Расколы и припевы - Девни Перри

— Спасибо, что пригласил меня сегодня.

Он резко повернул голову в мою сторону, в его взгляде была паника.

— Ты уходишь?

— Мне лучше вернуться домой. — В Сиэтл, пока этот парень не засосал меня окончательно.

— Ой. — Он помедлил у ящика, нахмурив брови. Затем он пролетел через всю комнату и врезался в мою талию, прежде чем я успела осознать, что происходит. Это был второй раз, когда его объятия удивили меня, но на этот раз я без колебаний обняла его, опустившись на колени, чтобы быть на одном уровне с ним.

— Много тренируйся. Позвони мне, если застрянешь.

Он кивнул, крепче обхватывая меня руками.

И я обнимала его в ответ, пока не почувствовала присутствие Грэма позади нас. Он потянулся через мое плечо и нежно положил ладонь на голову сына.

Колин разжал руки и подошел к комоду, чтобы поднять свою пижаму, которую бросил на пол. Затем он прошмыгнул мимо нас в ванную и закрылся там.

Когда полилась вода, я выдохнула, затаив дыхание.

Это было прощание? Не похоже, но я сомневалась, что Грэм захочет, чтобы я поддерживала связь с его ребенком после ухода. Лучше оставить это невысказанным. Достаточно уже с Колина — и всех нас — прощаний за этот день.

— Спасибо, что позволил мне зайти, — сказала я Грэму, вставая и направляясь к входной двери.

— Не за что. — Он стоял у стены, держась в пяти футах от меня, как будто между нами была проведена черта. Черту, переступать которую было небезопасно.

Я заказала Убер, радуясь, что он оказался в трех минутах езды, и забрала свои туфли с того места, где оставила их раньше.

— Мне нравится Колин. Очень нравится.

— Это чувство взаимно.

— Я рада, что познакомилась с ним.

Он одарил меня вялой улыбкой, которая говорила о том, что ему не понравилось, как быстро Колин привык ко мне в их доме.

Потому что я уезжала.

— Ты не против, если я буду поддерживать с ним связь? — спросила я.

— Я, э-э-э… — вздохнул он. — Не думаю, что это хорошая идея.

Черт, этот отказ был болезненным, острым и язвительным. Грэм всего лишь заботился о своем сыне. В конце концов, он лучше, чем кто-либо другой, знал, каково было, когда я уйду и полностью порву с ним. Но я бы не поступила так с Колином. Мне уже не восемнадцать, и я не убегаю от своих страхов. Мне не было больно.

Вот только, сколько бы я ни обещала, Грэм уже принял решение.

— Спасибо за ужин. — Я вышла, закрывая за собой дверь, но тут появился Грэм и придержал ее открытой.

— Береги себя, Куинн.

— Ты тоже, Грэм.

Я посмотрела на него снизу вверх, задержавшись на мгновение, чтобы запомнить его лицо. Я делала то же самое в тот день, когда он вез меня в аэропорт девять лет назад. На этот раз — лицо мужчины. Я изучала сильную линию его подбородка, обрамленную сексуальной бородой, которая приятно касалась моей кожи. Я смотрела на морщинки у его красивых глаз и на то, как они становились глубже, когда он улыбался или смотрел на своего сына.

Не проходило и дня, чтобы я не вспоминала его лицо и мысленно не шептала его имя.

К тротуару подкатила машина, водитель помахал рукой, чтобы убедиться, что он приехал в нужное место.

Я отступила на шаг, мои ноги отяжелели и с трудом поднимались.

— Грэм, я… — Прежде чем мой мозг успел осознать решение моего тела, я двинулась дальше. Я подошла к Грэму, встала на цыпочки и поцеловала его в щеку. — Спасибо. За сегодняшний день. За вчерашний вечер. За эту неделю. Не знаю, как бы я справилась с этим без тебя. Так что спасибо тебе.

Он сглотнул, его кадык дернулся.

— Пожалуйста.

Я отошла, помахав ему пальцем, прежде чем развернуться и на цыпочках подойти к машине, стоявшей у обочины.

— Куинн, — позвал он, заставив меня остановиться.

— Да?

— Ты так и не ответила на мой вопрос. Точнее ты сказала недостаточно, чтобы я понял.

— На какой вопрос?

— Почему ты не поешь?

Я грустно улыбнулась ему.

— Из-за тебя. Я просто… не могу. Как и сегодня, я нуждалась в тебе.

— Опора.

— Нет. — Я покачала головой. «Опора» было неподходящим словом. — Муза.

Он был нужен мне, чтобы подобрать слова и взять нужные ноты. Я хотела не просто спеть старую песню, а сделать ее другой и новой. Именно Грэм вдохновил меня на пение.

— Спокойной ночи, Грэм.

Он кивнул.

— Спокойной ночи, Куинн.

По дороге домой у меня словно гора свалилась с плеч. Неожиданно для такого дня, как сегодня.

Но это был Грэм. И Колин. И в некотором смысле… Нэн.

Она привела меня домой, и на этой неделе я похоронила несколько старых призраков.

Я уезжала в понедельник, но впервые за всю неделю мои пятки не горели огнем.

Я уеду.

Но, может быть, на этот раз я оглянусь назад.

Глава 14

Куинн

— Как спалось? — спросила мама, когда я налила себе утреннюю чашку кофе.

— Хорошо. А тебе?

— Как убитой, — сказала она, прибираясь на кухне. — Я была без сил.

Когда я вчера вечером вернулась домой от Грэма, она почти спала рядом с папой на диване. Телевизор был включен, звук был приглушен, и по нему показывали черно-белую классическую передачу с AMC — любимого папиного канала.

Никто из них не упомянул о моем исчезновении с церемонии похорон. Либо они слишком устали, чтобы разговаривать, либо им было просто все равно.

— Извини, я вчера рано улизнула.

— О, все в порядке. У нас было много помощников, чтобы облегчить работу. Наш холодильник забит остатками еды, и мне не придется готовить целую неделю. И это только треть. Остальное я отправила домой с Уокером и Бруклин.

— Это была прекрасная служба.

— Так оно и было. — Она кивнула. — Твоя песня была… прекрасна. Правда.

У меня потеплело на сердце. Прошло много времени с тех пор, как мама в последний раз хвалила мою музыку. Когда-то я жила ради ее похвалы, когда садилась за пианино.

— Спасибо, мама.

— Ты намного превзошла все, чему я тебя научила. Прости, что у меня не было возможности познакомиться с твоими друзьями.

— Ты была занята. — И я не ожидала, что вчера кто-нибудь найдет время посидеть с Джонасом и Итаном. — Может быть, в другой раз. Может быть, ты могла бы прийти на шоу.

— Это было бы здорово.

Не «да». Даже не «возможно». «Было бы