Ненужная. Рецепт для Дракона - Александра Берг

«Фай разберётся, — твердила я себе, как мантру. — Он пошлёт весть в столицу, и всё наладится».

После пирога был чай с мятой и терпким лесным мёдом. Я чувствовала, как расслабляется каждая мышца, как тяжелеют веки, а мысли становятся вязкими и ленивыми.

— А теперь марш в кровать, — безапелляционно скомандовала Марта, забирая у меня пустую чашку. — Я сама всё уберу. И без споров! — она грозно вскинула палец, пресекая мой вялый протест. — Ты едва на ногах держишься. Ночью, поди, глаз не сомкнула, а потом убежала куда-то, как угорелая.

— Хорошо, — я покорно поднялась. — Спасибо, Марта.

— Иди уже, — проворчала старушка, но в глазах её плескалась такая бездна нежности, что у меня защипало в носу. — И чтоб до завтра не показывалась! Работа твоя в лес не убежит!

Я поднялась в свою комнату, и только сейчас на меня в полной мере обрушилась вся тяжесть пережитого.

Мысли, которые я так старательно гнала, вернулись.

Фай обратится напрямую в столицу. Да, это единственно верный путь.

Прибудут королевские дознаватели… Они во всём разберутся. Вороны больше не смогут держать город в страхе. Хайзеля ждёт либо темница, либо каторга, а может, и эшафот.

А Кейн? Что будет с ним?

Этот вопрос царапнул сознание, но я решительно отмахнулась от него.

В пекло Кейна! Он такой же бандит, как и все «Вороны» и должен получить по заслугам!

Я выдохнула, опустившись на кровать. Прохладные простыни приняли моё измученное тело в свои объятия. И стоило голове коснуться подушки, как сознание растворилось, погрузившись в густой, тягучий мед сновидений.

Мне снился… Корин.

Но не тот, которого я когда-то любила, а его искажённая копия.

Он тянул ко мне свои иссиня-бледные, обмёрзшие руки, что-то исступлённо крича и требуя. Я пыталась сбежать от этих криков, но они настигали меня, волна за волной, эхом отражаясь в сознании.

Отчаяние уже начало захлёстывать, я почти была готова сдаться, когда перед глазами внезапно полыхнуло яркое пламя, и сквозь холод кошмара ко мне начало пробиваться тепло. Сначала робкое, нежное, как объятия Марты, как пар от свежего пирога. Оно бережно окутало меня, и я инстинктивно потянулась к нему.

Но тепло стремительно нарастало. Оно уже не согревало — оно жгло. Будто я опрометчиво погрузила руку в самое сердце костра. Обжигающая боль пронзила тело, заставив меня вскрикнуть и резко распахнуть глаза.

Первое, что я увидела — потолочные балки, тонущие в густом сумраке.

«Это был сон. Всего лишь сон» — прозвенела первая отчётливая мысль.

Однако жар не отступал. Я рывком приподнялась на постели и… замерла.

На краю моей кровати сидел Кейн. Неподвижно, сложив руки на коленях. Он просто смотрел на меня.

— Дьявол, что ты тут делаешь?

— Мне нужна твоя помощь, Этери.

Я взглянула в сторону окна. Створки были распахнуты.

Он что, влез ко мне по стене?

Этого ещё не хватало для завершения моей и без того паршивой недели!

— Совсем спятил? — хрипло прокричала я, но тут же прикусила язык, вспомнив о Марте и Йозефе, спящих за тонкой стеной.

Впрочем… За таким оглушительным храпом, исходившим от Йозефа, даже если бы началась война, никто бы ничего не заметил.

Думаю, Марта за годы замужества выработала в себе сверхъестественную способность — спать так, что ночью её и из пушки не разбудишь.

— Ты должна пойти со мной.

— Должна? — усмехнулась. — Нет, ничего я тебе не должна!

Кейн фыркнул и подхватил меня на руки, как пушинку, будто я ничего не весила. Честно говоря, за эти безумные дни я действительно изрядно похудела, но не до такой же степени!

Его руки, обвившие моё тело, казались раскалёнными до бела железкам. Жар мгновенно проник сквозь тонкую ткань платья, разлившись по коже огненными ручейками.

— Отпусти! — прошипела я, пытаясь вырваться, но Кейн только крепче прижал меня к себе.

Он приблизился к окну, моё сердце рухнуло куда-то в бездну. Неужели он собирается… выбросить меня? Я до одури вцепилась в его плечи, ногти впились в кожу, но мужчина даже не поморщился.

— Нет! — закричала я, зажмурившись в ужасе.

Но вместо падения я ощутила странное, почти невозможное чувство невесомости, как будто гравитация внезапно перестала существовать. Осмелившись приоткрыть глаза, увидела, как мы плавно опускаемся вниз — медленно, точно два осенних листа, подхваченных невидимым потоком воздуха.

Руки мои непроизвольно скользнули по голой груди Кейна, и я почувствовала, как под его кожей перекатываются тугие мышцы, твёрдые, как кованая сталь.

«Чтоб тебя! Неужели нельзя было хотя бы рубашку надеть?» — мысленно выругалась я, ощущая, как к щекам приливает жар.

Когда ноги бесшумно коснулись влажной от ночной росы травы, я тут же попыталась вырваться, но Кейн не торопился разжимать объятия.

— Отпусти, — процедила я сквозь зубы.

— А если я не хочу? — глаза цвета расплавленной бронзы блеснули.

— Тогда я закричу! Сбегутся все соседи, — пригрозила я.

Какая идиотская, на самом деле, попытка запугать. Соседи, даже если и рискнут высунуть любопытные носы на улицу посреди ночи, увидев Кейна, тут же забаррикадируются в своих домах. Проблемы с «Воронами» никому не нужны.

Кейн усмехнулся, но руки всё же разжал, медленно, почти неохотно, будто ему действительно было жаль отпускать меня.

Я уже хотела развернуться и уйти, но Кейн схватил меня за запястье.

— Пожалуйста, — в его обычно властном голосе прозвучали нотки, которых я никогда раньше не слышала — уязвимость, почти мольба. — Ты можешь спасти человека. Этери, только тебе я могу довериться.

— Проклятье, — цыкнула я. — Хоть скажи что нужно⁈

Кейн улыбнулся и, не отвечая, повёл меня за собой.

— Айрон!

— Нужен целитель, — ответил он. — Мой друг ранен.

— Целитель? — опешила я. — Нет-нет, Айрон. Я не целитель!

— Ты училась на целительском факультете.

— Да, но… Моя сила иного толка. Ты же знаешь! Я алхимик, а не лекарь! Айрон, ты меня слышишь⁈

Но Кейн, казалось, не воспринимал мои слова, или просто решил их проигнорировать.

Его пальцы сомкнулись на запястье с новой силой, и он потащил меня вдоль тёмных улиц, постоянно озираясь и пригибаясь всякий раз, когда вдалеке мелькала закутанная в плащ фигура.

Наконец, впереди вырос приземистый, вросший в землю домишко. Его покатая крыша напоминала