Небесная танцовщица. Книга четвёртая - Ната Лакомка

Анджали не хотелось идти, но Нирмали была одной из тех немногих, в ком она не видела откровенной зависти. Во дворце вторую царицу считали откровенно глупой и за глаза потешались над ней – во многом не без подачи царицы Асти и царевны, но Анджали считала, что глупая простота приятнее умного коварства.

Видя, как Нирмали загорелась посмотреть на встречу супругов, Анджали надела туфли, взяла вторую царицу за руку, и они вместе отправились в галерею, откуда был виден зал с парадными воротами.

Дворец шумел, как потревоженный улей, отовсюду бежали слуги с цветочными гирляндами и корзинами, полными цветочных лепестков.

Остановившись возле перил, две царицы наблюдали, как опрыскивают каменные плиты душистой розовой водой, как посыпают порог куркумой на счастье и корицей – к радости.

Появился царь Сатван, а вместе с ним и сестра. Царевна Пундадари даже не переоделась – прибежала, как есть, только накинула вышитое золотом покрывало.

Снаружи загудели медные трубы, раздались приветственные крики, и было слышно, как застучали мечами о щиты воины из числа царских телохранителей.

Двери распахнулись, и сразу дождь лепестков обрушился на входящего мужчину.

Царевна издала радостный вопль и бросилась к ногам мужа, обнимая его колени, осыпая поцелуями его руки.

Он поднял её, поцеловал в лоб, и она приникла к нему, счастливо прикрывая глаза.

– Наконец-то! С возвращением, дрогой друг! – объявил Сатван, делая навстречу военачальнику три шага, что было знаком высочайшего расположения.

Князь Ранджит отстранил жену, поклонился, приветствуя царя, а когда выпрямился, сердце Анджали на мгновение остановилось, а потом застучало, как безумное. А ведь она думала, что ничто больше не заставит её сердце забиться с таким трепетом.

Но иначе быть не могло, потому что там, внизу, под ливнем цветочных лепестков, стоял Танду. Вернее – Рагху. Князь Ранджит. Военачальник царя и его зять.

40

Вцепившись в перила, Анджали смотрела вниз.

Он или нет? Вдруг просто похож?

Но бывают ли такие похожие люди?..

Князь Ранджит кивнул в ответ на приветствие, улыбнулся, и в это время взгляд его встретился со взглядом Анджали.

Глаза мужчины широко распахнулись, он замер, словно позабыв обо всех вокруг.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга не отрываясь.

Потом он что-то произнёс, Анджали видела, как шевельнулись его губы.

Царь Сатван и царевна Пундадари одновременно оглянулись на галерею. Царь засмеялся, горделиво повёл рукой, заговорил с князем. Тот серьёзно и внимательно выслушал, а потом со всей почтительностью поклонился двум царицам. Потом он с улыбкой обернулся к жене, обнял её и ласково поцеловал в лоб.

Анджали пришлось почти повиснуть на перилах, чтобы не упасть, потому что ноги внезапно подкосились.

Боги любят играть людьми. Иногда они играют очень жестоко.

Только что она решила, что им с Танду не суждено больше встретиться. И вот – он здесь. Перед ней. Рядом. Только она уже – жена другого. И не простого земледельца, не обыкновенного купца, а царя. Единственного человека, который стоит выше военачальника.

Что это, если не очередная издевка небес?..

Царевна Пундадари снова приникла к мужу, нежно заглядывая ему в лицо, поглаживая его руку.

Анджали почувствовала почти физическую боль, глядя, как другая женщина прикасается к её мужчине. К её мужу. Потому что Танду – её муж, а не какой-то там царевны. И то, что Сатван объявил Анджали третьей царицей – это нарушение божественных законов. Никакая она ему не жена.

Бросившись по лестнице, Анджали совсем позабыла о царице Нирмали, которая ухватила её за руку, пытаясь удержать.

– Куда ты, сестрица?! – зашептала она в ужасе. – Тебе нельзя туда! Нам нельзя покидать женскую половину без разрешения царя!

Опомнившись, Анджали остановилась.

Царь, Танду и царевна уходили, осыпаемые цветочными лепестками. Танду уходил. С другой. И даже не оглянулся.

Он ведь обижен. Считает Анджали предательницей. Но это не так…

Нирмали увела Анджали к бассейну и велела служанкам принести холодной воды.

– Ты сама на себя не похожа, сестрица, – произнесла вторая царица почти со страхом. – Почему ты молчишь? Почему твой взгляд остановился? Нельзя было нам выходить… Наверное, тебя сглазили!

– Всё хорошо, – Анджали постаралась принять спокойный и доброжелательный вид. – Просто обрадовалась за сестрицу Пундадари. Такое счастье для неё.

– О да! Она теперь счастлива, – с радостью согласилась Нирмали. – Она так ждала мужа, так ждала…

Прибежали служанки и сообщили, что в честь возвращения князя Ранджита царь устраивает великий праздник. Будут фонари, будут танцовщицы и актёры, уже сейчас в кухне начинают готовить самые вкусные блюда к царскому столу. Вечером, как только спустится прохлада, начнётся веселье. А пока князь отдыхает после дороги.

«Отдыхает с женой», – подумала Анджали, и сердце отозвалось резкой болью.

Ревность. Вот какая она. Жестокая, как голодный тигр. Раздирающая душу когтями.

Но зачем ревновать? Танду не скрывал, что у него есть жена. Не назвал имени, но не скрывал. И они решили, что она будет второй женой. Когда царь узнает правду, он не станет удерживать Анджали. Не посмеет. Она не позволит себя удержать. Вот только…

Правда ли, что князь Ранджит – это Танду? Не показалось ли ей?

Выждав, когда Асти и Нирмали удалились к себе, Анджали подозвала одну из служанок и сказала нарочито небрежным тоном:

– Я ещё не знакома с прославленным военачальником царя. Иди к князю Ранджиту и скажи, что я хочу встретиться с ним. Пусть придёт в жасминовую беседку в саду.

– Да, царица, – поклонилась служанка. Но вряд ли царю понравится…

– Не беспокой царя, – мягко перебила её Анджали. – У него и так много забот. А сейчас ещё идёт подготовка к празднику. Просто передай мою просьбу князю.

Служанка убежала, и Анджали с бьющимся сердцем поспешила в сад.

Танду придёт, и она всё ему расскажет. Он поймёт, он простит… Хотя, и прощать особо нечего…

Когда на дорожке между кустами показалась служанка, отправленная с поручением, Анджали в волнении переплела пальцы. Но сразу же нахмурилась. Служанка шла одна.

– Где князь? – спросила Анджали строго.

– Царица, не гневайся, – служанка упала на колени, сложив ладони в молитвенном жесте. – Князь сказал, что не смеет встречаться с царицей, поэтому не придёт. Он сказал, чтобы царица передала свои пожелания царю, а он скажет князю, и князь исполнит всё, что вы прикажете.