Обманчивый союз - Айви Дэвис

Она кладет руку мне на сердце. — Надеюсь, не из-за меня.

— Из-за тебя — никогда, — рычу я, снова целуя ее.

В считанные минуты мы оказываемся на нашей кровати без одежды. Нина выгибается навстречу моим прикосновениям, когда я прижимаю пальцы к ее киске. Она уже такая влажная для меня. Я погружаю в нее пальцы, в то время как мой большой палец надавливает на ее клитор.

Нина крепко целует меня, пока я доставляю ей удовольствие своими пальцами. Мой член становится тверже с каждой секундой. Я отчаянно хочу оказаться внутри нее.

Нине требуется всего несколько минут, прежде чем она, дрожа, кончает мне на руку. Я прижимаю ее к себе, продолжая целовать.

Как только ее тело успокаивается, я направляю свой член к ее входу. Наши глаза встречаются твердым, яростным взглядом. Она раздвигает ноги шире, молчаливым движением давая мне понять, что она тоже этого хочет.

Затем я вхожу в нее.

Мы вскрикиваем вместе, наши стоны обрываются, когда мы целуем друг друга. Это поглощает. Эта связь между нами нерушима. Я, черт возьми, люблю ее. Я знаю это всем своим существом.

Я прижимаю Нину ближе к себе, когда мои бедра опускаются, мой член проникает глубже в нее. Она тихо постанывает мне в губы. Сегодня все гораздо нежнее, чем в прошлый раз, когда мы занимались сексом. Дело не в том, чтобы трахаться. Дело в том, чтобы... заниматься любовью.

Я никогда раньше не думал о сексе в таком ключе, но теперь я знаю, что это правда. Я просто никогда не любил другую женщину настолько, чтобы заниматься любовью.

Нина крепко обнимает меня, пока наши тела движутся вместе. Ее руки блуждают вверх и вниз по моему позвоночнику, посылая по мне дрожь. Когда я опускаю бедра, она ахает.

Я не прекращаю целовать ее, увеличивая темп. Трение разливает удовольствие по всему моему члену. Я не смогу долго сдерживаться.

— Нина, — стону я, кончая после еще одного толчка. Нина крепче обхватывает меня ногами, кончая вместе со мной.

— Антонио, — вздыхает она.

Наши тела остаются прижатыми друг к другу, пока мы целуемся. Я мог бы оставаться так вечно, с Ниной в своих объятиях. — Я люблю тебя, — говорю я ей снова, не боясь сказать это.

Она смотрит на меня в ответ, ее глаза похожи на гребаные звезды. — Я тоже тебя люблю.

Ее слова отдаются толчком прямо в мое сердце. Когда я улыбаюсь, она улыбается в ответ.

После секса я всегда голоден, поэтому отправляюсь на поиски какой-нибудь еды. Нина все еще валяется на кровати.

Я открываю холодильник и нахожу только ингредиенты, которые мне нужно собрать, чтобы что-нибудь приготовить. Я просто хочу быстро перекусить.

Я открываю один из шкафчиков и ищу продукты. Мой взгляд натыкается на пакет кукурузной муки, и я фыркаю. Конечно, у Нины дома должна быть кукурузная мука. Она всегда готовит для нас еду.

Я отодвигаю ее в сторону, все еще ища что-нибудь съедобное, когда мой взгляд натыкается на крошечную бутылочку. Больше похоже на пузырек.

Я хмурюсь, хватая его. На нем нет этикетки.

Потом я вспоминаю тот день, когда Нина сказала мне, что нужно добавить что-то в воду, чтобы сделать ее вкуснее.

Я пожимаю плечами и беру стакан, наливая себе немного воды. Затем открываю крышку бутылки и начинаю наливать ее в стакан.

Покрутив ее в руках, я подношу бокал к губам.

— Стой!

Крик Нины заставляет меня подпрыгнуть. Я мгновенно ставлю стакан. — Нина?

Она стоит на кухне в шелковом халате и выглядит обезумевшей. Ее лицо полно страха. — Не пей это.

Я опускаю взгляд на стакан в своей руке, прежде чем снова смотрю на нее. Что-то не дает мне покоя.

Я поворачиваюсь к ней лицом.

ГЛАВА 15

Нина

Мое сердце практически выпрыгивает из груди, когда я смотрю на Антонио. Когда я вышла и увидела его с пузырьком яда в руке, я почувствовала, что умру.

Но сейчас я чувствую, что могу упасть в обморок от взгляда, которым одаривает меня Антонио. Замешательство, смешанное с небольшим количеством гнева. Как мне отговорить себя от этого?

— Что ты имеешь в виду? — он спрашивает меня. — Почему я не должен это пить? Ты сказала мне, что это просто вкусовая добавка к воде.

— Я... Я действительно так сказала. Просто... Я собиралась это выпить. Я не хотела, чтобы ты это пил. — Я знаю, насколько неубедительным оказывается это оправдание, как только оно ускользает от меня.

Антонио ни на секунду не купился на это. — Нина, — медленно произносит он, — почему ты на самом деле не хочешь, чтобы я это пил? — Он поднимает стакан. — Что произойдет, если я выпью это?

— Я не знаю, — шепчу я.

— Ты не знаешь? — Гнев в его голосе пугает меня.

— Да, я не знаю. Я не знаю точно, что это сделает с тобой. За исключением того, что... Я точно знаю, что может произойти... — Вот и все. Мне нужно сказать ему полную правду. Я только надеюсь, что он сможет простить меня. — Смерть, — Я заканчиваю. — Ты умрешь.

— Что? — спрашивает он низким голосом. — Что значит "я умру"?

— Это... — Я сглатываю. По моему телу стекают капли пота. — Это яд.

— Какого черта в нашем доме делает яд?

Я просто смотрю на него.

В тот момент, когда он осознает правду, мое сердце разрывается. Он отшатывается, его глаза расширяются. — Ты... ты шпион? Я знаю только одного человека, который хотел бы моей смерти, и это мой дядя. Ты работаешь на Франко? — То, как он выплевывает обвинение, вызывает у меня желание провалиться сквозь пол и притвориться, что ничего этого никогда не было.

Я могла бы все отрицать, но для этого уже слишком поздно.

И я устала лгать.

— Я не хотела, — говорю я.

Он закрывает глаза, склоняя голову. — Как... как это могло случиться? Как ты можешь быть шпионом?

— Это не так, — заикаюсь я. — Я никогда не рассказывала Франко о твоих планах.

— Чушь собачья! — кричит он, швыряя стакан на землю. Я вскрикиваю, когда он разлетается на сотню осколков. — Как еще Франко мог все знать? Его там не было во время перевозки наркотиков. Он был не один на встрече с твоим отцом. Почему ты не шпион? — Я вижу предательство в его глазах, и это убивает меня.

— Я — нет. Мой отец — да.

Его рот закрывается, когда он смотрит на меня. От него