Холодное сердце - Кристина Лин

— Папа, — она сказала тихо, но я отчетливо разобрал это слово. Невозможно оставаться равнодушным, когда она так доверчиво прижимается, засыпая. И остаток ночи я боялся пошевелиться и разбудить ребенка.

В ночной тишине я слышал, как Рита тихо всхлипывала. Мне было жаль ее, но интуиция подсказывала, что не нужно ей мешать. И когда я научился так хорошо чувствовать эту женщину?

А я уже и забыл, что она умеет плакать. Ведь, всегда сильная и независимая, Марго никому не показывала своей слабости. С тех пор, как два года назад умер ее отец и я утешал ее все выходные, она ни разу не показала, что неудачи с ней тоже случаются, и что эмоции у нее тоже есть. Она и сейчас пыталась спрятать свои слезы, уткнувшись носом в подушку, привычно не разрешая себе быть женщиной, а не железной леди.

Рита всегда такая, не признает своего поражения. Не признает, что она может не все. Когда-то я уважал ее за это. Как я мог это забыть? Как много человек может забыть, ослепленный обидой и злобой?

Но на этом сюрпризы не кончились. От ее «прости меня» сердце пропустило удар, а потом гулко застучало в висках. Я смотрел в ее глаза, и не видел в них прежнего высокомерия. Сейчас она казалось мягкой и слабой, и я с трудом подавил в себе порыв прижать ее к груди сказать, что все будет хорошо.

Заполненный до краев день, не давал возможности расслабиться, ведь сегодня моего заместителя не будет в офисе. И завтра Риты тоже не будет, ведь ангина за один день не пройдет. Или у детей это быстро проходит? Я успел даже залезть на форум и узнать, что у всех детей эта болячка проходит по-разному, у кого-то легче, у кого-то сложнее. А для себя решил, что уж лучше я поработаю без заместителя, чем заставлю Риту оставить больного ребенка. Каким-то непонятным образом Соня быстро стала приоритетом номер один, сбросив с пьедестала карьеру и привычный эгоизм. Я даже подумал о том, что мне было бы спокойнее, если бы Рита вообще не работала, а я бы всегда знал, что ребенок под надежным присмотром.

«Как Соня?» — спросил Риту в смс.

«Уже лучше. Но еще слабость есть, и температура временами поднимается, но уже не такая высокая», — пришел тут же ответ.

«Держи меня в курсе, ладно?»

«Хорошо».

Отложил мобильный, и попытался сосредоточиться на финансовом отчете. Рита бы справилась с ним гораздо быстрее и лучше меня, ведь ей, в самом деле, нет равных в этом вопросе. В двери постучали и тут же вошли. И мне не нужно было поднимать голову, чтобы узнать кто это.

— Что ты хотел? — спросил, не отрывая взгляд от монитора. Если Марк снова начнет просить денег на рекламу, пошлю нафиг.

— Ты уже слышал? — спросил он, и я оторвал взгляд от монитора. Марк уселся в кресле напротив, закинув ногу на ногу. — «Интерторгсити» обанкротился.

Вот так новость! Мы конкурировали с ними с тех пор, как я впервые переступил порог этого офиса, еще будучи стажером, после окончания ВУЗа.

— Нет, не слышал. — Я не мог поверить, что это правда, ведь даже не знал, что у них были проблемы. — Это точно?

— Точнее не бывает. — Ответил Марк уверено.

— Я хочу выкупить эту компанию. Узнай, чего нам будет это стоить.

Мы с Марком переглянулись, думая об одном и том же — если удастся провернуть эту сделку, мы забираем себе всю отрасль в регионе. А это было слишком смелой фантазией, даже для моего отца, который основал эту компанию много лет назад.

— Сделаю, — кивнул Марк. И я знал, что он не просто сделает, а найдет все лазейки, чтобы сделать это максимально красиво.

Он встал и пошел в сторону двери. Остановился на полпути и обернулся, глядя на меня.

— Знаешь, а ведь я злился на тебя, когда Маргарита выбрала тебя, — сказал он задумчиво, и я напрягся. Мне бы не хотелось терять друга из-за Риты. Но, если нужно будет выбирать между Ритой и другом, между Ритой и кем угодно еще, я всегда ее выберу. Я знал, что так и будет. Что бы она ни вытворяла.

— Еще злишься?

— Нет, теперь я начал тебя понимать. — Не знаю, что так поменяло его мнение, и почему он вдруг стал меня понимать. Но его взгляд, которым он сейчас смотрел, словно сквозь меня, показался мне смутно знакомым. И я был почти уверен, что он нескоро познакомит меня с женщиной, заставившей его поменять свои взгляды. В этот момент нашим разногласиям из-за Риты пришел конец, я сразу это понял. Наверное, то же самое понял и Марк. Он кивнул мне и вышел из кабинета.

Вечером я спешил домой, объезжая пробки дворами. Нет, не к себе. Я ехал к своим девочкам. Когда Рита открыла двери, а Соня выглянула за ней следом, я почувствовал себя дома.

Всю следующую неделю я приезжал к ним по вечерам, оставаясь на ночь. Рано утром я возвращался к себе, чтобы переодеться в свежий костюм, а вечером снова ехал к Рите. Она не спрашивая, каждый вечер расстилала мне постель на полу. А я больше не хотел возвращаться в свою квартиру.

Глава 24. Марго

Неделя нашего карантина закончилась, а Вадим все продолжал приезжать к нам по вечерам. Я не задавала вопросов, боялась разрушить иллюзорное ощущение маленькой семьи, которое мы смогли создать за это время.

Не сговариваясь, мы продолжали делать вид, что Соня еще болеет, и что так и надо.

Раньше я не могла понять женщин, которые годами спят с мужчинами, не задавая вопросов, принимая его таким, как есть, и не требуя ничего взамен. Я слушала такие истории и думала о том, что со мной такого никогда не будет. Лучше сразу расставить точки над «и», оговорить ожидания друг друга, чем вечно растягивать момент призрачного счастья. Но сколько своих табу я успела нарушить с того дня на пляже? И теперь казалось, что одним больше, одним меньше… Вернее, так я себя успокаивала, а на деле просто не хотела, чтобы он уходил.

За окном глубокая ночь, а я лежу в кровати без сна. Соня давно уже спит в своей кроватке, а Вадим мирно посапывает на импровизированном спальном месте, на полу. И вроде бы так просто предложить ему перебраться ко мне в постель. Но и так сложно