Убийство проклятого принца - Клэр Сейджер

Легчайшим прикосновением он прошелся по волоскам у меня на затылке, прямо над ошейником.

– Это выдает тебя, птичка. Волоски, вставшие дыбом, и твой запах. – Сефер склонился надо мной, его пряди щекотали мне плечи, а горячее дыхание обдавало шею. – Я уже говорил тебе, как сладок твой страх, смешанный с возбуждением… Это опьяняет. – Мрачный смешок отразился от стен, когда он отстранился и в поле зрения появилась его рука, вынимающая свечу из подсвечника. – Интересно, что случилось, что ты стала такой извращенной птичкой?

Я зажмурилась, а щеки запылали от стыда. Конечно, Сефер мог уловить страх, как хищник чует добычу, пресную воду или самку в период течки.

Мгновение спустя что-то обжигающе горячее коснулось моей спины. Я ахнула, распахнув глаза и позабыв о стыде.

– Что…

Я прикусила язык, не закончив фразу. Спрашивать, что он делает, было бы проявлением слабости. Внезапный жар заставил меня задохнуться, но теперь я снова взяла себя в руки.

– Ты знаешь, что это такое, – пробормотал он.

Свечной воск.

Как я и ожидала, дальше было не так горячо, как в первый раз. Первая капля показалась настоящим огнем, но следующая просто неприятно обжигала, но не невыносимо, очень похоже на предпочтительную для меня температуру воды в ванне.

Я задыхалась от боли и удовольствия, пока Сефер ласкал мою спину и плечи. Все вокруг стало удивительно четким: прикосновение его брюк к моим ногам, прохладный воздух на моей обнаженной коже, слабая пульсация в ягодицах.

Время между каплями тянулось, делая каждое мгновение необычайно острым. Поэтому, когда нога Сефера оказалась между моими бедрами, меня это ошеломило.

Он рисовал на мне, и я дрожала, не в силах сдержаться. При каждом непроизвольном движении разорванные края моего платья скользили по коже.

Этот момент был всем, как каждая капля воска отсчитывала настоящее.

Не было прошлого и будущего.

Никаких планов и интриг.

Никаких неудач и побед.

Только ощущения и его прикосновения. Только глубокое, темное послевкусие ягодного вина. Только яркое золото подсвечников и ваз с яркими летними цветами, хотя уже стояла глубокая осень. Только свет, проникающий сквозь окна и отражающийся от люстр. Только теплый мускусный аромат, исходящий от принца, окутывающий меня, смешивающийся с ровным звуком его дыхания.

Жар растопил все остальное.

Его когти царапнули по мне, сдирая застывший воск, и из горла вырвался тихий стон. Ласка, с которой Сефер гладил мою разгоряченную плоть, пронзила все мое существо.

– У тебя такая розовая кожа, Зита. – Капли потекли снова, заставляя меня вздрогнуть, дорожкой убегая по спине. – Скажи мне остановиться. Забери свое проклятие.

Но я не хотела, чтобы он останавливался. Не только из-за упрямства, но и из-за острых ощущений. Я жила в предвкушении следующей капли и того, куда она упадет. Я была болью и успокоением, которые приходили после того, как он стирал воск. В моей голове не было места для мыслей о проклятиях, смерти или принцах.

Я полностью жила этим моментом. Вот почему я развернулась.

Его глаза широко раскрылись, когда мы с ним встретились взглядами. Я удерживала его, пока не сняла остатки своего платья, стянув его через бедра и отшвырнув на пол. Принц наблюдал за этим; его зрачки были такими большими и темными, что я могла утонуть в них.

Обнажившись, я кивнула. Его широкая грудь поднялась в долгом-долгом вдохе.

Как только свеча опустилась, он словно принял решение. Он наклонил ее, и капля воска упала мне на живот. В то же время Сефер схватил со стола бутылку с маслом. Фейри добавляли его в листья салата, но теперь, золотисто-зеленое, оно лилось на мою грудь.

От внезапной прохлады у меня перехватило дыхание – восхитительный контраст с горячим воском, который все еще ощущался на животе и спине.

Легким движением большого пальца Сефер размазал масло по коже, доставляя удовольствие слишком быстрыми прикосновениями.

– Это облегчает удаление воска. – Один уголок его рта приподнялся. – Но не ослабляет жар.

Пристальный взгляд принца пронзил меня, когда он поднес свечу к моей груди и медленно, не спеша наклонил ее.

Одна-единственная капля.

Я вскрикнула, выгнувшись дугой, и на мгновение мой разум затуманился от жгучей боли. Но она быстро прошла, заставив меня затаить дыхание.

Сефер наблюдал, прищурив глаза, и от его взгляда все трепетало внутри. Он подождал, пока мое дыхание выровняется, прежде чем позволить упасть еще одной капле. Я заскребла ногтями по столу в поисках опоры, в поисках хоть какого-то ощущения реальности в этом сне наяву.

– Вот и все, птичка, ты справилась. – Его голос был сиплым и грубым. Принц одарил меня жестокой улыбкой, смешанной с удовольствием. – Я знал, что ты сможешь.

Казалось, Сефер тоже забыл о проклятиях и наказаниях. Мы больше не были принцем фейри и ведьмой, которая его прокляла. Мы были чем-то совершенно другим – мастерство и обладание, ненависть и желание, ведущий и ведомая.

Он стоял у меня между ног, и сквозь его брюки отчетливо проступила эрекция. Сефер сжал мою талию, его когти уперлись в бока, вызывая восхитительные ощущения. Наконец, когда моя грудная клетка покрылась дорожками воска, он убрал свечу и отступил, любуясь своим творением. Грудь сдавило, словно на мне была тесная одежда.

Улыбаясь, принц резким движением больших пальцев раскрошил застывший парафин. По сравнению с ним кожа Сефера была теплой и живой. Я невольно выгнулась и прикусила губу, наблюдая за фейри. Его брови сошлись на переносице, когда он перевел взгляд с меня на свою руку и обратно.

– Черт, – вырвалось из его рта, и принц принялся ласкать мою грудь, обводя ее пики даже после того, как воск сошел, а затем произнес мое имя, – Зита.

Это звучало проклятием. Или молитвой. Как будто что-то любимое и ненавистное, без чего принц не мог жить, горькое лекарство, необходимое для выживания.

Затем его губы, горячие и влажные, коснулись меня… Сефер провел шершавым языком по ней. Это было жестко, почти болезненно, и я вскрикнула. Этими действиями он заставлял каждую мышцу во мне напрягаться, как будто я была на сцене, а он был моим единственным зрителем, поглощая меня не только ртом, но и взглядом.

Каким-то образом мои руки оказались в его волосах, прижимая к себе. Я стянула с него корону и провела ногтями по голове. Сефер застонал, и этот звук доставил мне невероятное удовольствие.

Я потерялась, наблюдая за принцем и ощущая, как он придерживает меня за талию, лаская вторую грудь. Желание разрасталось, как грозовая туча, надвигающаяся с бушующего