Дикая Магия - Даха Тараторина

— Со мной интереснее, — покорно согласилась она. — Оставь Валара. Он уже натерпелся.

— Как скажешь.

Его руки неловко поднялись, словно игрушечные конечности марионетки, однако сжали её талию сильно — не вырваться. Валар… Нет, не Валар, демон. Он изогнулся и подмял девушку под себя, сжал подбородок, вынуждая приоткрыть рот, и медленно прошёлся языком по губам.

— Ты вкусная. Мне нравится.

Морья хотела зажмуриться. Чтобы не видеть алого глаза в обрамлении чёрных жил, чтобы не смотреть на второй, человеческий глаз Валара, безвольно закатившийся.

— Давай уже скорее, — буркнула она, сосредотачиваясь на кисточке балдахина над кроватью. — Сделай это.

Будет ли ей больно? Или скорее противно? Или, быть может, получится представить, что это не руки нечистой твари задирают ей юбку, а грубоватые ладони Валара гладят бёдра… Нет! Нет, он не стал бы… так.

— Смотри на меня, сладкая. Я хочу, чтобы ты смотрела.

Он развёл её колени в стороны, устроился меж ногами и, наслаждаясь покорностью, проник языком в рот. Ничего общего не имел этот поцелуй с ласками Валара! Морья закашлялась, дёрнулась в попытке спастись, но усилием воли заставила себя не шевелиться: испытание уже утром, второго шанса не представится.

— Если ты будешь послушной девочкой, такой же, как сейчас, мы с тобой поладим.

Пальцы больно сжали что-то внизу, Морья, не сдержавшись, вскрикнула.

И что-то неуловимо изменилось. Движения демона замедлились, он будто бы двигался сквозь толщу воды. И говорить тоже стал с трудом, едва выталкивая слова из глотки.

— Ну же, тебе тоже этого хочется!

— Это неважно.

Морья посмотрела в сторону. Ей хотелось… Но не так. Не с ним. А с настоящим Валаром. С тем, который хоть и ведёт себя как настоящий засранец, может быть ласков и нежен. С тем, кого большую часть времени хочется убить, но когда он касается её…

— Я… говорил… не… с тобой… Отпусти!

Морья и не держала его! Она растерянно моргнула… И с ужасом поняла, что происходит.

Тело мужчины свела судорога. В нём боролись две сущности: похотливый демон и мужчина, которого разбудил её крик.

— Поди… прочь… тряпка!

— Убирайся сам!

Валар спорил сам с собой, чёрные полосы на лице ожили и задвигались под кожей.

— Я пока ещё главный в этом теле!

— Вот и оставайся в своём теле! А я пойду к ведьме!

— Не тронь её! Если ты посмеешь… Если только подумаешь… А-а-а-а-а-а!

Он сжал голову двумя руками, зажмурился, с грохотом упал с кровати.

— Валар! Не делай ему больно! Мы так не договаривались!

Она кубарем скатилась вслед за ним.

— О, так вы уже и договориться успели?

Как бы ни пугала Морью нечистая тварь, но холодный голос настоящего Валара напугал сильнее. Он отнял руки от лица и пристально посмотрел на неё. Алый уголёк в демоническом глазу едва тлел, будто в печь плеснули ушат воды.

— Мы… — Ой, что будет! — Мы хотели помочь… — пролепетала девушка.

— Помочь? — почти ласково уточнил он и вдруг, наперекор этой ласке, потянулся к солдатскому ремню с большой железной пряжкой, висящему на спинке стула рядышком с кроватью.

Он взялся за сложенный в двое ремень и резко дернул в стороны, от чего тот издал громкое «вхих!».

Морья вжала голову в плечи. А ну как отходит ее этим самым ремнем? Отец за проступки не раз лупил ее хворостиной по спине… А Валар еще и улыбался при этом так натужно — точно задумал что-то не доброе! Но Морья не была бы собой, если бы струсила.

— Да, помочь! А ты бей, если хочешь, но на испытание с демоном наперевес я тебя не пущу!

Она спрыгнула с кровати и уперла руки в бока. Глаза Валара сверкнули в неровном свете, пробивавшемся из окна, он отвел в сторону ремень (Морье показалось, лишь для того, чтоб сильнее замахнуться). Но вместо того, чтоб ударить девушку, оплотник закинул ремень себе за спину, поймал второй конец свободной рукой и потянул, срывая со спины плащ.

— Ишь, предательская тварь, сбежать, крыса, удумал? Уже забыл, как сам меня впустить тебя уговаривал?

Оправдания вперемешку с укорами так и застряли в горле. Морья смотрела, как оплотник скручивает в валик плащ и думала: «Может Валар не меня к демону ревнует, а наоборот?»

Но без внимания девушка не осталась. Изрядно потрепав демона, Валар вытер пот со лба и накинулся на неё:

— А ты? Обвиняла меня в том, что я при живой жене на других девок засматриваюсь, а сама к спящему в постель готова прыгнуть? Да еще и к двум кобелям сразу?

Ну ничего себе обвинения! Морья от возмущения и с ответом-то не сразу нашлась!

— Каким еще двум кобелям?

— Ко мне и к этой похотливой тряпке!

Валар выдернул ремень из-под плаща и хлестко ударил. От его руки к демону тянулись тонкие чёрные нити — связь, которую не разорвёшь, просто скинув плащ… Тёмная тварь пыталась сбежать под кровать, под шкаф, юркнуть к двери. Но ремень снова и снова настигал её.

До Морьи же наконец долшло, о чём говорит Валар. Светил на небе двое, и делить постель на троих считалось тяжким грехом, а потому порядочная девушка после такого обвинения должна бы сгореть от стыда. Но Морья порядочной не была.

Куда уж ей? Дикой ведьме, проклятой, да ещё и падшей женщине! Что ей осталось терять? Разве что самого Валара.

— Можешь корить меня, сколько влезет! Но я от своего не отступлюсь! — Она топнула ногой. — И если ты не будешь слушаться, то я… То… То…

— Да-да? — Валар заинтересованно склонил голову на бок.

— То я отшлёпаю тебя, как дитё малое! — брякнула первое, что пришло в голову, Морья.

Валар сощурился.

— Ах отшлёпаешь… Ну давай.

— Что?

— Ну давай, попробуй.

Он даже слегка повернулся боком, мол, чего ждёшь? Морья растерянно шагнула вперёд, а этот гад схватил её за щиколотку и дёрнул.

— А-а-а-а!

— Что ты там собиралась сделать? — раздался проникновенный шёпот.

Морья поёрзала, но сдвинуться не сумела — оплотник уложил её животом к себе на колени и крепко прижал локтями.

— Пусти.

— Не пущу, — спокойно отказал он.

— Ты что собира… Ты что делаешь?!

— Ты верно сказала, дикая. Непослушных детей надо бить по заднице.

Подол ночной сорочки неспешно пополз вверх, щекоча ноги. Когда холод обдал ягодицы, Морья поняла, что мужчина не шутит.

— Эй! — Она дрыгнула ногами, но на угрозу это не походило нисколько. — Немедля пусти… Ай!

— Я не разрешал разговаривать. — Второй шлепок оказался чуть менее болезненным, но всё таким же унизительным. — Глупая, — шлепок, — самоуверенная, — шлепок, — неуправляемая