Ариран - Айская

голос Миён. Подруга стояла у окна, скрестив руки на груди, и с нескрываемым любопытством разглядывала запыхавшуюся Лику. — Ого, торт? Не слишком ли рано для десерта? Мой день рождения только в субботу, но если ты решила начать праздновать заранее, я готова принести жертву и съесть кусочек.

— Даже не раскатывай губы, Миён-и, — Лика фыркнула, поудобнее перехватывая коробку. — Этот торт не для тебя. А про твой день рождения я помню. Я уже присмотрела тебе подарок — огромный кактус, чтобы ты хоть на кого-то могла ворчать по утрам, кроме меня.

Миён уже открыла рот для колкой ответки, но её взгляд замер на шее Лики. Она бесцеремонно шагнула ближе, разглядывая изящный кулон.

— Так-так... Это что еще за ювелирное вторжение? — Миён прищурилась. — Только не говори, что нашла это в пачке чипсов.

— Мы вчера гуляли с Бэком, — Лика не смогла сдержать мечтательной улыбки, и её голос стал на октаву мягче. — Это подарок от него.

Миён хмыкнула, картинно закатив глаза:

— Бэк, значит? Слушай, я запуталась в твоей личной жизни быстрее, чем в расписании электричек. Вы всё-таки вместе или он тебя кинул, а это — утешительный приз за моральный ущерб? Твои отношения напоминают бразильский сериал, где в каждой серии кто-то теряет память или находит потерянного брата-близнеца.

Лика расплылась в такой влюбленной улыбке, что, казалось, сейчас просто взлетит.

— Мы вместе. И я не просто счастлива, я на седьмом небе! Там, кстати, отличный вид, жаль, что тебя туда не пустят без справки от психиатра за твой характер. После обмена шуток и рассказа от том, Лика провела вечер с Бэком, подруги направились на занятия.

Лика вошла в аудиторию последней, когда тишина уже воцарилась в помещении. Бэк стоял у кафедры, его строгий силуэт на фоне доски заставил её сердце пропустить удар. Ей стоило титанических усилий не броситься к нему в объятия прямо на глазах у сотни студентов.

— Простите за опоздание, — произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал официально, но в глазах плясали искры. — У меня была крайне... уважительная причина. Форс-мажор кондитерского масштаба.

Она решительно подошла к его столу и водрузила на него коробку.

— Господин Бэк, это небольшой презент от всей нашей группы. Мы ведь знаем, что сегодня ваш крайний день в этом университете, и не могли отпустить вас с пустыми руками.

Лика обернулась к ошарашенным одногруппникам, которые в недоумении переглядывались.

— Кстати, ребята, я жду, когда вы мне скинетесь за него на карту. Я ради этого торта оббегала столько кондитерских, что мои кроссовки теперь официально считаются ветеранами боевых действий, а один продавец чуть не вызвал экзорциста, когда я требовала «именно ту самую морду»!

Бэк изо всех сил старался сохранить маску невозмутимого преподавателя, но уголок его рта предательски дрогнул. Он медленно открыл крышку. На него смотрела огромная, ярко-зеленая сахарная жаба с невероятно нелепым и милым выражением глаз. Но когда он слегка повернул коробку к себе, там, где не видели студенты, он прочел аккуратную надпись на корейском: «Я тебя люблю, твоя чумовая жаба».

Он замер на секунду, его взгляд потеплел так, что Лика почувствовала это кожей. Он слегка улыбнулся.

— Благодарю группу за такой... оригинальный и весьма характерный презент.

— Я узнала, что здесь в Корее, жаба является символом домашнего очага. Так что, как по мне этот милый тортик в полне оказался уместен.

Лика, не в силах сдерживать смех, добавила:

— А у вас случайно нет аллергии на сладкое? Ну, знаете, вдруг вы покроетесь красными пятнами прямо во время лекции? Будет обидно, если ваш последний день здесь запомнится всем как «восстание сахарных прыщей».

Аудитория взорвалась хохотом.

— У меня только одна аллергия, студентка Романовна, — ответил он, и в его голосе прозвучала бархатистая нотка, понятная только ей. — И она не на сахар. У меня острая реакция на слишком шумных, зеленых и совершенно неугомонных существ, которые прыгают в мою жизнь без предупреждения. Но, боюсь, это заболевание уже перешло в хроническую стадию.

Студенты снова засмеялись, приняв это за удачную шутку над «подарком-жабой», и только Лика знала, о ком на самом деле он говорит.

— Однако, — Бэк снова стал серьезным, хотя искорка в глазах осталась, — хоть сегодня у меня здесь крайнее занятие, лекцию никто не отменял. Прошу всех занять свои места.

Лика, сияя от счастья, кивнула и отправилась на свое место, чувствуя, как этот день навсегда врезается в её память. Как только прозвенел звонок и Бэк, бросив многозначительный взгляд на Лику, начал собирать свои бумаги, Миён буквально вцепилась в локоть подруги. Она не дала ей даже шанса подойти к кафедре, потащив к выходу из аудитории.

— Так, стоять! — Миён заблокировала Лике путь в пустом коридоре, прижав её к стене. — Лика, я, конечно, знала, что ты у нас «с приветом», но это? «Хроническая стадия»? «Шоковая терапия»? Вы сейчас в аудитории, какой-то любовный шифр взламывали!

— Ой, перестань, — Лика попыталась сделать самое невинное лицо, на которое была способна, но предательский румянец выдавал её с потрохами. — Это просто юмор, Бэк оценил креатив с жабой и я тебе больше скажу, он умеет смеяться, ты же видела. С ним ещё не всё потеряно.

— Креатив с жабой? — Миён скептически вскинула бровь. — Лика, когда он смотрел на эту сахарную рептилию, у него в глазах было столько нежности, сколько не бывает у людей, смотрящих на новорожденных котят. И этот его ответ про «аллергию на неугомонных существ»... Он же буквально описал тебя! С точностью до сантиметра и децибела!

Миён прищурилась, подходя еще ближе, словно пытаясь разглядеть в зрачках подруги отражение Бэка.

— Признавайся, что было написано на торте с того бока, который он так судорожно прикрывал рукой? Там было «Поставь мне зачет» или «Давай поженимся в это воскресенье»?

— В воскресенье я не могу, у меня будет похмелье после твоего дня рождения, — с сарказмом ответила Лика. — Там было... — она замялась, закусив губу, —...просто пожелание удачи на корейском. Чтобы он не забывал нашу группу.

— «Чумовую жабу», ты хотела сказать? — подловила её Миён. — Лика, ты светишься так ярко, что от тебя можно заряжать айфоны во всем университете. И этот кулон... Вчера вы «просто гуляли», а сегодня он публично признается, что у него на тебя «хроническая стадия»?

Миён внезапно замолчала, и её лицо из подозрительного стало серьезным. Она понизила голос:

— Слушай, если вы правда... ну, того... вместе, то ты понимаешь, что это атомная бомба? Если кто-то, кроме меня, сложит два плюс два, твой «тайный мир» взорвется быстрее, чем этот торт в микроволновке.