Развод с генералом. Без вины виноватая - Кристина Юрьевна Юраш

— Понимаю, — ответила я.

Голос прозвучал слишком тихо. Мне пришлось сглотнуть и повторить громче:

— Да. Я понимаю.

— После расторжения брака его светлость не будет обязан предоставлять вам жильё, содержание и защиту, если это не закреплено отдельным соглашением, — продолжил поверенный.

Защиту. Пальцы сами сжались на подлокотниках.

В темнице я держалась только за мысль, что Ассер вернётся и найдёт меня. Когда шла по лесу, повторяла его имя. Возвращалась не в поместье, не к титулу и состоянию. Я возвращалась к мужу, потому что была уверена: стоит добраться до него — и больше никто не сможет причинить мне вред.

Теперь Ассер стоял в нескольких шагах, а поверенный официально предупреждал, что скоро он больше не будет обязан меня защищать.

Самое страшное заключалось в том, что муж не защитил меня даже тогда, когда ещё был обязан.

— Я понимаю, — выговорила я, чувствуя, как холодеют руки.

Господин Лейр посмотрел на мои пальцы. Наверное, заметил, как сильно они дрожат.

— Вы уверены, что принимаете решение добровольно?

Я перевела взгляд на Ассера.

Он стоял по другую сторону стола. Чёрный мундир без наград делал его похожим не на генерала, а на человека, пришедшего на собственные похороны. Лицо оставалось неподвижным, но взгляд был прикован ко мне.

Ассер ждал.

Наверное, надеялся, что я снова попрошу несколько часов. Принесу очередное доказательство. Начну рассказывать о призраке, чертеже, Мари и двухстах восемнадцати шагах. Стану плакать, спорить, цепляться за его рукав.

Он привык, что я борюсь за наш брак.

А я больше не могла.

Во рту появился металлический привкус. Я поняла, что до крови прикусила щёку, и медленно разжала зубы.

— Да, — произнесла я, не отводя взгляда от мужа. — Моё решение добровольное.

Глава 85

Глава 85

Слова вышли вместе с выдохом.

Сразу после них грудь сдавило так сильно, что следующий вдох не получился. Я незаметно прижала локоть к боку, пытаясь переждать боль.

На лице Ассера что-то изменилось. Совсем немного, но я увидела. Он поверил, что я действительно согласилась.

Муж первым отвернулся. Господин Лейр открыл папку.

— Тогда перейдём к основанию для расторжения брака, — сообщил он. — Первоначальное прошение было подано его светлостью по причине супружеской неверности.

От этих слов внутри всё похолодело.

Я знала об обвинении. Ассер бросил его мне в лицо в первый же день. Но сейчас в кабинете находились посторонние люди. Поверенный, помощник, доктор.

Супружеская неверность.

Два слова превращали мою дорогу домой, голод, кровь на ногах и ночи, когда я целовала кольцо, в жалкую попытку вернуться к обеспеченному мужу после предательства любовника.

Я вдруг почувствовала себя грязной.

Так же, как после мысли о том, что старый герцог мог сделать со мной в камере.

— Позже к прошению были добавлены сведения о возможном хищении фамильных драгоценностей, — продолжил господин Лейр, просматривая бумаги. — Госпожа Вельтер отрицает предъявленные обвинения?

— Отрицаю, — твердо и гордо ответила я. — Но вряд ли это что-нибудь изменит.

— Изменит, — возразил поверенный. — Если супружеская неверность и хищение будут указаны в судебном решении, это повлияет на ваше положение после развода. Обвинение станет официальным. Его светлость настаивает на сохранении первоначального основания?

В кабинете стало тихо.

Я заставила себя посмотреть на Ассера.

Сейчас он должен был назвать меня изменницей и воровкой перед посторонними. Закрепить королевской печатью всё, что отец рассказывал ему перед смертью.

Пальцы мужа легли на край стола. Дерево тихо скрипнуло.

— Нет, — произнёс Ассер. — Первоначальное основание развода убираем.

Я не сразу поняла его ответ. Господин Лейр тоже помедлил.

— Какое основание следует указать в таком случае? — уточнил он.

— Обоюдное решение супругов и непримиримые разногласия, — ответил муж, не глядя на меня. — Никаких обвинений в адрес госпожи Вельтер в окончательных документах не будет.

Горло сдавило.

Я должна была почувствовать облегчение. Ассер спасал остатки моей репутации. Не позволял газетам и столичному обществу разорвать моё имя на части. Меня не вышвырнули из дома пинком, а провожали, как леди.

Но его защита оказалась ещё одним напоминанием о том, что он считает меня виновной. Просто не хочет выносить это на всеобщее осмеяние.

— Почему? — спросила я.

Муж поднял голову.

— Что именно вас удивляет?

Глава 86

Глава 86

— Ты уверен, что я изменила тебе и украла драгоценности твоей матери, — напомнила я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — Почему не хочешь внести это в документы?

Ассер медленно подошёл к окну.

Несколько мгновений стоял ко мне спиной. Чёрная ткань натянулась на широких плечах, одна рука сжалась в кулак.

— Потому что не собираюсь позволять королевскому суду и всему столичному обществу обсуждать, с кем спала моя жена, — сдавленным голосом ответил он.

На несколько мгновений я перестала слышать всё остальное.

В кабинете двигались люди. Помощник поправил бумаги, господин Лейр что-то спросил, в камине треснуло полено. Я видела их губы и руки, но звуки отдалились, словно между мной и комнатой выросла толстая каменная стена.

С кем спала его жена.

Жар мгновенно залил лицо и шею. Следы пальцев старого герцога снова начали гореть, будто мертвец продолжал сжимать их. Мне захотелось прикрыть грудь, спрятать босые ноги под сорочкой и отвернуться от посторонних мужчин, которые теперь тоже знали, кем считает меня собственный муж.

Он мог сказать официальное слово «измена». Мог сказать сухое и отстранённое слово «связь».

Но выбрал именно эти слова.

Перед глазами возникла дорога. Я лежала под кустом, прижимая обручальное кольцо к губам, и шептала имя Ассера, чтобы заставить себя подняться. А сейчас он представлял, что до этого я лежала в постели другого мужчины.

Желудок сжался. К горлу поднялась горечь, и мне пришлось несколько раз сглотнуть, чтобы не закашляться.

Я не позволю им увидеть, как меня тошнит от собственного унижения.

Медленно выпрямила спину и заставила себя посмотреть на Ассера.

— Бывшая жена, — поправила я. Голос сначала не послушался, поэтому последнее слово пришлось выговорить особенно отчётливо. — Скоро я стану твоей бывшей женой.

Ассер резко обернулся.

— Пока ещё нет, — напомнил он.

Эти слова неожиданно отозвались болезненным теплом под рёбрами.

Пока ещё.

Несколько минут я всё ещё была его женой. Всё ещё могла ждать, что он подойдёт, прогонит поверенного и скажет, что не отдаст