Охота на мышку - Юлия Гетта

— И тебе!

С гулко бьющимся сердцем захожу в школу. Поднимаюсь на свой этаж, открываю свой кабинет. Готовлюсь к уроку, ожидая учеников. И понимаю, что жду сейчас только его одного.

Как он себя поведёт? Как мне себя вести?

При всех, понятное дело, как ни в чём не бывало. Но когда после урока он подойдёт ко мне? Я должна обижаться на то, что он не звонил? Или нет? Ведь сама тоже не звонила.

А вдруг он вообще больше ко мне не подойдёт?

Да нет. Не может такого быть…

Но вдруг⁈

Нервничаю, тереблю карандаш вспотевшими пальцами. Начинает даже подташнивать от такого волнения.

Да уж, Татьяна Петровна, вот это вы влипли… Надо же так.

Звенит звонок. Вскоре мои подопечные начинают нестройными рядами заполнять класс. Но Сергея среди них нет. Как и его друзей.

Прождав его пол-урока, рассеянно давая ребятам материал, в конце концов я не выдерживаю. Извиняюсь, выхожу из кабинета, стучу каблуками через весь коридор по направлению к женскому туалету. Закрываюсь там и набираю его номер.

Гудок за гудком, тянутся секунды, но ответа нет.

35. Что ты знаешь, парень, о наглости

Когда я выхожу из школы, Иван уже ждёт меня у ворот. Стоит, опираясь спиной на свою машину, и копается в телефоне. Но, заметив меня, тут же прячет сотовый в карман и радостно машет мне рукой.

Я с вежливой улыбкой поднимаю ладонь в ответ.

И, хоть я и просила этого не делать, Иван снова распахивает передо мной дверь, стоит мне подойти ближе. Да ещё и руку подаёт, помогая сесть.

— Вань, я же просила тебя не перегибать, — недовольно замечаю я, как только он занимает водительское кресло.

— Прости, я забыл. Ты просто очень красивая девушка, я, когда тебя вижу, сразу всё забываю, — с озорной улыбкой заявляет Ваня.

— Спасибо за комплимент, — равнодушно отвечаю я.

Обычно меня смущают такие вещи, но сейчас мои мысли заняты другим. Меня очень огорчило отсутствие на уроках одного человека. Не могу больше ни о чем думать.

Доезжаем домой в молчании, что меня очень радует. На этот раз Ваня не пытается завязать разговор, наверное, понял, наконец, что это бесполезное занятие.

Но, притормозив у моего подъезда, он внезапно выдаёт:

— Тань, а можно тебя в кино пригласить? Или это будет слишком нагло?

Поворачиваю к нему голову и против воли улыбаюсь. Что ты знаешь, парень, о наглости…

— У меня парень есть, Вань, — добродушно сообщаю я. — Но спасибо за приглашение.

— Как жаль, — разочарованно тянет мой собеседник. — Эх, всегда самых красивых девушек быстрее всего разбирают.

— Красота — далеко не самое ценное в девушке, Ваня. Главное — внутренний мир.

— Да это понятно, но всё же.

— Ну ладно, пока, Вань. Увидимся завтра.

Иван тяжко вздыхает и выдавливает из себя печальную улыбку:

— Пока!

Забавный он парень.

Но моё сердце стучит, только когда рядом другой. Который пропал чёрт знает куда. И непонятно, то ли в историю какую-то вляпался, то ли просто забил на меня. Тусовался где-нибудь со своими друзьями, и все вместе решили школу прогулять.

Но почему трубку-то не берёт?

Возвращаюсь домой, стягиваю с себя дурацкое платье. Чувствую себя идиоткой, что наряжалась для того, кто даже не пришёл. Переодеваюсь в шорты и майку, смываю макияж. Снимаю линзы, надеваю очки.

И вот я — снова я.

Угрюмо плетусь на кухню, разогреваю себе котлетку с пюре, без аппетита ковыряю вилкой. Да так и убираю обратно в холодильник, не съев.

Гипнотизирую телефон. Так тяжело в груди, хоть волком вой. Вспоминаю, как в прошлый раз Серёжа потерялся, а потом появился весь в синяках. Но тогда его друзья были на месте, а теперь их всех нет.

Чтобы хоть как-то отвлечься от переживаний, принимаюсь за уборку. Но что бы я ни делала, каждую секунду думаю о нём. Жду. Неистово жду звонка, сообщения, какой угодно весточки.

Измучившись вконец, решаю, что лучший способ скоротать время, чтобы ни о чем не думать, — это поспать.

Иду в свою комнату, забираюсь под одеяло, ласково обнимаю подушку. Представляя, что это он. И на удивление, скоро засыпаю.

Будит меня громкая трель дверного звонка.

Вылезаю из-под одеяла сонная, ёжась и думая, кого же там принесло.

Казалось, я спала совсем недолго, но за окном уже темно.

Смотрю в глазок и сама себе не верю. На площадке стоит Сычёв.

Сердце срывается в галоп за одну секунду. Дрожащими пальцами спешно открываю замок, распахивая дверь.

— Привет, — растерянно хлопая ресницами, произношу я.

Сережа хмурый, смотрит на меня как-то недобро. Но я так ждала его весь день, так волновалась и так рада его сейчас видеть, что не придаю этому значения.

— Проходи!

— Что, папы дома нет? — сухо интересуется он.

— Нет. Он в командировку уехал.

— М-м-м. И когда вернётся?

— Послезавтра.

Входит. Закрывает за собой дверь. Берёт меня за талию, рывком притягивая к себе, обжигая холодом своей куртки после морозной улицы. Смотрит в глаза с каким-то непонятным дерзким вызовом. А потом впивается мне в губы.

Моё сердце сходит с ума, захлебываясь от слишком частых ударов. И я медленно умираю, теряя почву под ногами. Голова кружится, воздуха не хватает.

Сергей сбрасывает обувь, не прекращая меня целовать, нагло лапает за попу и грудь сквозь тонкую ткань моих ненадёжных шортиков и маечки. Идёт на меня, оттесняя к небольшому диванчику, что стоит в нашей прихожей. И вдруг заваливает на него спиной, придавливая сверху своим немаленьким весом.

Разволновавшись, что сейчас меня лишат невинности прямо в прихожей, пытаюсь оттолкнуть Серёжу. Но он не поддаётся, а вместо этого вдруг кусает за губу. Больно! И держит, не отпускает.

Я вскрикиваю и возмущённо мычу ему в рот. Бью ладонями по его каменной груди.

— Ты что⁈ Больно ведь! — выпаливаю, как только мои губы оказываются на свободе.

Щупаю языком место укуса — вроде всё цело. Но солёный привкус есть.

— Что за хрен тебя забирал сегодня из школы? — хрипло спрашивает Сычев.

— Папин водитель с работы. — Смотрю на него, широко распахнув глаза.

— А какого хрена он тебя забирал? За него ты тоже замуж собираешься? — зло интересуется Серёжа. Отчего у меня колючие мурашки пробегают по телу.

— Нет. Я его вообще не знаю, сегодня утром познакомились.

— А ты пешком вообще не двигаешься, тебе западло или как? Исключительно на тачке тебя всегда возят?

Мне становится всё паршивее от этого разговора. И от того, какая агрессия исходит от Сергея.