В объятиях дьявола - Миранда Эдвардс

Нахмурившись, я сжимаю кулаки, пытаясь не кричать во все горло от злости. Сукин. Сын! Росс приставил ко мне долбанную слежку. Я не думала, что могу злиться сильнее, но он каждый раз умудряется удивить меня!

– Селена? – тяжелая рука ложится на мое плечо, и я вздрагиваю от неожиданности. Джон Би прослеживает за моим взглядом, но не видит того человека, который вел наблюдение минуту назад. Телохранитель вопросительно смотрит на меня и спрашивает: – Все хорошо? Ты готова ехать?

Я киваю, сдерживая порыв накричать на Джона Би, который, я уверена, в курсе слежки за мной. Мужчина проводит меня к автомобилю, и мы занимаем свои места. Я не могу не думать о человека с шрамом. Как же он получил его? Все ли люди Росса подвержены такой опасности? И заслужил ли он таким образом особое доверие мистера Кинга? Я не понимаю, что Росс видит во мне. Я не собираюсь сдавать его ни полиции, ни его врагам. Он должен это понимать: я не дура.

Когда «мерседес» трогается с места, мой язык больше не может держаться за зубами.

– Объясни мне, Джон Би, почему Росс такой недоверчивый сукин сын? – спокойно задаю вопрос, встретившись в зеркале заднего вида взглядом с телохранителем.

Джон Би напрягается. Надеюсь, у него нет в машине прослушивающего устройства, хотя это в духе Росса Кинга. Охранник делает глубокий вдох и вкрадчиво отвечает:

– Мистер Кинг многое пережил, как и остальные братья, и он…

– Я знаю, что их родителей убили, что их мать… пережила, – перебиваю я. – Но разве это повод настолько дерьмово относится ко всем?

Джон Би стреляет в меня неодобрительным взглядом. По-моему, он никогда на меня так не смотрел. Кажется, я перешла границу. Все-таки Росс дал Джон Би работу. Он, насупив свои поседевшие брови, качает головой.

– Селена, я знаю, что мистер Кинг иногда поступает сомнительно, но я его уважаю, – сурово говорит Джон Би, заворачивая в сторону дома Лесли. – Если бы я видел, как мою маму сначала насилуют ублюдки, а потом убивают… если бы меня совсем еще ребенком похитили и заставляли бы наблюдать за всем этим, привязав к стулу и не давая возможности помочь маме…

Джон Би тяжело вздыхает, проведя рукой по своему ежику. Мои глаза расширяются. Таких подробностей я не знала… Боже мой. К глазам тут же подступают слезы, а в горле встает ком.

Пазл складывается воедино. Николас смог остановить затмение Росса словами о насилии, потому что тот видел, как его собственную мать… Такое из любого сделает монстром. Конечно, я не собираюсь оправдывать Росса за его жестокость и кровожадность, но его поведение объяснимо. Не знаю, что бы стало со мной, окажись я на его месте. Представляю Росса ребенком, которого вынуждали наблюдать и лишили возможности помочь родному человеку, и меня едва не выворачивает.

– После армии он взял меня к себе на работу, – продолжает Джон Би. – Он позаботился о моей реабилитации, и за это я буду ему благодарен всегда.

Не замечаю, как мы оказываемся возле дома Лесли. Подруга во время работы обзавелась нужными связями, поклонниками, которые позаботились о благополучии своей музы. Она со своей дочерью живет в довольно просторной квартире с приличным ремонтом. Пока мы с мамой, которая искала любовь всей жизни у паршивых мужчин, Лесли брала от мужчин все, что они давали, не раздвигая ноги. Умница, что я еще могу сказать?

– Твоя подруга неплохо устроилась для стриптизерши, – присвистывает Джон Би и поворачивается ко мне лицом. Мужчина опять одаривает меня своей широкой белоснежной улыбкой. – Мистер Кинг сказал, что сам заберет тебя, но можешь мне звонить, если он не сможет.

– Спасибо, Джон Би, – выдавливаю из себя нечто, напоминающее улыбку, и выхожу из автомобиля.

Джон Би дожидается, когда я зайду в подъезд, и только тогда уезжает.

Лесли встречает меня в тонюсеньком сиреневом халатике, и я легко могу различить ореолы ее сосков. Женщина даже сейчас накрашена, ее волосы уложены назад. Хоть сейчас Лесли могла бы пойти на съемку для журнала «Playboy». Обняв подругу, закатываю глаза и язвлю:

– Спасибо, что сейчас грудь хотя бы прикрыта.

Лесли хлопает меня по попке и щебечет:

– Ты же знаешь, что я не люблю ходить дома в белье, куколка.

Надеваю свои тапочки, купленные мне в качестве намека на то, что я могу жить у Лесли всегда. Мы с ее дочкой неплохо общаемся, но из-за разного детства ментально мы не похожи на ровесниц. Ханне шестнадцать, и для меня она ребенок. Она совсем не похожа на Лесли: девочка довольно скромная брюнетка. Она любит шопинг с подругами, обсуждать парней и новые сериалы на «Нетфликс». Ханна – типичный подросток, и из-за этого я ей всегда завидовала.

– Вступи в клуб нудистов, – предлагаю я, вешаю блейзер на крючок и ловлю удивленный взгляд Лесли на себе. Она осматривает меня с головы до пят. – Что не так?

Я расправляю подол офисной юбки-карандаш и закатываю рукава шелковой сорочки. Раньше я так не одевалась, но сейчас полностью привыкла к новому образу, а вот Лесли не видела новую версию меня.

– Так непривычно видеть тебя в такой одежде, куколка, – подруга прижимает руку к груди. Ее лицо смягчается, а в глазах скапливаются слезки. – Детка, наконец-то ты там, где должна быть.

Лесли кидается мне на шею и начинает плакать. Я удивленно выдыхаю, не понимая, с чего у нее такая реакция.

– Ты словно меня хоронить собралась, – обхватывая подругу за талию, шучу я.

Лесли щиплет меня за бок.

– Не мешай мне, – бурчит она. – Просто мне тяжело осознавать, что даже такой шанс оказался с подвохом. Ты собираешься сбежать, и тебе придется начинать все с самого начала. Я огорчена. Ты должна мне позволить немного поплакать.

– Может быть, ты лучше меня покормишь? – я крепче обнимаю Лесли.

– Не волнуйся, куколка, – женщина целует меня в макушку, не размыкая рук, – ужин уже на столе, как и открытая бутылочка белого вина.

Мама никогда не встречала меня с ужином, хотя она и очень вкусно готовит. Обычно она просила накормить Оли и оставить ей что-нибудь. Вроде бы ерунда, но все-таки и в этом я завидую Ханне.

***

– Все документы на месте? – спрашивает Лесли.

Я перепроверяю все паспорта, удостоверения личности и свидетельства о рождении и утвердительно киваю. Не знай я, что то подделка, то никогда бы в жизни не догадалась. Мое новое имя довольно неплохое –