Бесстрастный - Алекс Мара

К моему ужасу, Рени просыпается. Еще бы, такой грохот! Рушатся колонны, куски потолка с грохотом разбиваются о пол. Выстрелы отражаются эхом от бетонных стен.

– Тихо, мой хороший! Тихо! Лени оши, – шепчу, осторожно выглядывая из-за колонны.

Люди в черных костюмах и респираторах обстреливают кабинет Доменико и окружающее пространство. Их намерения очевидны: они хотят, чтобы Доменико погребло под разрухой и задавило насмерть.

Пользуясь тем, что мужчины стоят спиной к нам, прокладываю путь через хаос. Скинув туфли, ступаю на цыпочках, корчусь от боли, наступая на острые камни. Прячусь за уцелевшими колоннами и потихоньку продвигаюсь к выходу.

Как будто осознавая серьезность ситуации, Рени не издает ни звука. Засунув большой палец в рот, прячется на моей груди. Молодец!

Впереди выход к лифту. Если повезет, там я никого не встречу. Если не повезет, придется выходить на лестницу. Могу спрятаться этажом выше, хотя если он рухнет…

В этот момент появляется Вилем Романи, окруженный клубами дыма и пыли, и решительными шагами идет к кабинету. Доменико сказал, что он встречается с учредителями Совета! Как он оказался здесь?

За Вилемом заходят еще несколько мужчин.

Среди них люди моего отца.

Это западня.

Доменико сказал, что ему нужно было в центр по делам. Он взял нас с собой, не волнуясь об опасности, потому что Вилем занят с учредителями. Эта информация оказалась ложной. Мой отец участвует в заговоре. Он не воспротивился вступлению Доменико в Совет, потому что помогает Вилему от него избавиться.

Теперь на лестницу путь закрыт, о лифте вообще речи нет, ловушка захлопнулась. Снова раздаются выстрелы и крики, но среди них я узнаю голос Эмилио. Значит, люди Доменико зашли с другой стороны этажа. Сколько их? Справятся ли они с людьми Вилема и моего отца?

Умоляю судьбу о помощи, задыхаюсь от слез и пыли.

В панике не замечаю, что, пытаясь рассмотреть происходящее, высунулась из-за колонны настолько, что Рени тоже видит нападающих. Несмотря на клубы дыма и пыли, он узнает своего отца. Его крик взрывной волной проносится по этажу. На несколько секунд все вокруг затихает, а потом люди Вилема кидаются к нам. Рени намертво цепляется за меня и кричит во все горло. Нас волокут к Вилему.

Я никогда не была так испугана, больше за ребенка, чем за себя. Ничего не вижу из-за слез, дрожу так, что еле иду.

На лице Вилема усмешка.

– Вижу, что мой единственный наследник меня узнал. Вот и хорошо. Может, хоть из одного моего сына выйдет что-то дельное! – Бросает презрительный взгляд на Доменико.

Того удерживают четверо мужчин, однако на его лице бесстрастное спокойствие.

– Если ты пропустил встречу с учредителями Совета, тебе конец…

– Мне? Конец? Ты еще не вырос мериться со мной силами, сопляк! Это тебе не мексиканцев по горам гонять! Ты сдохнешь прямо здесь, где собирался править тем, что принадлежит мне. Мне! Думаешь, я не знал, что ты купил это здание? Я все знаю! Все! И про твою жену тоже все знаю. Думаешь, ты лучше меня? А сам посмотри, как ты ее использовал!..

Я слышу далеко не все, потому что Рени орет во все горло. Он до смерти боится отца.

Я бы убила Вилема собственными руками. Прямо сейчас.

Уговариваю малыша успокоиться, а сама плачу и еле держусь на ногах. К такому в академии не готовили. Вся надежда на Доменико. В этот момент я благодарна за его бесстрастность и надеюсь, что он справится и защитит нас. Пусть будет беспощадным убийцей, он нужен мне именно таким.

Он словно слышит мои мольбы.

Его голос, громкий и уверенный, западает мне прямо в сердце, придает силы и смелости.

– Ада, посмотри на меня! Все будет хорошо, с вами ничего больше не случится. Ты мне веришь?

Я бы рада поверить, но не вижу просвета в ситуации. Отвечаю неопределенным жестом, и так еле удерживаю малыша.

Вилем смеется, Рени кричит, мне страшно.

Доменико делает внезапный выпад, локтем ударяя одного из держащих его мужчин. В его руке оказывается нож, и еще один мужчина выбывает из строя. Доменико прикрывается им, в его второй руке пистолет.

За нашими спинами раздаются выстрелы. Обернувшись, вижу Карло и еще несколько знакомых лиц. Вокруг свистят пули, кричит ребенок, я ничего не вижу, глохну, кровь, кровь, кровь…

Падаю на пол, закрывая малыша свои телом. Не позволю причинить ему вред. Озадаченный моим громким плачем, Рени затихает и сопит мне в ухо.

– Заберите ребенка! – кричит Вилем своим людям.

Однако Карло уже рядом и никого к нам не подпускает. Помогает мне подняться, закрывает собой, шепчет что-то успокаивающее. Это настолько неожиданно, что моя паника отступает.

– Спокойно, Ада! Все будет хорошо. Сейчас я отведу тебя к машине, ты вернешься домой, успокоишься и завтра снова будешь шлюховать перед боссом как ни в чем не бывало…

И вот я снова ненавижу Карло.

Прикрывая собой, он ведет нас к лестнице. Я поскальзываюсь в крови.

Вилем и Доменико стоят лицом к лицу, пистолет к пистолету. Оба в боевой стойке, кружат друг вокруг друга, как хищники, оценивая каждое движение, каждый поворот.

Внезапно появляется Орсон. В расстегнутой рубашке, встрепанный, не хочу гадать, откуда он пришел.

Это отвлекает Вилема на долю секунды, и Доменико выбивает из его рук пистолет.

Орсон проходит сквозь охрану Вилема, как горячий нож сквозь масло. Этот бесстыжий весельчак превращается в машину для убийства. Он рвется к Вилему, но Доменико останавливает его громким: «Нет! Он не заслужил быстрой смерти».

Орсон нехотя отступает.

Доменико опускает пистолет и командует своим людям.

– Закончите то, что они начали!

Значит, он приговорил Вилема к той же участи, что готовили ему самому. Его завалит, задушит, раздавит грудой обломков, кускамибетона, кирпичей, арматуры обвалившегося этажа. Надеюсь, люди Доменико успеют выбраться отсюда, да и мы тоже. И что они не обрушат все здание.

Вилема ведут в кабинет, а Доменико направляется к нам. Внезапно Вилем высвобождает руку, выхватывает второй пистолет и оборачивается к Доменико.

Я вижу это как в замедленном кино. Открываю рот, чтобы предупредить Доменико, но тот уже знает об опасности. Одним резким толчком взмывает в воздух, пуля пролетает мимо, а вся сила его тела вкладывается в удар. Резкий удар ребром ладони по шее Вилема.

Вилем падает, как подкошенный. Больше я ничего не вижу.

Где-то я слышала, что Доменико может