Ненужная. Рецепт для Дракона - Александра Берг

безумного художника, нанёсшего на ткань хаотичные мазки зелени и кармина. А волосы… Боги, мои волосы превратились в дикое гнездо, спутанное настолько, что казалось, будто меня пережевал и выплюнул какой-то лесной зверь!

Горло сдавило от подступившего отчаяния, но я позволила себе лишь тихий, почти неслышный вздох. После чего поставила старый медный чайник на печь.

Когда вода потеплела, налила её в щербатую глиняную миску.

Пальцы впивались в кожу, скребли её с отчаянным остервенением, почти до саднящей боли, чтобы смыть кровь, пот и грязь. Вода на глазах превратилась в мутное болото, в котором тонкими розовыми лентами вились кровавые разводы.

Кое-как ополоснувшись, я почти взлетела по скрипучей лестнице. Щелчок замка в моей комнате прозвучал спасительным аккордом.

Я быстро сорвала с себя одежду, морщась от запахов, которыми оно пропиталось.

А ведь всего неделю назад это было моё любимое платье — тёмно-синее, с россыпью васильков по подолу. Теперь же… Я повертела его в руках, рассматривая повреждения. Подол превратился в бахрому, на груди расплылись бурые пятна, впитавшиеся в волокна ткани. Можно, конечно, попытаться отстирать, но…

Нет! К чёрту!

Скомкав платье в бесформенный узел, я отшвырнула его в самый тёмный угол.

Прощай!

Треснувшее зеркало, безжалостно выплеснуло на меня отражение голой незнакомки. Я, конечно, знала, что похудела, но не представляла насколько.

Рёбра проступали сквозь кожу с пугающей отчётливостью. Руки напоминали хрупкие веточки — тонкие, почти прозрачные, с выступающими венами. А ключицы выпирали так, точно хотели прорвать кожу.

Эта встреча с собой оказалась невыносимой и я быстро отвернулась.

Шаркающие шаги привели меня к дряхлому шкафчику. Оглядев скудный гардероб, в который раз тихо вздохнула.

Нужно срочно раздобыть что-то приличное, чтобы не походить на облезлую курицу. Особенно если… если придётся снова увидеться с Кейном. При одной только мысли о нём по телу разлилось робкое, едва уловимое тепло.

Когда прохладная ткань ночной сорочки коснулась кожи, я рухнула в постель. Впереди всего несколько часов беспокойного сна, а за ними — новый день, который нужно прожить. Я обещала Айрону настойку для Рока. И я сдержу слово.

Меня разбудил настойчивый стук. Он пробился сквозь ватную толщу сна, а следом за ним донёсся обеспокоенный голос Марты:

— Этери, ты в порядке?

М-м-м… Я в порядке. Просто… очень крепко спала.

Кости заныли от долгой неподвижности. Я с хрустом выгнула спину, чтобы разогнать застоявшуюся кровь. Открыла глаза и… рывком села в постели. Голова отозвалась тупым гулом, комнату качнуло.

Бледное, предрассветное марево сочилось сквозь оконное стекло. Сколько же я проспала? Несколько минут или…

— Этери! — голос Марты зазвучал тревожней. — Как ты?

Дверная ручка дёрнулась с сухим щелчком, но замок не поддался. Я сама заперла его. Вчера каежется?

Вскочив с кровати на ставшие ватными ноги, подлетела к двери. На пороге, всплеснув руками, и правда стояла Марта. Лицо её, измятое тревогой, вмиг просветлело.

— Ох, Этери! Ну и напугала же ты меня! Я когда говорила тебе отдохнуть, то не думала, что ты решишь проспать…

— Сколько? — перебила я её.

— Так день и целую ночь. Вот! — Марта по-старушечьи погрозила мне пальцем. — На этой твоей работе и впрямь душу богам отдать недолго! Нельзя так себя изводить.

— Ты права, — тихо кивнула я, не находя сил спорить. Да и зачем?

— Переодевайся и пойдём завтракать, — Марта покачала головой, заметив мой отсутствующий взгляд. — Смотри, как исхудала вся. Ну, ничего, я тебя откормлю!

Марта вышла, оставив меня наедине с тяжелыми мыслями и скудным гардеробом. Любимое платье так и валялсь в углу. В моём распоряжении оставалось ещё два. После мучительных колебаний я выбрала льняное платье цвета увядающей лаванды.

Когда последняя перламутровая пуговица покорно скользнула в петлю, мой взгляд снова прикипел к скомканной ткани, притаившейся в углу комнаты. Багровые пятна крови на ткани выглядели почти черными в полумраке. Подойдя ближе, я запинала его под кровать. Сожгу, когда дома никого не будет.

Выйдя из комнаты, спустилась вниз и… замерла. В холле, где раньше были лишь голые крюки, теперь возвышалась массивная резная вешалка из мореного дуба. В гостиной у камина появился уютный диван, на котором, сосредоточенно склонившись, сидел Йозеф и штопал… ковёр? Да, на его коленях лежал ковёр.

— Всего одна дырочка, — перехватив мой изумлённый взгляд, усмехнулась Марта, выглянув из кухни. — А продали за пару серебряных монет, представляешь!

— Вы так потратите все свои деньги!

— Сегодня ещё буфет должны привезти, — мечтательно проговорила Марта, пропустив моё восклицание мимо ушей. — И новые стулья на кухню. А на следующей неделе придут рабочие оранжерею чинить. Йозеф уже обо всём договорился.

— И чтобы я без вас делала… — сдалась я.

— Ах да! Приходил этот… Как его… Гектор, кажется. Вчера вечером. Принёс травы, которых не хватало. Мы их у входа в твою лабораторию сложили. Побоялись заходить, — виновато добавила Марта. — Там же знак на двери.

— Хорошо, после завтрака займусь. Больше никого не было?

— Ну как же! — Марта выразительно дёрнула подбородком. — Черноволосый. Глаза — два угля, а от самого будто жар исходит, и это несмотря на… — щёки старушки вдруг тронул лёгкий девичий румянец. — Тьфу ты! Разве можно в таком виде по городу разгуливать?

Я сразу поняла, о ком она. Айрон… И тут меня словно холодной водой окатили. Спазм сжал желудок, дыхание перехватило.

Рок! Его рана… Настойка! Я же обещала!

Я метнулась к кухне, пробежала мимо Марты, но она успела схватить меня за руку.

— Куда ты, горемычная⁈

— Мне нужно… Работа! Срочно!

— Да угомонись же!

Марта сердито топнула ногой, и я перестала биться в её хватке, как перепуганный зверёк.

— Этот твой сказал, — продолжила она, — что всё в порядке. Он сам нашёл, что было нужно.

Я медленно выдохнула, проведя ладонью по пылающему лицу. Облегчение было таким сильным, что тело у меня непроизвольно дёрнулось.

Марта снова покачала головой.

— Всё! — старушка крепче сжала мою руку. — Пока как следует не позавтракаешь, я тебя никуда не отпущу.

— Я не ребёнок, — беззлобно фыркнула я.

— Хуже, чем ребёнок!

Глава 29

День прошёл в суматохе. Но суматоха эта, как ни странно, была приятной. После долгого, глубокого сна, в тишине и тепле, я чувствовала себя обновлённой. А ароматный завтрак Марты окончательно вернул меня к жизни.

Пока Марта с