Любовь без срока давности - Ольга Ивановна Коротаева

вариантов, если тебе дорог друг детства. Папа до сих пор на Ваню волком смотрит, как видит. Пальцы так к ремню и тянутся! Только и спасает, что намёки на его собственную свадьбу, когда мама на пятом месяце мной беременная была.

– Так, может, стоило ещё месяц подождать? – саркастично усмехается Олеся. – Традиции прежде всего!

– Боюсь, мы и так слишком затянули, – мрачнею я. – Василия Анатольевича из больницы отпустили только с медсестрой.

– Да я же несерьёзно, – с сочувствием обнимает меня Олеся. Вздыхает: – Ты же не виновата, что пришлось столько времени угробить на этого двуличного типа Рогова. Вот же сволочь, так упорно тянул тебя за собой. И Мершикова, гадина, как только не обзывала. Я думала, как родит, так подобреет, но нет, сука – состояние неизлечимое. Хорошо, что, несмотря на все кривотолки, правду не скроешь!

– Особенно если она задокументирована, запечатлена на видео и подкреплена показаниями свидетелей, – благодарно улыбаюсь я. – Спасибо Василию Анатольевичу, который передал в распоряжение внутреннего расследования всё, что собрал на Рогова. Да и за рекомендованного адвоката спасибо. Женька обиделась, грозилась на свадьбу не прийти. И как объяснить подруге, что обожглась так, что не доверяю даже своему отражению?

– Но оно тебе нравится? – разворачивает меня Олеся к зеркалу. – Стройная, красивая, в белоснежном кружевном белье и дорогущей подвязке, на которую не поскупилась твоя любимая сестрёнка! Я жду не дождусь, когда Ваня с тебя её зубами будет снимать.

– А может, обойдёмся без этого? – краснею я. – Мне не девятнадцать лет, чтобы задирать юбку при гостях.

– Прекрати! – возмущённо топает Леся. – У тебя красивые ноги! Можно и похвастаться.

– Олеся! – раздаётся мужской голос за дверью. – Где шарики?!

– Где-где, – ворчит сестра, – сказала бы в рифму, да королевам не пристало так выражаться! – Кричит: – Сейчас покажу! – Улыбается мне. – Две минуты, надевай пока платье, и я помогу тебе его застегнуть. Или маму позвать?

– Нет! – вздрагиваю я. – Она заплачет же…

– А у тебя макияж, – заканчивает за меня Олеся и кивает. – Я быстро!

Я слежу, как за ней закрывается дверь, и вздыхаю. Это значит, что одеваться нужно самой. Как всегда, помощников море, а помочь некому. Люда разыгрывает целое представление для сватов. Она месяц готовилась и грозилась раздеть их до нитки. Улыбаюсь: обнажённый жених – это что-то интересное. Особенно если учесть, какое у Вани тело. Только вот делить его я ни с кем не желаю! Потому попросила помощницу ограничиться лишь содержанием кошельков Вани и его друзей.

Мамы тихонько рыдают в обнимку уже с самого утра, поэтому Олеся даже не заикается о помощи. Женька отвезла меня к стилисту, но на обратном пути её колымага задымилась, и мне пришлось пробираться подворотнями в халате и с фатой на голове, потому что до дома оставался квартал и вызывать такси дольше, чем так добежать. Кстати, о Женьке! Беру сотовый:

– Ты в порядке?

– Нет! – чуть не плачет подруга. – Спаси, меня похитили пожарные!

– Это их нужно спасать, – смеюсь я, представляя, какое зрелище устроила красивым накачанным парням моя неугомонная Женька. Добавляю ехидно: – Хватай того, что посимпатичнее, и бегом на свадьбу. Может, под шумок и вас поженят! Только паспорт требуй, мало ли что.

– Обижаешь, – тут же меняет Женька тон на деловой. – Забыла, с кем разговариваешь?

