Ненужная. Рецепт для Дракона - Александра Берг

— Рад слышать. Мы ценим пунктуальность. Надеюсь, не придётся напоминать дважды?

— Нет, нет! Клянусь, всё будет вовремя!

«Ворон» кивнул, явно довольный услышанным. Затем снова повернулся ко мне, и его лицо мгновенно смягчилось.

— Приятно было вас видеть, мадам Велш. Надеюсь, дела идут хорошо?

— Вполне, — ответила я, стараясь говорить также спокойно.

— Прекрасно. Желаю удачного дня.

Он снова слегка склонил голову, развернулся и вышел из ломбарда. Колокольчик над дверью жалобно звякнул.

Повисла тишина.

Ломбардщик стоял бледный, руки слегка дрожали, когда он снова взял в них ожерелье. Мужчина сглотнул, провёл языком по пересохшим губам и посмотрел на меня, но уже совсем другим взглядом.

— Сорок серебряных, — выдохнул он хрипло. — За всё. Это… это более чем справедливая цена.

Я молча мотнула головой.

Минфлид торопливо полез под прилавок, достал тяжёлый кожаный кошелёк и начал отсчитывать монеты.

— Вот… держите. Сорок ровно. Можете пересчитать.

— Спасибо за сделку, — кивнула я, складывая монетки в кошелёк.

— Это я вам благодарен, — пробормотал ломбардщик. — Приходите ещё, если что понадобится!

«Работа на „Воронов“ всё же имеет свои плюсы» — подумала я, пряча мешочек с деньгами. — «По крайней мере, тебя точно побоятся обмануть».

Я вышла на воздух. Карман приятно оттягивал полный кошелёк, а на душе царила забытая лёгкость. Несмотря на всё, что со мной случилось — хотелось улыбаться. С тех пор как я покинула юг, у меня появилась возможность сделать подарок себе. Да и не только себе…

Первым делом я отправилась в лавку с тканями, где мой выбор пал на два платья: одно — серо-голубое, другое — тёмно-зелёное, с удобными глубокими карманами. В дополнение к ним взяла три батистовые сорочки, тёплые чулки и пару корсетов. Всё вместе обошлось в восемь серебряных, но я не жалела — новая одежда была мне действительно необходима.

Далее мой путь лежал в парфюмерную лавку. Там я купила духи, миндальный крем для рук, тонированную помаду, розовое масло для волос и румяна, потратив ещё три серебряных. В галантерейной лавке не смогла устоять перед шпильками с крошечными стеклянными бусинами, тонкой бархатной лентой для шеи и маленькой брошью в форме листа. Милые женскому сердцу безделушки.

Не забыла я и про подарки. Для Марты выбрала мягкую, почти невесомую шерстяную шаль. Для Йозефа — добротную безрукавку из толстой шерсти с деревянными пуговицами.

Последней остановкой стала бакалейная лавка. Я хотела купить что-нибудь вкусное — для себя и для дома.

Внутри пахло корицей, ванилью, сухофруктами. Вдоль стен выстроились полки с банками, мешками, коробками. За прилавком возился молодой парень.

— Чем помочь?

— Нужен хороший чай, — сказала я. — Чёрный, листовой.

— У меня есть отличный, — оживился парень. — Из Истерлэнда. Крепкий, ароматный.

Он достал жестяную банку, открыл крышку. Я вдохнула — насыщенный, глубокий аромат с лёгкими дымными нотками.

— Беру.

— Что-нибудь ещё?

— Конфеты, — улыбнулась я.

Он показал несколько коробок. Я выбрала шоколадные конфеты с орехами — Марта их любила, я помнила.

Рассчитавшись с продавцом, двинулась к последней точке на сегодняшней карте — к лавке Тревиса Линна.

Хотелось зайти и поблагодарить его за тёплые пледы и камни-аккумуляторы. Только вот… Лавка снова была закрыта.

Я нахмурилась и подошла ближе. Сквозь мутные окна виднелся прилавок, инструменты, которые, казалось, бросили впопыхах.

Потянула дверную ручку на себя. Заперто. Постучала костяшками по дереву. Тишина.

И тут стекло отразило силуэт позади меня. Фай. Он шагал прямиком к лавке, но стоило ему заметить мою фигуру у порога, движение оборвалось. А после Фай попятился, сделал суетливый шаг в сторону, явно пытаясь смешаться с толпой и проскользнуть мимо незамеченным.

— Фай! — окликнула я, резко развернувшись.

Рука мужчины взметнулась в приветственном жесте. На губах расцвела улыбка — старательно-беззаботная.

— Этери! Надо же, совсем тебя не заметил.

Как же. Не заметил он меня.

Однако я не стала выдавать, что прекрасно видела его реакцию, ответив ему такой же пустой, дежурной улыбкой.

Глава 30

— Лавка твоего отца закрыта. Всё хорошо?

— Да, он просто немного приболел, — ответил Фай.

— Я бы могла помочь. Я не лекарь, конечно, но…

— Спасибо, — Фай не дал мне закончить. Его ладонь легла мне на плечо, мягко, но настойчиво подталкивая прочь от лавки. — Но отец уже уехал. На Северные озёра. Старые кости просят горячих источников, сам понимаешь.

— Понимаю. А что насчёт… ну, того разговора?

Фай не ответил сразу. Его взгляд метнулся по улице.

— Я всё передал куда нужно, — едва слышно выдохнул он, склонившись. — Теперь остаётся только ждать.

— Ждать? — внутри всё похолодело. — Баржа наверняка уже миновала границы Долины. Река быстрая. Теперь они могут быть где угодно!

— Я понимаю твои опасения, Этери.

Фай говорил так ровно, так пугающе спокойно. Откуда в нём эта невозмутимость? Меня вот колотило, будто в лихорадке. Я едва заставляла себя стоять на месте.

— Тяжело? Давай помогу донести.

Аконит… Если эта дрянь попадёт на улицы… Если доберётся до детей, у которых порог зависимости гораздо ниже… Боги милосердные.

И какой, к дьяволу, план у Кейна? Он знает… знает, какой опасности подвергаются люди. Почему Айрон позволил барже уйти?

— Этери?

На мгновение возникло желание открыться Фаю. Рассказать, что Айрон — свой, что он работает под прикрытием. Вдвоём они бы наверняка что-то придумали…

— Этери!

Стоп. О чём я думаю? Опасно такое говорить. В этом городе даже у стен есть уши.

— Этери, ты меня слышишь?

Лёгкий тычок в плечо выдернул меня из оцепенения.

— Да? Что ты сказал?

— Говорю, могу помочь донести покупки.

Я как-то растерянно взглянула на пакеты в руках. Покупок действительно было много. Даже слишком.

— Не стоит, спасибо. У тебя служба, — я кивнула в сторону людной улицы.

И вовремя: из монохромного потока вынырнула фигура в тёмно-синем мундире.

— Линн! — крикнул стражник.

Фай дёрнулся, обернулся и коротко махнул напарнику.

— Проклятье, — буркнул он. — Твоя правда, Этери. Работа не ждёт. Ещё увидимся.

— Конечно, пока.

Фай сорвался с места и быстро растворился в толпе.

Я проводила его взглядом, а затем повернулась и направилась домой. Покупки оттягивали руки, но усталости не чувствовалось — лишь беспокойство, которое не отпускало с того момента,