Власть Печатей - Ада Николаева

– Кай?.. – удивилась я. – Ты следил за мной? – задала явно не тот вопрос.

В любом случае маг не ответил. Его оппонент словно протрезвел и резво вскочил на ноги. Теперь в хрипотце Лоруса отчётливо слышалась пьянящая ярость:

– Ван дер Гравт! – воскликнул он, без раздумий бросившись на бывшего сокурсника. – Вечно ты под ногами путаешься!

Началась самая настоящая кулачная драка, примерно такая, какой её изображают в мелодрамах. Разве что дрались парни куда менее комично и не за девушку, а из-за накопившейся за годы учёбы конкуренции. Если Лорус ещё с натяжкой мог сражаться пусть не за моё сердце, но за мою способность, то каким боком здесь очутился Кай – я понятия не имела, но на всякий случай отскочила подальше, чтобы не попасть под горячую руку.

Лорус как озверевший размахивал длинными конечностями. Кай же перешёл в защиту, искусно уворачиваясь от выпадов в свою сторону и лишь изредка посылая в противника ответные удары, каждый раз выверенные и приходящиеся точно в цель.

– Она моя! – прорычал Лорус, будто бы это и правда сражение за моё сердце.

Кай не ответил, лишь выставил перед лицом блок, ловя безрассудные удары противника локтями. Звук оказался совсем не таким, как в кино, и больше напоминал громкие хлопки, разносящиеся эхом к высокому потолку. И как только никто не проснулся от шума?..

Сейчас я мечтала, чтобы кто-то остановил это безумие, но единственным человеком, способным на это, была я сама. Осознав это, я прокричала:

– Пожалуйста, прекратите!

На мольбу отреагировал один из двоих. Кай резко обернулся, потеряв бдительность, а Лорус воспользовался отвлечённостью оппонента, подло ударив того кулаком в лицо, а затем ещё раз, пока Кай не восстановил защиту. Его стойка пошатнулась, а я ощутила укол вины, ведь именно из-за меня маг потерял концентрацию и теперь вынужден отступать под натиском града атак.

Я больше не могла на это смотреть, а словесное вмешательство сделало только хуже. Спешно перебирая в голове спутавшиеся между собой мысли, подалась вперёд и толкнула обоих в надежде, что в пылу сражения они не заметят, какие именно силы я применила.

Лёгкий толчок Печатями – и маги синхронно рухнули на пол, как невесомые бумажные человечки. Похоже, всё-таки придётся уповать на опьянение Лоруса, ведь иначе никто не поверит, что девушка моего телосложения сумела раскидать в разные стороны двух крепких парней.

Наступила блаженная тишина. Больше не слышались хлопки ударов и сбившееся дыхание вперемешку с рычанием. Маги не торопились подниматься на ноги, вместо этого сверля меня удивлёнными взглядами. Мой же взор приковался к одному из них. И если после прошлой дуэли я помчалась к Лорусу, то на сей раз без раздумий бросилась к Каю. Не должна была, но ноги неслись впереди мыслей. Хотела бы я его ненавидеть, но ощущала лишь благодарность и тревогу, глядя, как по его бледному лицу стекает чёрная кровь, растерявшая в полумраке свой истинный окрас. Ну почему? Почему мне так больно смотреть на его лицо в таком состоянии? Я хочу его забыть, стараюсь изо всех сил, но не выходит…

– Вот как… – позади раздалось усмешливое. – Неправильный выбор.

Лорус поднялся на ноги и, опираясь на стену, зашагал вдоль коридора. Спустя пару мгновений дверь его спальни громко захлопнулась, а я так и осталась сидеть на коленях возле Кая, не решаясь коснуться его израненного лица. Не решаясь даже обронить слово.

– Ты в порядке? – вдруг спросил он, утирая нос рукавом фрака.

– Это ты меня спрашиваешь? – я нервно усмехнулась. – Сам-то как? И да, спасибо, что заступился.

– Чувствую стыд.

– Неужели? – удивилась я. Кай редко говорил о чувствах, даже о физических.

– За то, что пропустил пару ударов и что девушке пришлось вмешаться.

– А за то, что следил за мной? – по сути, я не спрашивала, а ждала подтверждения очевидного. Мне хотелось знать, как давно он этим занимается и не увидел ли лишнего. Никто не должен знать о том, что произошло в тронном зале.

– Помнится – это ты обещала следить за мной, – он как обычно сменил тему, продолжая вытирать кровь, которая никак не желала останавливаться.

Я могла залечить его раны одним взмахом руки, но это слишком рискованно. В темноте свет Печатей слишком яркий, а кто знает, сколько ещё теней прячется по углам. Одну я вот поймала.

– Идём, – вскочила на ноги и протянула Каю руку ладонью вверх.

Парень не стал задавать лишних вопросов о том, куда и зачем, но и руку не принял, поднявшись самостоятельно. Путь до моей спальни теперь был чист, так что я без препятствий распахнула перед ночным гостем дверь, щурясь от света зажжённых в будуаре ламп.

– Не думай, что это приглашение в гости, – хмыкнула, закрывая за нами створку. – Остановлю кровь, и ты сразу уйдёшь. А сейчас садись, – указала на два кресла возле журнального столика.

Кай опустился на сиденье, а следом – на соседнее – и я. При хорошем освещении ран оказалось больше, чем я изначально думала. Лорус рассёк противнику бровь и, похоже, перебил нос, кровь из которого так и хлестала бурым фонтаном. Манжеты тёмного фрака стали липкими и больше не могли впитывать влагу. Мне понадобилась всего одна Печать и ровно десять секунд, чтобы остановить кровотечение и избавить лицо парня от образующихся отёков и синяков. Если бы не алые брызги на рубахе – от недавней драки не осталось бы и следа. Лорусу же придётся обратиться в госпиталь, когда протрезвеет.

– Вот и всё, – сообщила по окончанию с толикой горечи в голосе. Не думала, что управлюсь настолько быстро.

Однако Кай и с места не сдвинулся, а я не торопилась его прогонять. Ночь оказалась перенасыщенной событиями, после которых совсем не хотелось оставаться одной. Неспособность попрощаться рождала во мне злость на него и на Лоруса, ставшего причиной приглашения, но больше всего я злилась на саму себя за слабость, ведь я снова поддалась чарам его молчаливого общества.

– Ты так и не ответил, – снова заговорила первой, – зачем следил за мной?

– Ты мне не поверишь.

– А ты попробуй. – Я наконец научилась терпеть на себе взгляд этих вишнёвых глаз, не опуская и не отводя в сторону свои.

– Чтобы при необходимости предостеречь… вмешаться… помочь. И, как оказалось, не зря. Однажды я уже уговорил отца отпустить тебя. Обещал, что ты будешь далеко от войны и не станешь угрозой, но ты, как всегда, поступила по-своему, оказавшись здесь.

– Как и ты.

– Как и я.

– Зачем ты