куда мы и думали. К Павловичу.

— Он в городе?

— Да. Отсиживается на съемной квартире в спальном районе. Думает, что самый умный. Макс отследил его по транзакциям с левой карты, которой он расплачивался за доставку еды. Идиот.

— Что вы будете делать?

— Навестим его, — спокойно говорит Саша, ставя передо мной тарелку с блинчиками. — Сегодня же. У нас есть записи с камер у твоего дома, есть показания Анны, есть все твои находки. И теперь у нас есть его адрес. Ему конец, Лиза. И Егору тоже.

— А те двое… которые угрожали?

— Они больше не проблема, — уклончиво отвечает Дима. — Им объяснили, что к тебе и твоей семье приближаться вредно для здоровья.

Я смотрю на них и понимаю, что не хочу знать подробности. Мне достаточно знать, что они решили проблему.

— Ты сегодня в офис не поедешь, — говорит Дима, и это не вопрос. — Останешься здесь с мамой и Настей. Я вызвал сюда охрану, они будут дежурить у дверей и внизу.

— Но я должна…

— Ты ничего не должна, — перебивает Саша. — Ты сделала достаточно. Теперь наша очередь. Отдыхай, ешь, играй с дочерью. А мы принесем тебе головы этих драконов.

В этот момент дверь гостевой открывается, и в гостиную вбегает заспанная Настя с плюшевым драконом под мышкой.

— Мама! — она видит меня, потом переводит взгляд на мужчин и расплывается в улыбке. — Дядя Саша! Дядя Дима! Доброе утро!

— Привет, принцесса, — Саша подхватывает ее на руки, подкидывает в воздух. Настя визжит от восторга. — Голодна? У нас тут блинчики.

— С вареньем?

— С чем захочешь. Есть клубничное, есть шоколадная паста.

Следом выходит мама. Она уже одета, волосы аккуратно убраны. Она останавливается в дверях, наблюдая, как Саша усаживает Настю за стол, как Дима наливает ей сок. В ее взгляде — сложная смесь настороженности и благодарности.

— Доброе утро, — говорит она сдержанно.

— Доброе утро, Ирина Владимировна, — Дима встает, предлагая ей стул. — Кофе? Чай?

— Кофе, если можно. Без сахара.

Завтрак проходит странно. С одной стороны — идиллическая картина: солнечная кухня, вкусная еда, смеющаяся Настя, за которой ухаживают двое мужчин. С другой — напряжение, висящее в воздухе между взрослыми.

Мама молчит, но я вижу, как она наблюдает. Как смотрит на Диму, который вытирает салфеткой уголок рта Насти. Как смотрит на Сашу, который смешит ее, строя рожицы из блинов. Она все понимает. Она видит сходство и их отношение.