Убийство проклятого принца - Клэр Сейджер

Сефер нашел ее.

Нет. Я едва заметно покачала головой. Нет. Это невозможно. Это было не то, что я увидела. Это было не так…

Перед глазами заплясали пятна, увеличиваясь в размерах в такт биению сердца.

Нет.

Глаза Сефера расширились, и он ослабил хватку, пока я не смогла вдохнуть воздух, пропахший им. Мускус, молодая поросль и свежий ветерок летнего дня.

Только когда у меня восстановилось дыхание, принц наклонился к моему уху, почти коснувшись его носом.

– Я не убивал твою сестру. Но… – Он медленно улыбнулся, и это была самая жестокая улыбка из всех, что я когда-либо видела. – Может быть, убью тебя. Ведь твоя смерть наверняка снимет проклятие.

Мой мозг лихорадочно анализировал слова принца, пытаясь найти смысл в тех развалинах, которые он оставил в моем сознании, убеждениях и в моей жизни. Я качала головой, хотя пока не понимала почему.

Фейри не лгут. Сефер ее не убивал.

Все это время я ошибалась. Весь этот заговор против принца, все мои планы – руины. Совсем как это место.

Я научилась работать с обручем и полотнами, натирая руки до волдырей, получая бесчисленные царапины и ушибы. И все это для того, чтобы занять место Циннии в шоу и сохранить за собой место в труппе. Я истязала свое тело, чтобы ночь за ночью оно могло выступать. Благодаря своим интригам я смогла остаться с принцем наедине. На все это ушли годы. Я даже отрастила волосы как у нее, делала макияж как у нее, носила одежду, которую носила она, – и все это для того, чтобы казалось, будто мстит Цинния.

И вот я стою здесь, рука принца сжимает мое горло, призрачное ощущение от его пальцев все еще чувствуется у меня между ног, а осколки неудавшейся мести в клочья рвут душу.

И он…

Мой разум наконец справился с обрушившейся на него информацией и дошел до последней части того, что сказал Сефер. Он собирался убить меня.

Я все еще качала головой.

– Моя смерть не снимет проклятие, – прохрипела я, вырываясь из хватки принца.

Я понятия не имела, правда это или нет, но попытаться стоило.

Морщина прорезала его лоб, пока Сефер рассматривал меня, оценивая то, что я ему сказала.

– Лживая женщина и ее маленький лживый ротик. – Сефер усмехнулся, все сильнее и сильнее наклоняя меня над перилами балкона. Если он сейчас отпустит меня, я упаду головой вниз.

Мои мышцы напряглись. Я вцепилась в ограждение, как будто это могло меня спасти. Хотя это вряд ли как-то могло мне помочь. Даже если он не сбросит меня вниз, он может вонзить когти в мою плоть, как сделал это с фейри, который угрожал избавить меня от страданий.

– Но если это правда и я убью тебя сейчас, то никогда не смогу снять проклятие. – Сефер смерил меня свирепым взглядом, прежде чем вернул меня на балкон и отпустил. Развернувшись, он скрылся в комнате, а я рухнула на колени.

Его голос донесся через открытую дверь.

– Приведи себя в порядок и оденься, ведьма. У тебя впереди трудный день.

29

Он не лгал. Его мягкосердечию пришел конец, когда звериная форма прорвалась сквозь человекоподобный фасад.

Сегодня меня украшало откровенное платье, едва прикрывающее ягодицы, и отсутствие нижнего белья. Сефер сбросил мое одеяло на пол, и я поняла, что мое время на кровати закончилось. Он даже заставил меня встать на колени, когда я обслуживала его и его друзей за завтраком.

После этого принц работал в своем кабинете. Он приказал мне сесть на пол и писать снова и снова:

«Я глупый человек. Я сниму проклятие с принца Сефера».

Мои пальцы болели от трения ручки и повторяющихся движений. Мои плечи и спина горели от постоянного сидения на полу. Пользоваться столом мне не разрешалось. Мебель не для домашних животных, как он мне напомнил.

– И это все, что ты сделала? – Он выхватил у меня исписанные страницы и просмотрел их. – Ты даже не старалась. – Сефер бросил их в огонь, который затрещал и заискрился розовыми и оранжевыми искрами.

Я уставилась на фейри, стиснув зубы. После вопроса, кто убил мою сестру, на который принц отказался отвечать, я снова погрузилась в молчание. Однако на этот раз это было сделано не для того, чтобы наказать его, а потому… что, черт возьми, я должна была сказать?

Я не собиралась извиняться. Даже если он и не убивал Циннию, принц не поднял тревогу и не выдал своих друзей, которые были там в ту ночь. Он сыграл свою роль, отказав ей в правосудии. Сефер, вероятно, знал убийцу. Но не называл его мне.

Так что – нет. Никаких извинений.

Моя голова кипела от мыслей: начиная с «Ты была неправа» до оставшихся без ответа вопросов «Кто это сделал?». Разум обуздать было проще держа рот на замке.

С натянутой улыбкой принц наклонился и схватил меня за ошейник. Я запрокинула голову, когда он рывком поставил меня на ноги.

– Тебе повезло, что я не тебя бросил в огонь.

Секунду принц держал меня, оскалив зубы, и его лицо рядом с моим казалось диким, нечеловеческим. Затем он ослабил хватку, оттолкнув от себя.

– Может быть, мне стоит дать тебе наводку. Хотя… – Он снова дернул за ошейник, на мгновение лишив возможности дышать. – Мне нравится держать тебя рядом – как напоминание о том, кому принадлежит твоя жизнь.

Ему.

Все, что я делала сейчас, не приближало меня к убийце Циннии. По крайней мере, когда я была уверена, что это сделал принц, то, будучи его питомцем, находилась рядом с ним. Я собиралась нанести удар в тот момент, когда получу доступ к оружию, которое положит конец его проклятой жизни. А сейчас… Сейчас у меня не было ничего. Я никогда не была так далека от мести за свою сестру.

Опустив голову, я шла вперед, куда бы Сефер ни направлял. Я не удивилась, когда мы вошли в столовую, хотя и не подозревала, что уже наступило время обеда. Утро растворилось в чернилах и моих блуждающих мыслях.

Увидев меня и врезающийся в горло ошейник, Селестина нахмурилась. Она склонила голову набок, вопросительно глядя на Сефера. Вместо ответа он подвел меня к столу и толкнул на пол.

– Сегодняшнее утро показалось тебе слишком простым, моя драгоценная птичка. – Он вытащил из кармана мешочек. –