Полоса препятствий для одержимых - 1 - Екатерина Владимировна Ильинская

— Стойте! — крикнула я.

Лан Чжун обернулся. Посветил огнём назад.

Пусто.

— Где она?

Я только головой покачала. Горло сдавило.

Принц прошёл мимо меня, осветил стены, пол, даже потолок, но там ничего не было. Ни щели, ни прохода, ни следа.

— Не знаю. Я только что... я оглядывалась назад, а когда посмотрела вперёд...

Принц помолчал. Лицо его в свете огня казалось спокойным, но вокруг губ залегла складка.

— Лабиринт, — сказал он глухо. — Разделяет. Каждому своё испытание. Может, она справится, а может, и нет. Идём.

В груди колотилось. Руки дрожали. Я вдохнула, пытаясь справиться со страхом.

Не кричать. Не бежать. Не сходить с ума.

Дышать.

Вдох. Выдох.

Она пропала. Она была между мной и принцем, и вот её нет. Это может случиться с каждым. Со мной.

— Идём, — повторил Лан Чжун.

Я кивнула. Говорить не могла, потому что голос бы сорвался.

Принц развернулся и зашагал дальше. Я постояла мгновение, всматриваясь в темноту, откуда только что слышалось дыхание испуганной девушки. Потом догнала Лан Чжуна. Держалась так близко к нему, что в ином месте это выглядело бы неприличным.

Мы шли молча. Я смотрела на его спину, на ровную линию плеч, и внутри теплело оттого, что он рядом. Но тут же холод сжимал сердце: а если Лабиринт заберёт и его? Если я останусь одна? Он сильный, он справится. А я? Страх сдавил горло, и я шагнула ещё ближе, будто это могло защитить.

Коридор ещё больше расширился. Стены раздались в стороны, стало просторнее, но опаснее. Слишком много места для тьмы. Я старалась не отставать, но всё равно то и дело поворачивалась назад, чувствуя тот же настойчивый взгляд. И была уверена, что это не демон.

Тишина. Только шаги и дыхание.

И вдруг откуда-то сбоку, из-за стены, донёсся тонкий, испуганный крик.

— Помогите! Пожалуйста! Кто-нибудь!

Нефритовый Лотос. По спине пробежали мурашки страха, руки затряслись.

Принц остановился. Повернул голову к стене, за которой голос продолжал звать на помощь. На лице его мелькнуло сомнение, он перевёл взгляд на меня, потом снова на стену. Губы сжались.

— Я пойду. Где-то должен быть проход.

Он не сомневался в том, что делает, а у меня пол под ногами словно покачнулся. Холод пробежал по спине.

Лан Чжун шагнул в боковой коридор, которого я раньше не замечала. Потом обернулся. Взгляд его задержался на мне всего на мгновение, но в нём было... Будто он хотел сказать что-то ещё, но не сказал.

— Жди здесь и никуда не уходи, а то разминёмся. Я скоро вернусь.

От огненного шара отделился маленький язычок и завис у моего плеча.

— Держись света. Я быстро.

И скрылся в проходе.

Я осталась одна.

Свет от огонька горел ровно, но казался таким маленьким в этой огромной тьме. Я смотрела на него и считала удары сердца. Раз, два, три...

Из прохода не доносилось ни звука. Ни шагов, ни голосов, ни криков девушки. Будто всё это поглотила тьма.

Четыре. Пять. Шесть.

А если Лабиринт забрал и его? Если принц не вернётся? Если я уже осталась одна, с этим крошечным огоньком, который рано или поздно погаснет?

Семь. Восемь. Девять.

Я шагнула к проходу. Остановилась. Лан Чжун сказал ждать. Если я пойду за ним, мы разминемся. Он вернётся, а меня нет. Искать меня он не будет, решит, что Лабиринт забрал.

Десять.

Но если он не вернётся?

Пятнадцать, шестнадцать, семнадцать…

Тишина давила. В какой момент Нефритовый Лотос перестала кричать? До того, как принц ушёл или после? Или Лан Чжун её нашёл, или стены заглушили, или...

Я не знала.

Стояла и считала.

Двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь...

Огонёк мигнул. Я замерла, глядя на него, молясь про себя всем небесным духам, каких только знала: «Пожалуйста, не гасни, пожалуйста, ещё немного, он скоро вернётся...»

Тридцать восемь, тридцать девять...

Огонёк мигнул снова, теперь отчётливее, свет стал тускнеть, будто кто-то невидимый дул на него из темноты. Я попыталась собрать ци, чтобы подпитать его, но сила не слушалась, только противно заныло в груди.

Свет погас.

Глава 17. Самое страшное чудовище лабиринта

Кай Синхэ поднялся на ноги и стряхнул невидимую пыль с рукавов. Света не было — ни факела, ни светляков ци, ни даже слабого сияния грибов, что порой растут в сырых пещерах. Тьма не просто скрывала очертания, она разъедала взгляд, забирая у всего форму и глубину. Но тот, чья флейта усмиряла бури и чьи мелодии однажды призвали дождь в деревню, не рассчитывал на глаза, когда у него были уши.

Отрывок из «Легенды о великом герое Кае Синхэ и подлом демоне Хэй Фэне»

Тьма навалилась сразу, как только погас огонёк, будто сам Лабиринта задушил его, не в силах терпеть даже крошечный свет. Сначала показалось, что глаза просто не успели привыкнуть — сейчас, ещё мгновение, и зрение вернётся. Но ничего не возвращалось. Только чернота, плотная, как войлок, забивающая глаза, уши, рот.

В горле моментально пересохло так, что каждый вдох царапал горло. В груди бешено колотилось сердце, и я чувствовала его удары даже во всём теле, которое начала бить мелкая дрожь.

Тишина стала особенной, наполненной смыслами. Если бы где-то далеко не капала вода, я бы подумала, что оглохла. Ярче запахло сыростью и чем-то ещё, неуловимо чужим, будто сам Лабиринт дышал мне в лицо.

От этого запаха подкатила тошнота. Я сглотнула, чувствуя, как слюна стала вязкой, а во рту появился противный металлический привкус

Сделала шаг в ту сторону, где был проход. Руки попыталась вытянуть вперёд, но было так страшно, словно там была пасть хищника, готовая захлопнуться прямо в этот момент. Шаг. Ещё.

Дрожащие ладони наткнулись на холодный, шершавый камень. Стена. Поверхность была неровной, покрытой мелкими выступами, которые царапали кожу.

— Нет, — выдохнула я. Сердце кольнуло острой иглой страха, который невозможно было заглушить словами. — Я просто промахнулась. Проход должен быть...

Сместилась вправо. Протянула руку. Стена.

Влево. Стена.

Попятилась, чтобы отойти, вспомнить, где я стояла и куда точно надо идти. Сделала шаг, другой и наткнулась спиной на камень. Там, где раньше было пустое пространство.

Сердце пропустило удар и провалилось вниз, оставив в груди звенящую пустоту. Мгновение назад я знала, где верх, где низ, где ближайшая стена, а где