Дикая Магия - Даха Тараторина

— А тут за четыре года ничего не поменялось! — Лилибат носился по двору, не замечая или не желая замечать, что стража ненавязчиво отрезает его от части входов. — Хотите, я вам экскурсию устрою, пока знать собирается?

И, не дожидаясь ответа, бойко затараторил:

— Это, — махнул в сторону огромной арки над воротами, украшенной искусной лепниной, — знаменитые Варианские ворота, пристроенные к замку триста оборотов Светил назад. Известны тем, что, когда мой предок Вариан Первый проходил под только что построенными воротами, ему на голову упал кирпич. Прапрапрапрадедушка посчитал это дурным знаком и с тех пор входил в замок только через черный ход.

— Интересно, потомки у этого Вариана появились до того, как его кирпичом двинуло, или уже после? — пробормотала Морья.

Стражники растерянно переглядывались, не понимая, куда нахалов можно пропускать, а куда нет. Валар же, будто издеваясь, с каждым из них здоровался, норовил пожать руку или поднять забрало, чтобы облобызать в обе щёки.

Лилибат ничего этого, казалось, не замечал. Он бойко подпрыгивал у каждой картины, каждой встречной статуи, спешил поведать их историю.

— Слева вы видите… А справа… А если завернуть в малый коридор…

Морья не успевала поворачивать голову, чтобы рассмотреть окружающее их великолепие. Но экскурсия не могла продолжаться вечно. Их поспешил прервать Лерой. Всё в том же сбившемся парике он догнал их в зеркальной зале, наполненной светом.

— Вас… ожи… даю… — из-за отдышки понять его можно было с трудом. — Ожи… дают.

— Что дают? — сочувственно переспросил Валор. — И, главное, кому?

— Всем, кому… надо, уже… дали. — сердито отозвался вельможа. — А вас… ожидают.

— Значит, пройдем в зал Советов! — обрадовался Лилибат. — Потолок в нём проектировал двоюродный брат по материнский линии моего прапрадедушки короля Иохима Четвертого. На вершине купола, венчающего этот зал, сияет огромный алмаз. В честь него, кстати, замок и назван Алмазным. Злые языки клевещут, что это просто стекляшка, но предок запретил проверять. Днем, когда солнце светит, очень красиво! Рассказывают, мой прадедушка Византий Второй всё же нарушил запрет и лично полез удостовериться в подлинности алмаза, но крыша скользила после дождя, и в результате он свалился. Повезло еще, что упал прямо на голову своему сыну, моему деду… Тот стоял рядом, ждал результата проверки.

— Интересно, а Лилибату на голову уже что-нибудь падало? — прыснула Морья. — Я смотрю, у них это семейная традиция.

Их поспешили провести мимо исторических ценностей, несмотря на мольбы Лилибата, не дав тому рассказать «ещё одну самую коротюсенькую историю». Хоть Алмазный дворец и сиял роскошью, но всё в нём пребывало в запустении. Везде пыль, грязь, ржавчина на доспехах, стоявших в углах. Ни в какое сравнение с идеально чистым и наполненным жизнью храмом Иварии.

Таковым оказался и Зал Советов: меньше, чем представляла себе Морья, темнее и грязнее. Зато набившиеся в него придворные, словно в противовес, стремились перещеголять друг друга драгоценностями.

В дальней части зала возвышалось роскошное кресло, рядом с ним еще одно поменьше. От него полукругом расходилась дюжина стульев попроще — для служителей Светил в расшитых звездами балахонах.

— Это что же, в совете теперь одни храмовники? — опешил Валар.

Нарочито громкий вопрос служители проигнорировали. Их куда больше заботила необходимость поправить знаки отличия на одеяниях или успокоить сбившееся дыхание — видно, торопились занять свои места.

Лилибат подмигнул спутникам и поспешил к трону, однако занял не главный, а маленький, стоящий рядом.

Морья с Валаром понимающе переглянулись: вот оно — место для того, кто стоит за происходящими странностями. Когда же он лично войдёт в зал?

Однако надежды не оправдались — трон так и остался пустым. Лерой для приличия поклонился пустующей сидушке и отрапортовал:

— Перед Лицом светлейшего Совета, в присутствии Его императорского величества Лилибата Четвертого Прекрасного рассматривается вопрос о награждении Верного подданого Валара де Каттая за героизм и мужество, проявленные при защите Оплота. — Если присмотреться, можно было увидеть, что лист с гербовой печатью, по которому вельможа зачитывал указ, был пустым. Но почему-то никого, кроме Морьи, это не смутило. — Подпись императора в указе о награждении будет поставлена сразу после подтверждения личности. — Лерой сделал театральную паузу и взревел: — Внести магический кубок!

Морья вцепилась в локоть оплотника.

— Ты говорил, у нас есть план. Самое время о нём вспомнить!

— У меня.

— Что?

— У меня есть план, а не у нас. Ты к его реализации не имеешь ни малейшего отношения.

С этими словами он приобнял спутницу за талию и сопроводил к стайке придворных, неуверенно мнущихся у стены.

— Поболтай пока с девочками, дорогая, — громко приказал он и добавил едва слышно: — И держись подальше от центра зала.

Он впихнул её в круг из любопытных фрейлин и поспешил удалиться. Морья рванулась следом, но не тут-то было: любопытные дамочки, почуявшие свежую кровь, вцепились в неё, как хищные птицы.

— Какое чудесное у вас платье! А какая любопытная причёска! Деревенский стиль? Очень современно, очень!

— Да… Нет… Да оставьте меня!

Фрейлины щебетали без умолку, и прорваться через них не представлялось никакой возможности. Валар же ухмыльнулся напоследок и уверенно двинулся к алтарю в центре зала.

Мерзавец! Лжец! Хитрый, безмозглый, невозможный! Да лучше бы он бросил её в имении, в лесу или в храме! Морье хотя бы не пришлось бессильно наблюдать, как он приближается к дымящемуся кубку, который бережно внесли на подушке два пажа. Не пришлось бы с замиранием сердца следить, как он опускается на одно колено, чтобы выслушать торжественную речь Алмазного Прислужника Светил. Разрываться на части от желания стукнуть Валара и потребности спрятать его ото всех!

Оплотник слушал речь с иронично приподнятой бровью, то и дело бросая взгляд на Лилибата: мол, не пора ли прекратить этот фарс? Но Государь болтал недостающими до пола ножками и рассматривал алмаз сквозь мозаику в крыше. Ему до происходящего не было никакого дела.

— Сударыня! Как так вышло, что мы ещё не знакомы?

Морья отмахнулась от говорящего, как от назойливой мухи — он мешал наблюдать за оплотником и гадать, в какой момент тот выкинет безумство. Но придворный не отставал. Он решительно протолкался мимо фрейлин, одаривая их шлепками по турнюрам и сальными комплиментами:

— Анни, милая, что-то вы давно не заглядывали в мою опочивальню! Кстати, как поживает ваш супруг? Дорогая Риан, позвольте облобызать ваш локоток! Ох, немного промахнулся! А не стоило так туго затягивать корсаж! Вы сегодня обворожительны, Паола! Не желаете ли обменяться последними новостями вон за той колонной? И вы, прекрасная незнакомка! — Придворный вытер кружевным платочком испарину на лбу и прихватил Морью пониже спины. — Позвольте