– Не выходи из роли, – поддеваю я подругу и притворно вздыхаю: – Жаль, что твоя колымага не вчера загорелась. Девичник прошёл бы гораздо веселее с бравыми пожарными!

– Да разве с тобой можно веселиться? – обиженно тянет подруга. – Пить тебе нельзя, в клубе слишком громко, а стриптизёры плохо двигаются! Скукота!

– Что делать, если у меня на пластику глаз намётан, – подтруниваю я. – Те парни двигались чуть изящнее медведей-шатунов, даже в такт не попадали. К тому же одеты, как нетрадиционные. Вот если бы ты предложила стриптизёров в пожарных костюмах, может, я бы и передумала.

– Допросишься! – подхватывает подруга. – Будет тебе стриптизёр-пожарный!

– Ага, – хихикаю я. – Его тут сразу загасят. Если не Ваня, так его отец. Дальше второго этажа не пройдёт!

– Спорим? – воодушевляется подруга.

– Береги поголовье тех, кто спасает жизни, – сдаюсь я. – Выбирайся из плена и беги ко мне, а то платье помочь надеть некому. Кстати, мне пора!

Отключаюсь и, с улыбкой качая головой, поворачиваюсь к шкафу. Заметив в распахнутом окне мужскую фигуру, вздрагиваю и цепенею от ужаса. В следующее мгновение понимаю, что на незнакомце форма пожарного, на голове противогаз, а в руках цветы. Облегчённо выдыхаю: это не подосланный Роговым убийца, а всего лишь шутка моей проказницы-подруги, и облегчённо выдыхаю:

– Вы меня до чёртиков напугали! – Вспоминаю, что стою в белье и, закрываясь руками, киваю на прислонённую к окну лестницу: – Спуститесь сами или помочь?

Стриптизёр вдруг спрыгивает и идёт ко мне, протягивает цветы. Я сдёргиваю со спинки стула халат и, накинув его, ощущаю, как начинаю злиться. Шутки шутками, но предел должен быть! Вырываю букет и бью цветами стриптизёра по закрытому маской лицу (всё равно не больно!), велю:

– У вас два выхода, – показываю на дверь и на окно, – и пять секунд, чтобы убраться. Четыре, три…

Но упрямец начинает танцевать! Неплохо двигается, кстати, в отличие от тех вчерашних. Интересно, где его Женька откопала? Да о чём я? У меня сваты подступают, платье не надето, свадьбу на носу, а он тут красиво стягивает с себя брюки. Ого, какая попка! Почти такая же крепкая, как у моего Ванечки.

– Представление окончено! – кричу я и, раз парень не реагирует, подхожу и рывком стягиваю с его головы противогаз. – Ваня?!

Моей жених смеётся и подхватывает меня на руки:

– Не понравилось? А я слышал, ты мечтала о стриптизёре-пожарном!

– Ты что делаешь? – ахаю я и стягиваю ворот халата на шее. – Плохая примета увидеть невесту до свадьбы!

– Правда? – искренне удивляется Ваня. – Мне кажется, плохая примета не видеть ту, на ком собираешься жениться. Мало ли кого встретишь у алтаря! Сюрприза можно и не пережить.

– Да я не о том, – смущаюсь я. – Нельзя видеть наряд невесты.

– Наряд? – Ваня перестаёт улыбаться, взгляд его темнеет. Шепчет: – Ты собралась замуж выходить в этом? Весьма необычно! И уж точно незабываемо.

Кивает на виднеющуюся подвязку. Я одёргиваю халатик и мотаю головой.

– Нет, конечно. То есть да, но будет ещё и платье.

Поглядываю на шкаф, который, хвала всем богам, закрыт. Ваня опускает меня и, удерживая за талию одной рукой, второй нетерпеливо стягивает с меня халатик. Говорит хрипло:

– Тогда нужно немедленно всё снять, раз это плохая примета.

– Снять? – растерянно моргаю я.

– Конечно, – Ваня прижимает меня к стене. – Нам совершенно не нужны плохие приметы. И это тоже