Она моя дочь? - Соня Вишнякова

Тогда кто?

Если я, хочется узнать в самое ближайшее время, что случилось.

Из палаты мы идём по коридору немного порознь, как и сюда пришли. До этого он без конца брал меня за руку, а тут вдруг перестал.

Что происходит?

Прошли стеклянную дверь, вышли на широкое больничное крыльцо, здесь я остановилась.

— Что-то случилось? — повернулась к нему.

— Нет, с чего ты взяла, — сказал Давид, сосредоточенно глядя в сторону.

— Ты какой-то серьёзный стал.

— Мне нужно уехать, — вдруг сказал, как будто вот только сейчас это решил.

А я почувствовала в его словах внезапный холод.

— Если нужно, езжай, — ответила я.

Мы сели в машину и в полной тишине доехали до моего дома. Остановились у подъезда. Вышли из машины. Давид протянул мне ключи.

— Возьми, передай своей маме. Я вызову такси.

Смотрю на него и не знаю, что говорить.

— Ну, всё, иди, — сказал спокойно, даже равнодушно.

Я нерешительно повернулась, сделала два шага.

— Подожди, — услышала.

Обернулась. Он подошел, обнял меня, прижал к себе, как будто прощается, видимо, так и есть. А потом оттолкнул.

— Всё, иди.

Глава 37

Расстроенная странным поведением Давида, я вошла в прихожую. Мама выглянула из кухни, откуда за ней вырвался запах запечённого мяса.

— А Давид где? — поискала взглядом.

— Поехал к себе, — я разулась и направилась в комнату.

— Я же написала тебе смс, чтобы ты пригласила его на ужин. Я что, получается, зря старалась? — разочарованно вздохнула она.

— Не думаю, что он придёт, он чем-то озабочен. Сказал, что ему срочно нужно уехать, — заглянула я в кухню, посмотрела на стол. Действительно, мама расстаралась сегодня.

Получается, зря.

— Ну, началось, не успели порадоваться, теперь будет — туда-сюда, — недовольно прокомментировала мама.

— Что — туда-сюда? — нахмурилась я.

— Бегать. А ты вообще, хоть выяснила, может, он женат, а ты у него будешь в любовницах. Богачи они такие, прыткие, и жены у них живут хорошо, и любовницы на жизнь не жалуются, — мудрствует мама, а мне от этих высказываний не легче.

Подливает и подбрасывает сомнений.

— Мам, ну, что ты говоришь, себя послушай. Я же работала на него, я бы заметила, если бы он был женат.

— А может, его семья в Европе или в Америке, вообще в Австралии, откуда тебе знать, — отвечает сразу.

— Может быть, — пожала я плечом.

— А что это ты какая-то грустная? — только сейчас заметила мама, — ну, точно говорю, тут что-то не так. Подарками заваливает, чтобы мы лишних вопросов не задавали. Бдительность усыпляет, а сам…

Я не дослушала, пошла в комнату. Остановилась возле Ани, тихо сидящей у окна и читающей книгу.

— А папа не пришел? — удивлённо и немного грустно глянула она на меня.

— Нет, зайчик, он сегодня занят, работает, — положила ладонь дочери на голову, погладила её волосы… и вдруг как будто прозрела.

Я поняла. Всё поняла. Ещё раз погладила Аню по голове. Легонько дернула за волосы.

— Ай, мама! — возмущённо обернулась она.

— Ничего, зайчик, ничего, — почухала её в месте, где вырвала несколько волосков.

-

Конечно, никуда ехать мне не нужно. Но зато надо хорошо подумать. А что тут думать, просто сделать тест.

Не рановато я бросился признавать свою дочь, а если она и правда — не моя?

И что это меняет?

Даже если действительно так, что может поменяться между мной и Лизой? Я как хотел её, так и хочу. Только осознание, что Аня может быть и не моей дочерью, а вообще неизвестно чьей, серьёзно угнетает.

Я плеснул себе выпить, сел на диван. Щёлкнул пультом телевизора. Не могу сесть за работу, мысли не те.

Звонок домофона оторвал от сложных дум и размышлений. И одновременно обрадовал. Я, честно сказать, подумал, что Лиза пришла. Торопливо встал, чтобы нажать кнопку и открыть дверь у ворот.

Каково же было моё изумление, когда в холле я услышал не лёгкие Лизины шаги, а агрессивный цокот каблуков, причём явно очень высоких.

Кто там ещё?

Повернулся в ожидании. Из-за угла выплывает та самая Алина, во всей своей красе стриптизёрши. Теперь к этому образу подмешивается ещё один — девушки очень лёгкого поведения.

— Привет, — говорит, улыбнувшись сильно накрашенными губами.

— Вроде бы я точно помню, к себе домой тебя не приглашал, — осматриваю её с ног до головы.

— Так пригласи сейчас, — лёгкая улыбка соблазнительницы появилась на ярких губах.

— Зачем? — действительно, зачем мне это.

— Не догадываешься? — игриво изогнула бровь.

— Абсолютно, — отрицательно покачал головой.

— А так? — она скидывает которую курточку, под ней майка с тонкими бретелями.

Эта майка настолько в облипку, считай, её просто нет. Всё бельё видно, как на показ. А декольте такое низкое, что вся грудь почти наружу, ну, половина точно.

— Не понимаю, зачем это? — раньше я понимал такие намёки с полужеста, теперь — нет.

— На самом деле, всё очень просто. Мы с тобой могли бы встречаться, иногда, раз или два в неделю, — медленно приближается, рисуясь, склоняет голову, встряхивает волосами.

— Если я правильно понял, у тебя, кажется, муж есть? — ухмыляюсь такой непосредственности и открытости желаний.

— Он слишком много ест, быстро выдыхается и устаёт. Он спринтер, причём не самый лучший. Поэтому я не прочь завести такого любовника, как ты. Ты же следишь за своим физическим здоровьем, а значит, точно марафонец, — подошла, протянула руку, коснулась и пощупала мои бицепсы.

Демонстративно сунул ладони в карманы, показывая девушке, что свои руки держу при себе. Они у меня мозгу подчиняются, а не взгляду, как назло занырнувшему в глубочайшее декольте.

Неосознанно вспомнилось время, когда вот так или даже ещё навязчивее, девки сами липли, просто вешались на меня, лезли ко мне в спальню. Ну, а там я уже не сильно разбирался, кто есть кто. Возможно, когда-то и эту потянул, или сама приставала, кто его знает.

Но то — тогда, а это — сейчас. Всё изменилось. Теперь в моей голове Лиза. Только она. И никакие наружу выставленные декольте не смогут изменить этого факта. Я же не собака Павлова — вижу еду, значит, нужно есть. Умею контролировать свои рефлексы и низменные желания, давно не хватаюсь за любую попавшуюся под руку девицу.

— Давид, — томно выдыхает она, подавшись вперёд, на меня.

Но весь мой организм сопротивляется этому сближению, и я отстраняюсь, отхожу в сторону.

— Послушай, как там тебя, не помню…

— Алина, милый, меня зовут Алина.

— Мда, так вот, Алина, прошу тебя уйти