365 дней в твоей постели - Валентина Кострова

Хочется большего. Хочется запретного. Хочется оступиться.

Моя футболка оказывается на полу. Дома никогда не ношу бюстгальтер, поэтому соски сразу же становятся твердыми. Влажный язык Никиты трогает их. Я зажмуриваюсь, выгибаясь в его руках. По всему телу проходит судорожная волна. Все как-то странно. Хаотичные чувства перебивают друг друга. Не могу толком понять, что со мной.

Ладони горят, хочется самой касаться тела Никиты, чувствовать жар его кожи. И он будто слышит мои мысли, спешно стягивает с себя футболку. Прижимает к себе, кожа к коже, накидываясь на мой слегка онемевший рот.

Подо мной стоит колом член. Жесткая ткань джинсов трется об тонкую ткань домашних штанов. Провокационно двигаю бедрами, заставляя парня стонать и рычать одновременно.

Слышу звонок. Где-то в гостиной громко звонит чей-то телефон. Звук стандартный для «яблока». Мы замираем и не шевелимся. Реальность безжалостно бьет наотмашь. Я с ужасом смотрю на Никиту поплывшим взглядом. Меня пробирает дрожь. Вскидываю руки и обхватываю ими голову. От жестокости реальности хочется спрятаться, я прячу в ладонях пылающее лицо.

Боже. Что я творю. Да я с ума сошла. Точно помутнение рассудка, иначе не объяснить то, что только что случилось. Еще чуть-чуть, и мы бы занялись сексом. В чужой квартире. В квартире мужчины, которому по договору принадлежу еще полгода. Я не имею права поддаваться своим желаниям. Нельзя.

— Тебе стоит уйти, — твердо произношу, сползая с колен Никиты. Он ловит мою руку, удерживает.

— Что случилось? — его взгляд все еще рассеянный, но постепенно фокусируется на мне.

— Уже поздно, завтра на пару. Тебе пора домой, — выдергиваю руку, нагибаюсь за своей футболкой, одеваюсь и поворачиваюсь к парню. — Прости.

Никита поджимает губы, не глядя по сторонам, хватает с кушетки футболку. Натягивает на себя и быстро проходит мимо. Я чувствую себя виноватой. Не стоило позволять себе так далеко заходить. Должна думать головой, не вестись на эмоции. Запоздалая мысль, что в квартире могут быть камеры, внезапно осеняет мою дурную голову. Если это действительно так, скоро моей головушки не будет на плечах. И правильно.

— Никит… — зачем-то робко произношу его имя, но бесполезно. Меня не желают слышать.

Никита обувается, хватает с вешалки куртку и метеором вылетает их квартиры. Я со слезами смотрю на закрытую дверь, чувствуя себя разбитой вдрызг. Присаживаюсь на корточки, обнимаю себя за колени и прячу в них лицо. Меня раздирает в клочья произошедшая ситуация. Я будто между двух огней, и стоит определиться, в каком гореть.

17 глава. Убью ее и его

Приезжаю злой. Мало того, что рейс задержали, так еще попал в час пик вечерних пробок. Дорога с аэропорта до дома занимает больше времени, чем обычно. А ведь рейс подбирал, чтобы как раз не попасть в подобную ситуацию. Но есть вещи, которые мне не подвластны.

Единственный плюс, который заставляет улыбнуться, — нужный контракт подписан, от него завесило дальнейшее развитие компании. Как же хорошо, когда задуманное идет по плану. Развитие бизнеса набирает скорость, и это воодушевляет. Хочется новых покоренных вершин. Еще бы так было в личной жизни. Покоренное сердце одной единственной.

Лиры ожидаемо дома нет. Сейчас у нее горячая пора. Студенты подчищают хвосты и готовятся к сессии. Меня подкупает ее жажда достичь высот в выбранной профессии. Она заряжает своим энтузиазмом. Расстраивает то, что по отношению ко мне у девушки смешанные чувства.

В постели отзывчивая, ласковая, готова на все в моих руках, а по жизни колючая, смотрит куда угодно, только не на меня. Умом понимаю, почему ее тянет к однокурснику, но только внутреннее меня прям рвет на части от жгучей ревности. Хочется свернуть этому пацану шею, свалить на голову кирпич, случайно столкнуть под машину. Сделать все возможное, лишь бы исчез с глаз Лиры, а там из ее сердца.

В квартире тихо. С чемоданом направляюсь в спальню. Усмехаюсь, обнаружив не заправленную постель, бардак на тумбочке. На моей стороне лежат учебники, тетради и планшет. Малышка явно учится каждую свободную минуту.

Оставляю чемодан посреди комнаты, снимаю с себя костюм, кидаю его на кресло. Разминая шею, иду в ванную.

Сегодня поработаю дома до прихода Лиры. Есть неотложные письма, требующие моего внимания. Дождусь малышку, проведем вместе вечер. Отодвинем учебу и мои дела в сторону, побудем вдвоем. Я безумно по ней скучал в отъезде. Мне ее не хватало. Физически невыносимо было спать одному.

Приняв душ, обматываюсь полотенцем и сразу же направляюсь в гардеробную. Переодеваюсь в свободные домашние брюки, оборачиваюсь к кушетке. С момента моего отъезда футболки, брошенные мной на спинку, так и лежат на месте. Тянусь к верхней, стряхиваю ее и понимаю, что размерчик не мой. Медленно скольжу взглядом по горловине, опускаю взгляд на эмблему на груди. Стараясь не делать поспешных выводов, подхожу к полке Лиры, где лежат ее футболки. В кипе нахожу такую же, только размер ее. Футболка университета, в котором она учится.

Прикрываю глаза, пытаюсь дышать ровно, не поддаваться эмоциям, не срываться. Плохо выходит. Яростно сминаю футболку в руках, вылетая из гардеробной и спальни пулей. На кухне сразу кидаюсь к барному холодильнику, футболку бросаю на столешницу кухонного гарнитура. Беру виски, в шкафчике стакан и наполняю до самых краев. Осушаю до дна. Еще наливаю, выпиваю на половину и ставлю стакан, опираясь руками на поверхность островка. Опускаю голову на грудь, закрыв глаза. Дыхание тяжелое. Злость пульсирует в висках вместе с бешеным пульсом. Мне бы сейчас куда-то уйти, или Лире лучше не приходить.

Хватаю стакан, залпом выпиваю остатки, и со всей дури швыряю в стену, слышу звон разбитого стекла. Неподвижным взглядом смотрю на осколки, чувствуя, как меня потряхивает. Что-то мрачное выползает из заточенья в моем сознании, обволакивая разум, подталкивая к нехорошим вещам. Меня давно так мощно не крыло. И мне страшно. Не за себя, а за тех, кто окажется рядом.

Решительно направляюсь в кабинет. Я очень хочу верить и доверять Лире без оглядки. Очень. Однако меня грызут сомнения вперемешку с ревностью. Они поражают как рак, съедают изнутри все живое, что есть, оставляя самое гнусное, что есть в человеке. Трусящимися руками включаю ноутбук, ввожу пароль. Облизываю сухие губы и открываю приложение видеокамер, установленных по всей квартире. Камеры незаметные, гости их никогда не заметят, ибо не бросаются в глаза.

Просматриваю на ускоренном режиме последние дни без меня. Начинаю с конца. Ставлю на паузу видео, записанное три дня назад. Прячу в ладонях лицо, нажимая указательными пальцами на внутренние уголки