Наследники. Выжить в Академии - Екатерина Шельм

— Слушай, Церингер, сама его натирай, я отказываюсь!

****

Через час ребята сдулись, выпили по три капли восстанавливающего и ушли спать. Я себе такого позволить не могла. При посторонних нельзя было на всю катушку развести зельеварскую деятельность. Зато теперь я развернулась. Достала папин самописный блокнот с рецептами фамильных зелий и села с бумажкой выписывать, вычёркивать и рассчитывать, на что у меня хватит водянки, а на что горецвета, что можно заменить шкурой крикуна, а что нужно срочно запросить у отца по нашему порталу. Покрутив так и этак, я пришла к выводу, что усыпляющего зелья на драрга мне не сварить. Для этого нужно было слишком много кристаллов дартца, дорогого минерала. Денег отец бы не пожалел, но нужно количество просто не влезет в портал, а найти в этих горах жилу и устроить шахту было из разряда фантазий. Нет. Папин портал следовало использовать для маленьких, но ценных ингредиентов. Зато вырисовывалось зелье стойкости. Если начать его прямо сейчас, к экзамену будет готово. Я написала на листе весь мой зельеварский план с учётом портала, вылетов в горы и сроков приготовления зелий.

Жгучка будет готова через две недели, зелье стойкости через месяц, исцеляющего смогу сварить целый котёл и всего за пять дней, а если найду в горах амальценсию, то и законсервировать его смогу. Ещё я хотела зелье прозрачности, чтобы сымитировать действие артефакта Ростера, и один безвредный яд, который заменил бы мне недоступное усыпляющее.

Так, склонившуюся над сложными записями с датами, весом и списками ингредиентов, меня застал Дейвон. Он открыл окно и зашёл как к себе домой. На столе уже дымили предварительными приготовлениями три котла, которые я периодически помешивала, так что выглядела я не лучшим образом. Взмокшая, усталая, растрёпанная, с покрасневшими от паров глазами и испачканными в соке травы-горницы руками.

Почему я вообще об этом думаю! Соберись, Фиона, не плевать ли, насколько ты растрёпана.

— Почему ты не в казарме после отбоя?

— Мне нужно приготовить зелья.

Дейвон закатил глаза.

— Кадет Церингер, сколько у вас удавок?

Я поправила стальные обручи на шее.

— Три, сэр. — непройденная полоса добавила мне один обруч сверху сегодня.

— Так вот, если ты немедленно не оттащишь свою задницу в казарму, будет четыре.

— Сэр! — я постаралась сохранять официальный тон. — Мне очень нужно это время для зелий, а возместить недостаток сна я могу восстанавливающим эликсиром.

Дейвон молчал.

— Пока я наводила тут порядок, прошёл целый день, мне, правда, очень нужно ещё поработать. Хотя бы пару часов.

— Сколько у тебя восстанавливающего эликсира?

— Достаточно. — уклончиво ответила я.

— Достаточно, чтобы не спать и выполнять свои обязанности кадета?

— Какое-то время… Да, сэр. Пожалуйста, мне правда нужно.

— Ничего тебе не нужно, — огрызнулся Дейвон. — Хотя, может быть, немного мозгов. — он подошёл к столу, и я поспешно закрыла свои стратегические выкладки и вместе с рецептами отправила в ящик. Тетрадки быстро прошмыгнули мимо Дейвона, и Ящик спрятал их под брюхом, словно проглотил.

— Что такое? Мне нельзя смотреть, что ты готовишь?

— Почему же вот, пожалуйста, котлы перед вами. — изобразила улыбку.

— Ха-ха, как будто я разбираюсь в этих варевах.

— А это уже ваши проблемы. Сэр. — я взяла деревянный черпак, сверилась с часами и помешала котёл, в котором завтра буду начинать готовить исцеляющий эликсир.

— Фиалка, вот зачем ты всё это делаешь, а? — Дейвон взял старый стул, оседлала его и подпёр щеку рукой. К вечеру у него проступила светлая щетина, волосы запылились от полётов на драрге. Наверное, мечтал помыться и упасть в постель, но был вынужден отправиться искать меня, пропавшую из казармы.

— О чём ты? — я помешала зелье и отложила черпак.

— Не играй со мной в дурочку. Ты хоть понимаешь, как рискуешь? — Девон посмотрел строго.

— Не больше чем прочие.

— Если действительно в это веришь, то ты полная дура. А я не думаю, что ты глупа. Тебе что-то нужно здесь. Что именно?

Я неопределённо пожала плечами.

— С чего ты взял, что ты можешь мне это дать?

Дейвон прищурился.

— Значит, я прав. Прискакала за чем-то конкретным. Но за чем? Хочешь навербовать себе кадетов, которые через десять лет встанут у руля армии?

— Будущей королеве связи в кругах военных офицеров будут нелишними. — я отошла от стола и принялась разбирать ягоды и выкладывать их в ступку, чтобы перетолочь.

— Это не стоит того. Не пудри мне мозги, Фиалка. Местные офицеры комиссованы, а кадеты из твоего курса неясно дотянут ли до выпуска. Что тебе может быть нужно здесь?

— Не забывай, у меня не было выбора. Король велел мне пойти в академию.

— И твой папочка дал на это согласие. Единственную дочурку, последнюю Альтаренсу и в наш вертеп? Не-е-ет, что-то здесь нечисто.

— Перечить воле короля — это измена. Я не могла отказаться.

— И не пыталась.

— О, — я хитро взглянула на сводного братца. — Откуда знаешь? Может, я на коленях молила Фридриха сжалиться надо мной?

— Хм. Не молила. Ты слишком глупа для этого. — припечатал принц.

— Если это всё, то я бы хотела продолжить работу.

— И будь мы в столице, я бы немедленно расшаркался и ушёл, вот только здесь ты мне не указ, Ваше Высочество.

— Насладись этим, пока можешь. — я послала ему надменную улыбку.

Дейвон вздёрнул бровь. Я несколько секунд хлопала глазами, понимая как многозначительно это прозвучало.

— Кхем! Ладно, ха-ха. Может, правда свалишь отсюда? Ты мне мешаешь.

— Чем? — Девон развёл руки, показывая, что он просто сидит на стуле. И правда, чем?

— Своим присутствием.

— М… сердечко стучит, Фиалка?

Вот же! Идиотское сердечко действительно стучало. Меня волновал Дейвон, манил, притягивал. Так было всегда, с тех пор как он в шесть лет подарил мне ромашку, сорванную под окном королевской библиотеки, и сказал, что женится на мне однажды. Я, глупая, думала, что так оно и будет. В одиннадцать отправляла ему записки со стихами, а он мне в ответ присылал смешные, пошлые песенки черни. Я должна была оскорбиться, но только смеялась и прятала эти непотребные послания от нянек и служанок. Между нами было что-то большее, чем дружба, что-то тёплое и принадлежащее только нам двоим. Но потом всё изменилось. Дейвон потерял отца и стал Наследником по праву. Помню, как он сухо принял мои соболезнования, когда мы приносили их при дворе всей семьёй. Не ответил на записку, где я предлагала встретиться в саду, а через полгода впервые не прислал мне подарок на день рождения. На моём первом балу его имени так и не оказалось в моей бальной карточке. Дейвон