Власть Печатей - Ада Николаева

Я всё ещё пыталась рассмотреть пленницу позади дознавателя, хоть уже и понимала, что Кристина здесь ни при чём. Однако перспектива пыток над женщиной совсем не радовала. Ненавижу это место, ненавижу эту работу и ненавижу чету Фёрстрайдов!

Мужчина отошёл к своему столу, склонившись над бумагами, а я наконец получила возможность рассмотреть пленницу. Ей оказалась Мирель – рыжеволосая ассистентка короля Ада. Угольно-чёрные тени поплыли, создавая ещё более воинственный взгляд, а само лицо выглядело бледно и измождённо. Женщина здесь всего несколько часов, но уже немало пережила.

Мы уставились друг на друга. Стоит Мирель заговорить, и я окажусь на соседнем стуле, однако она лишь молча отвернулась, сделав вид, что не знает меня. Стыд напополам с благодарностью окутал сердце. Я понятия не имею, что творится в Нижнем мире, но именно в такие моменты хочется принять противоположную сторону конфликта.

– Выяснилось, что это помощница самого Балтазара, – вновь заговорил лорд Фёрстрайд, нависая над документами. – До чего только ни готов опуститься правитель Нижнего мира ради получения преимущества в войне!

– Прямо как в древней истории, – ухмыльнулась Рейка, узрев возможность блеснуть эрудицией. – Когда правитель Нижнего мира Тарнут отравил благородного короля Вескона III и начал войну с ослабленным Верхним миром…

– …Но на трон взошёл принц Рейдон и выиграл все сражения, получив впоследствии имя Победоносный! – с гордостью подхватил за дочерью отец. – Всё так, милая.

– Простите, что перебиваю, – встряла, не в силах слушать праздную болтовню, пока рядом от боли корчится Мирель. – Зачем вы меня вызвали? Мой дар вряд ли подействует на представителя Нижнего мира, – уже привычно солгала я.

– Ты здесь не для этого, – ответила за отца Рейка. Жаль синяки на её лице уже полностью сошли. – Или уже забыла, что теперь у тебя другая должность?..

– Не забыла, – сквозь зубы процедила я. Однако злило меня вовсе не понижение, а надменный тон и самодовольное выражение лица девушки.

– Вы оба должны размножить и передать срочное послание всем гонцам в замке, – сообщил дознаватель, отлипнув от своего стола. – Никаких магических пересылок, лично в руки военачальникам. Вы меня поняли?

– Будет сделано! – тотчас поклонился парнишка-посыльный. Ещё чуть-чуть, и он поцелует собственные колени.

Я же лишь слегка кивнула, потянувшись за образцом письма.

Оказалось, парнишку-посыльного зовут Мич, и, несмотря на то, что он чистокровный уроженец Верхнего мира, бедолага не обладает никакими магическими способностями. Печать на его ладони так и не проявилась, и он был с позором исключён из Академии Печатей ещё в раннем возрасте. Однако происхождение и положение семьи позволили ему закрепиться в замке, пусть и на низкой должности. Сам Мич свою работу считает очень важной и почётной, каждую секунду попрекая меня за неразборчивый почерк. Спасибо хоть ручкой писать позволили, а не пером, иначе половина писем состояла бы из одних чёрных клякс. Использовать магию для приумножения посланий нам не позволили. А из самого текста становилось понятно почему:

«Его Величество Беллиан Астер I велит всем военачальникам оставить свои посты и явиться в замок на срочное заседание».

Магическое письмо, как оказалось, легко подделать, зато физическое с уникальной Печатью короля или, в моём случае, доверенного дознавателя – практически невозможно. Высокопоставленные военные никогда не откликнулись бы, не будь уверены, что не направляются в ловушку. Ведь это не обычное письмо, а написанное на той самой бело-золотой бумаге, выпив которую ты переместишься. А уже куда, к друзьям или врагам – вопрос другой.

– Как закончим, я сам отнесу письма лорду Фёрстрайду для закрепления Печатью, если ты не против? – поинтересовался Мич.

– Нисколько, – охотно согласилась я. Не хотелось бы видеть лица Рейки и её отца, когда они станут изучать мой не соответствующий местным стандартам почерк. А ещё меньше хочется видеть Мирель, просидевшую с этими двумя лишний час. Что они могли сделать с ней за это время?..

«Боги! – вдруг осенило меня. – Она ведь знает о Кае и обо мне! Как долго сумеет молчать, когда дознаватель пустит в ход все свои ужасающие таланты?..».

В горле тотчас образовался ком, а рука дрогнула, оставив на пергаменте длинную закорючку. Чистописание окончательно перестало меня заботить.

– Ты опять испортила письмо! – это не осталось незамеченным Мичем. – Нас просили закончить как можно скорее. Соберись!

– Мич… – осторожно обратилась к парню. – Что будет с той женщиной в подземелье?

– Шпионкой? Её допросят и, полагаю, казнят.

Я промолчала, склонив голову над очередным листком бело-золотой бумаги. Рука дрожала, так что в итоге не написала и трети от своей половины. Почти всё пришлось делать Мичу, чему он оказался только рад и даже не скрывал, что поставит в известность лорда Фёрстрайда и о своих заслугах в области каллиграфии, и о моей некомпетентности. Однако нагоняй от начальника волновал меня в последнюю очередь.

Когда всё было готово, дознаватель скрепил письма уникальным оттиском своей Печали, после чего мы передали их гонцам. Как оказалось, экстренное заседание военной верхушки Верхнего мира состоится в замке уже сегодня вечером, если послания будут доставлены вовремя. Звучали и другие слова, однако я слушала лишь те, которые могли угрожать лично мне; и не нагоняем за кривой почерк, а кое-чем пострашнее. Всё-таки Мирель провела достаточно времени в подземелье, но, учитывая, что я всё ещё на свободе – женщина пока не проговорилась, но надолго ли её хватит?..

После передачи Мич отправился по своим делам, а я принялась нарезать круги по замку, не в силах сдержать нарастающую внутри панику. Мир вокруг испарился. В нём не осталось ни красок, ни звуков. Не осталось ничего, кроме меня и страха перед тяжёлым решением. Должна ли я переговорить с Каем – или сейчас это пустая трата времени? Вряд ли он вообще знает о поимке Мирель, являясь в замке гостем, никак не связанным с королевским дознавателем и его работой.

«Что же делать, что же делать?..» – крутилось в голове на повторе.

Инстинкт самосохранения нашёл выход из сложившейся ситуации. Опасный и рискованный, но выход. И для осуществления задуманного мне лучше действовать в одиночку…

* * *

– Заходи, – улыбнулась я Мичу, распахивая перед ним дверь в личные покои.

Невысокий худощавый парень с высыпаниями по всему лицу широко заулыбался в ответ, с готовностью войдя внутрь.

– Неожиданная просьба, но тебе действительно не помешает поучиться чистописанию.

– Да-да, – подтвердила, закрывая за ним дверь и жестом приглашая за круглый столик. – У тебя очень красивый почерк: ровный и изящный. Тоже хочу так уметь.

– Я учился этому