365 дней в твоей постели - Валентина Кострова

— Как прошел дел? — задаю банальный вопрос, чтобы нарушить молчание в салоне. Радио так тихо играет, что едва слышна мелодия.

— Нормально. А у тебя? — на меня смотрит. Профиль строгий, губы без улыбки, всем видом показывает, что максимально отстранен от меня.

— Тоже все хорошо, — уклончиво отвечаю и замолкаю.

Разговор не клеится. Я не понимаю, почему Амаль приехал к кафе, как узнал, что я там работаю, и почему не спрашивает, куда ехать. Наверное, все про меня знает. Для человека, который сказал, что пора нам пожить на расстоянии, он слишком сильно обо мне печется. Наверное, чувства. Он ведь не раз мне признавался, что я ему нравлюсь. Вряд ли эта симпатия испарилась в одно мгновение.

— Брат вернулся? — неожиданно спрашивает.

Машина сворачивает в мой двор и останавливается напротив подъезда. Я поднимаю глаза вверх, ищу окна квартиры, замечаю, что на кухне включен свет. Леня дома. Это и радует, и одновременно расстраивает.

— Да.

— Не обижал?

— Нет.

И молчим. Больше нам не о чем говорить, если не трогать тему отношений и совместного будущего. Я вздыхаю, украдкой кошусь на Амаля. Он смотрит перед собой, барабаня пальцами по рулю. Выглядит уставшим. Ему бы поспать, завтра рабочий день. Мне хоть ко второй паре, а ему к девяти.

— Тебе нужно домой, выглядишь не очень.

Амаль поворачивает голову в мою сторону. Смотрит немигающим взглядом, в котором беспросветная темнота и пустота, так же жуткое ощущение одиночества. Я вмиг начинаю чувствовать себя виноватой.

— Мне не привыкать спать урывками. Тебе пора домой и спать, сессия не за горами, нужно быть в форме. Если будут проблемы, звони.

Его слова меня обжигают. Он словно прощается со мной, а все внутри меня сопротивляется этому прощанию. Я не согласна. Я не хочу вот так завершать нашу историю и ставить точку, когда очень хочется поставить запятую или хотя бы многоточие.

— На свадьбу к Алику пойдешь один? — от мысли, что мне нашли замену, становится не по себе. Амаль хмурится, смотрит из-под бровей тяжелым взглядом.

— Хотя, какая мне до этого разница, — спешно отвечаю сама на свой вопрос, нервно заправляя волосы за ухо. — Интересно, фотографии будут в интернете.

— Нет. Это будет частная церемония с минимальным количеством гостей.

— Жаль, — вздыхаю. — Хотелось бы посмотреть на образ невесты.

— А ты не хочешь идти со мной?

— В смысле? — широко распахиваю глаза, недоверчиво смотря на мужчину. — Мы как бы… расстались…

— Мы просто решили пожить некоторое время раздельно. Мне, как и тебе, нужно разобраться в приоритетах, однако, это не меняет того, что на свадьбу мы оба приглашены.

Я сглатываю, осознаю, что едва дышала, пока Амаль говорил. Стыдно признаться, но почувствовала дикое облегчение, поняв, что между нами не все кончено. Есть шанс на будущее. Пусть он крошечный, как едва тлеющей огонек на сгоревшей спичке, но есть.

— Мне нужно будет отпроситься с работы и заранее отработать пропуск в университете. А еще подумать, в чем пойду…

— Тебе не о чем волноваться, я все решу.

Встречаемся глазами, понимаю, что действительно решит. Действительно не о чем думать. Слабо улыбаюсь, надеясь вызывать ответную улыбку, но Амаль все так же холоден и отстраненный. Всматриваюсь в его лицо, подмечаю все то, чего раньше не замечала. Например, какой у него высокий лоб, черная прядь небрежно свисает, придавая облику капельку дерзости. Высокие скулы без щетины, выразительные глаза, смотрящие сейчас холодом Арктики, прямой нос, густые ресницы, изогнутые черные брови. Он красивый, как ни крути. Притягательный. Даже без улыбки приковывает к себе внимание и хочется быть поблизости рядом с ним.

— Уже поздно, идти, — прерывает мое занятие Амаль, вновь сосредотачиваясь на руле. — Я напишу, где и во сколько будет роспись, торжественный ужин. Если получится, заберу, если нет, попрошу забрать тебя Илью.

— Почему ты так обо мне заботишься? — не выдерживаю, спрашиваю о том, что мучает меня от самого кафе.

— Потому что ты мне нравишься, — сразу и без запинки отвечает, по-прежнему, не смотрит на меня. — Я ведь человек и за один день не в состоянии изменить свои чувства и мысли. Я хочу быть с тобой, но помню, что ты заинтересована в другом, а со мной только из-за контракта.

«Не правда» — хочется крикнуть, но трусливо молчу. До конца сама еще в себе не разобралась. Мне сложно сказать, с кем я готова сигануть с обрыва, держась за руки: с Амалем или с Никитой. Оба вызывают приятное волнение.

— Буду ждать твоего звонка, — открываю дверь и выхожу из машины.

Идя к подъезду, знаю, что смотрит вслед, чувствую его испытывающий взгляд. Между лопатками прилично печет. Торопливо спешу оказаться дома, а там сразу спешу на кухню, чтобы выглянуть в окно. Джип Амаля стоит на месте. Лишь через пару секунд трогается с места. У меня создается впечатление, что, увидев мой силуэт, он решил уехать. Интересно, если бы не подошла, до утра стоял? Четко понимаю, что вполне может быть.

Вздохнув, иду умываться, а после этого ползу в свою комнату. Падаю на кровать. Усталость из-за работы сразу накрывает с головой. Переворачиваюсь на бок, накрываю себя одеялом, напоследок решив заглянуть в групповой чат однокурсников. Там непривычное ночное оживление.

Пытаюсь вчитаться в переписку, не улавливаю смысл. Все перебивают друг друга, строят какие-то домыслы. Единственное понимаю, что кто-то пострадал и сейчас в больнице. Робко пишу «что случилось?», на меня тут же обрушивается поток информации, который заставляет задохнуться. В висках истерично бьется мысль: Никита пострадал. И потом на меня накатывает ошеломляющее откровение — это дело рук Амаля.

19 глава. Сделай выбор

С утра еду в университет, стойко высиживаю все пары, даже умудряюсь отработать пропуск некоторых дисциплин, подойдя к педагогам. В чате вялотекущая переписка, но утром Никита отметился. Написал, что с ним все хорошо, выдал явки и пароли, где его можно навестить.

Я испытаю облегчение. Если написал, значит живой, значит, в сознании и его жизни ничего не угрожает. Со мной никто не хочет ехать после пар, причины у всех разные, но кое-кто обмолвился, что мне стоит побыть наедине с Никитой. Какие все понимающие, все почему-то думают, что мы встречаемся. Это далеко от правды. Очень.

В больницу прибегаю в часы посещений. Меня никто не останавливает, в пакеты не заглядывает. В коридорах многолюдно, родственники и больные сидят на кушетках, болтают, смеются. Нет угрюмой атмосферы. Заглядываю в палату. Она на четыре человека. Никиту обнаруживаю полусидящего возле окна с телефоном в руках. Увидев меня, сразу расплывается